Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

Без всяких приключений вернулись в Форт, заехав на этот раз через Восточный КПП, да и разъехались кто куда, Диего с Васей уже на моем бывшем пикапе. А мне "экспедишн" понравился, пока гнал, — тот же "субур" почти, увесисто и солидно, плавно и тихо внутри. Вот он и пригодится. Все же мне иногда большой толпой ездить приходится, да еще и с кучей рюкзаков. А F-150 Диего выкупит. А что, машина отличная.

Пикап пока загнали к нам на задний двор, все равно Платона нет, а прицеп подсоединили к "рэму" Дмитрия, потому что товар Платона был больше в нем. И сам прицеп им отходит, это тоже товар отличный. На шум материализовался Хмель, вышедший из задней двери с задумчивым видом.

— Нравится? — спросил я его, похлопав по капоту пикапа.

— Да ничего так… — Хмель первым делом подошел к грузовику сзади, а я для него открыл задние двери.

— Ничего так, — повторил он, заглянув в кузов.

Кузов и в самом деле хоть куда, вместе с ракушкой по погрузочным объемам он был легко сравним с "буханкой".

— Да слона загрузить можно.

— А жрет много? — спросил он настороженно.

— Слав, ну вот когда ты вообще в последний раз заправлялся? — засмеялся я. — Ты же ездишь только за товаром.

— Ну да, верно, — не стал он возражать.

Он уселся за руль, попрыгал на сиденье, подстроив его под себя.

— Это твой или Платона? — спросил он.

— Платона.

— Это хорошо, — Хмель кивнул с заметным удовлетворением. — Это хорошо.

— В общем, если нравится — забирай, — сказал я. — Только подогреватель сам поставь, Саня сейчас задействован будет. И гусеницы можешь скрутить, спрячь пока. Колеса в кузове.

— Понял, — сказал Хмель и пошел открывать свой каретный сарай.

— Большой домкрат у меня возьми, — показал я на дверь гаража. — Там крутить не надо будет.

Хмель ушел к себе в гараж, но буквально через минуту выглянул и окликнул, дождавшись меня с очередной ходкой:

— Коль, будет пять минут свободных — зайди, поговорить надо.

Я тормознул, глядя на заваленный барахлом длинный кузов и еще загруженный джип.

— Горит?

— Это по Миле, что ты просил.

Ага, вот оно что. Тогда перерыв, однозначно. Обновление информации.

— На перерыв! — объявил я и отставил увесистую коробку с гусеницей, которую собирался перевалить на тележку и везти в гараж.

— Пошли ко мне, — сказал Хмель, что подразумевало "в подвал паба".

Он пропустил меня вперед на узкую лестницу, сам спустился следом. Потом неторопливо нацедил кувшинчик пива, принес к столу, наполнил две кружки.

— В общем, смотри, что на сегодня узнать получилось, — он сел напротив. — За Милу просил Васильич, но он тут точно вообще не при делах. Он ее считал подружкой коллеги, я тебе про него рассказывал.

Ну да, это я помню. Да и Васильич не тот типаж, чтобы в глубокие интриги лезть.

— Панфилов фамилия его называлась, так? — уточнил я. — Завалили его.

— Именно, — кивнул Хмель. — Но если они и встречались, то как-то странно: домой она к нему не ходила, никто их вместе не видел. Колдун уверен, что она доставала через знакомых какие-то данные для научных изысканий Панфилова.

Мила поставляла данные для научных изысканий? Шутка такая? Нет, Мила не дура, но она в прошлом режиссер с телевидения, а не ученый.

— Уже интересно, — я приложился к пиву.

— И когда его зарезали, а его не просто зарезали, а пытали, — Слава выдержал драматическую паузу, — она попросила Васильича подыскать ей другую работу. Ну или как-то его к этой мысли подвела.

Она да, не выглядела никогда скорбящей по какой-то утрате.

— Как-то подвела, Васильич по жизни ни разу не альтруист… — сказал я задумчиво, попутно подумав о том, что подводить к мысли Мила умеет на удивление хорошо. Меня она не раз подводила, например. К мыслям.

— Соседи убитого говорят о беспорядке в его комнате, но там уже не поймешь, так оно было или выдумывают.

— То есть не только пытали, но могли и хату перетрясти, так?

— Похоже. Да! Вот еще! — спохватился Хмель. — Я карту там забрал.

Он взял с полки длинный бумажный рулон. Мы раскатали его и повесили на стену, на скотч. Карта оказалась большой, подробной, хоть и набрана была из листов формата А4.

— На ней калька была, — пояснил Хмель. — Сверху. Но именно что была, я только срез ее нашел.

Без кальки просто карта области Форта, частично захватывавшая остальные области. Детальная, аккуратная, но вполне обычная. Для чего могла калька быть сверху? Мог что-то копировать для кого-то, но кому оно надо?

— Что могло быть на кальке?

— Обрати внимание на отметки на листах, они все продавлены, словно поверх что-то рисовали, — Хмель достал из кармана фонарик и посветил под острым углом. Да, действительно, много черкали по кальке, везде отметины. — Видишь? Не копировали, а именно какие-то пометки делали.

— Не разобрать ни черта, — констатировал я неприятный факт.

Карту двигали, кальку, наверное, двигали не раз, накладывали по-разному, так что начеркано довольно хаотично.

— Гимназист сказал, что Панфилова интересовали замеры энергетического фона. Может, они и были? — задумчиво спросил Хмель.

— И когда за такие замеры убивали? — усомнился я. — Практически открытая информация, ну максимум ДСП. А прогнозы в газете печатают. А кто все это замерял, кстати?

— Патруль? — предположил Хмель.

— Патруль на Севере и вдоль дорог… ну, может быть. А восточная часть? Там пометок как бы не гуще.

— Восточная — это уже Туманный, — Хмель опять отпил пива, — а юго-восток территорию Города захватывает. Туда патрульным ходу нет.

— Туманный — это братья?

— Да.

— А Город? Кто туда выбирается? Торговцы?

— Торговцы выбираются, — подтвердил Хмель после двух долгих глотков пива. — Но торговцы замеры бы вдоль дорог делали. Да и стремно с такой аппаратурой в Город ехать. Не поймут. Там же на границе проверка как в лучшие времена, граница на замке. И у них шпиономания.

Это да, об этом я слышал. Самое смешное в том было, как я понимаю, что Форт шпионов в Город не слал. Просто из-за бардака и полной ненадежности. А городских агентов в Форте было завались, потому что у тамошних властей бдительность — главное оружие, так сказать. И особенно активизировались они после того, как вариант силового разрешения конфликта отпал окончательно. Это как техника в виде гуманитарки в Форт пошла.

— Думаешь, листы Мила срезала?

— А кто еще? — Хмель пожал плечами. — Иначе зачем ей прятаться?

— Убили Панфилова больше года назад. А прятаться она начала перед Лазурным. Причин может быть много, почему она прячется,