Такидзиро - Семён Афанасьев

насчёт нашего с Такидзиро-кун личного риска? — перестраховываясь, напомнила женщина. — Если вдруг обвинения текущего персонала в коррупции не подтвердятся? Я так поняла, доказательства ещё предстоит оформлять?

— Ты не в теме, — вежливо пояснил сбоку метис. — Там предстоит не «оформлять», а «выступить с совместным заявлением». Всё давно оформлено без нас, — он пощёлкал ногтем по экрану смартфона, выглядывавшего из кармана рубашки.

* * *

У меня проблема. Занят? Можешь подключиться?

— Хонока после некоторых колебаний написала Решетникову.

В банке, где она меньше всего рассчитывала столкнуться с противодействием, что-то пошло не как планировалось.

Во-первых, менеджер счёта резко перестал понимать нихонго, хотя накануне вполне себе разговаривал. Не как родной, но плюс-минус.

Во-вторых, японец из местных, предыдущий переводчик, был занят на момент и освободился только через полтора часа после её просьбы. Плюс пока доехал.

— Я не смогу гарантировать, что ваша просьба об ускорении платежей будет исполнена. — Местный чин спокойно смотрел через стол холодными глазами.

В переводе на японский это означало отказ, причём даже не совсем вежливый.

— Вы понимаете, что я сейчас выйду из вашего банка и пойду в другой? — Хонока плюнула на приличия и врезала в лоб. — А когда перегоню деньги через ваших конкурентов, то вашему начальству скажу «спасибо» с указанием вашего имени.?

— Ваше право, — ровно кивнул банковский.

В его глазах мелькнула и тут же погасла странная смесь снисходительности, превосходства и злорадства.

Именно после этого начальник секретариата финансов Йокогамы, недолго думая, обратилась к Решетникову. Твёрдого понимания, что может сделать хафу, у неё не было, но была интуиция. Последняя буквально вопила, что стажёр-аудитор если и не разведёт тучи в небе шаманским взмахом рук за секунду, то как минимум поможет сориентироваться.

Светловолосый через секунду перезвонил:

— Что?

Судя по изображению, он топал на новое рабочее место. На заднем плане, почти на границе фокуса камеры смартфона, его провожали недобрыми взглядами коллеги по снабженческой логистике.

— Можешь зайти в кабинет начальника отдела? — Хонока помнила, что в подразделении занимающемся закупками, рабочее места шефа изолировано от прочих дополнительной стенкой и дверью.

Посвящать в свои проблемы прочую логистику Йокогамы у неё не было желания.

— Да, могу, там же пусто. — Решетников прошагал мимо собственного стола и прошёл туда, где раньше обитал Камамото.

Взгляды коллег в спину метиса из неприязненных стали ненавидящими.

Хонока дождалась, пока захлопнется дверь и кое-кто усядется на место несостоявшегося шефа:

— Через стол от меня сидит менеджер счёта. — Она аккуратно переключила фронтальную камеру на нормальную, показывая лицо банкира. — Такое ощущение… — финансистка пересказала суть. — Его как подменили.

— Он в курсе, кто из нас с тобой начальник? Переключи камеру и положи случайно телефон на стол в разговоре. Так, чтобы он видел моё изображение краем глаза.

— Кто из нас главный, он не в курсе. — Хаяси сделала, как было сказано, наплевав на то, что менеджер счёта накануне как-то их язык понимал.

Банковский с любопытством впился взглядом в чужой экран, нисколько не стесняясь.

Решетников аристократично упал спиной в мягкое кресло несостоявшегося начальника, широко зевнул и забросил ладони за затылок:

— Хонока-сан, пожалуйста, попроси переводчика перевести дословно. «Мой босс отлично видит причины такого вашего поведения и крайне разочарован: банковским структурам, по уставу нейтральным, не пристало занимать чью-то сторону в семейном конфликте. Ещё и за границей».

Японец из местных напрягся, не сводя с неё взгляда и ожидая инструкций. Решетникова он отлично понял, но действия без команды исключались.

— Хорошо, — медленно кивнула финансистка. — Такидзиро-сан, а ты по лицу этого банковского менеджера что-то видишь?

— Вижу. У него золотая батарейка очень мощная, на уровне дофамина сквозь сознание пробивает, — спокойно ответил хафу.

Хонока помнила из бассейна, что в виду имеется подсознание.

Вальяжная поза метиса, отдельный кабинет в крупной японской компании (вид на город из окна небоскрёба), его уверенное лицо и расслабленная поза вкупе создавали впечатление действительно некоего большого начальника.

— Переводите, — кивнула Хаяси переводчику.

Сама она внимательно наблюдала за мимикой менеджера счёта.

Тот слушал перевод, с интересом подняв подбородок. Потом кивнул, проигнорировал женщину и обратился к изображению Решетникова, благо, широкофокусная фронтальная камера позволяла:

— Если вы сами в курсе, к чему взаимные выпады? Поставить кого-то в неловкое положение? Зачем?

— Можешь сворачивать лавочку, — Решетников продемонстрировал, что отлично понимает английский и сам, сразу повернувшись к Хоноке. — Родственник моей подруги-пловчихи, ты понимаешь, о ком я, нажал на некие невидимые нам педали. Этот банк, точнее, этот сотрудник, тебе навстречу не пойдёт. Я сейчас мягко. Обойти его никак?

— Нет, — Хаяси поднялась со стула. — Гонорар переведу на карту в течение получаса, — бросила она переводчику.

Не прощаясь с менеджером, финансистка вышла из помещения, затем из здания и набрала хафу ещё раз.

— На связи, — тот по-прежнему вальяжно восседал в чужом в кабинете.

— Не могла говорить там, поясняю теперь. Теоретически, у меня есть возможность попросить начальство операционного управления сменить менеджера моего счёта…

— Но на практике они друг другу свои, а ты и добросовестность следующего не сможешь проконтролировать, правильно? Если, допустим, Хьюга-дед через какого-нибудь регулятора чуть не начальника управления попросил? — сообразительный метис уловил с полуслова.

— Да.

— Какой выход? Ты бы не звонила просто так.

— Другой банк. Но это ещё сильнее сгущает потенциальные тучи над тобой лично, — честно проинформировала Хонока. — Да, через дорогу я все свои проблемы решу моментально, но такая смена цепочки перевода для тебя, как для бенефициара компании, в случае разбирательства может расцениваться как…

— Плевать, — отмахнулся Решетников легкомысленно. — Я знаю, что я честный человек. На дворе не пятнадцатый век. Судебная система с административкой рано или поздно разберётся.

— Пока будет разбираться, ты можешь пережить изрядно неприятных часов, — добросовестно напомнила она. — Возможно, даже дней — как пойдёт.

— Искренне тронут заботой, — хафу жизнерадостно улыбнулся. — Не беспокойся, это мелочи. Ты же третий раз мне это талдычишь, а я тебе третий раз одно и то же отвечаю.

— Я не могла пойти менять банк, не уведомив тебя. Было бы непорядочно, — сухо бросила Хаяси, в душе радуясь, что собеседник поддерживает её до конца.

— После твоего вида в бикини в бассейне тает любое мужское сердце, — хохотнул новоиспечённый аудитор закупок. — Разве тебе можно в чём-то отказать?

Хонока вспыхнула возмущением от такой фривольности, её брови поднялись на лоб. Она еле удержалась, чтоб не бросить в ответ что-то резкое.

Через секунду дисциплинированный ум финансистки справился с контролем и на первый план сознания вернул приоритеты.

— Тогда иду в новый банк. Спасибо за помощь. Хорошего дня, — Хаяси отключилась.

Ещё через полчаса она выходила из другого небоскрёба, на две улицы