"Фантастика 2026-77". Компиляция. Книги 1-19 - Виктория Богачева

— Вы что-то хотели? — осведомилась Чистова, обмахнув взгляд длинными ресницами. — Кирилл Васильевич? Вам нехорошо? Или затягиваете паузу для большего эффекта? Хотите меня ангажировать?

— Да! — радость в голосе Сканера прозвучала абсолютно искренне. — Да, Анна Владимировна…если вы не устали… я бы хотел…

Она протянула руку, Сканер принял ее, помог встать и повел в центр зала. Когда они достаточно отдалились от остальных, Чистова шепотом спокойно сказала:

— Какой же ты, все-таки, кретин!

— Прости… те, — пробормотал Сканер. Его рука, за которую держалась Чистова, была ледяной и мелко дрожала. — Не… немного нервничаю.

— Не тараторь! И будь любезен — придай своей глупой физиономии выражение безмятежного добродушия — на нас смотрят. Добавь восхищения — идешь с красивой женщиной, а тебя перекосило, будто рядом налоговый инспектор.

Сканер невольно поежился — настолько голос Чистовой не походил на ее голос. Он беспомощно огляделся, потом обнял женщину за талию, и они начали неторопливо и незатейливо двигаться под музыку.

— Общаться в танце — самое милое и безопасное дело, — заметила женщина, и на мгновение ее тонкие брови сошлись на переносице, придав лицу странное выражение слегка растерянной озабоченности. — Не помню, кто мне говорил об этом… А теперь танцуй, Шестаков, танцуй и слушай очень внимательно, что ты должен сделать. Я не буду говорить долго и не буду повторять, поэтому вслушивайся в каждый звук.

Наташа сдержала свое обещание. Она говорила очень недолго, и с каждым ее словом глаза Сканера расширялись все больше и больше. Красивая медленная музыка превратилась в грохот, совпадающий с бешеными болезненными ударами сердца, бьющегося где-то в районе глаз. Весь мир исчез, осталось только безжалостно прекрасное лицо, которое требовательно смотрело на него, ожидая подчинения…

ожидая жертвы

— Но я не могу… — он едва сдержался, чтобы протестующе не замотать головой. — Я это-го… я не могу… это… это…

— Хватит кудахтать! — резко оборвала его Наташа и тут же послала кому-то обворожительную улыбку. — Конечно, это не чужие эпистолярии носить — поработать придется своими руками. Ничего, справишься. Попробуй только не справиться! — теперь ее голос звучал задумчиво, размеренно и удивительно мудро. — Делай все, как я сказала — не импровизируй. Пойдешь не сразу — выжди три-четыре песни.

— А как же… они ведь… Как же я выживу?! Как?!

— А вот это уже твои проблемы, дружок. Выживай, как хочешь. Но, знаешь, я думаю, ты выживешь. Такие, как ты, всегда выживают — сорняки ведь не так просто выдрать. Не волнуйся об этом — лучше подумай о хорошей стороне. После этого ты будешь принадлежать только самому себе, Шестаков. Никто кроме тебя не сможет прикоснуться к твоей картине. Слово бога.

Он на мгновение погрузил свой взгляд в смеющиеся карие глаза, но оттуда тотчас же полыхнуло такой яростной темнотой, что его взгляд метнулся в сторону, как мышь от лисьей пасти. Песня закончилась, и он вернулся на место, а Анна-Наташа тут же снова закружилась в танце, подхваченная новым кавалером. Сканер повернул голову влево, но наткнулся на хмурый взгляд Баскакова. Отвернувшись, он плеснул себе в рюмку коньяка, не прерывая движения забросил его комком в рот, сопроводив кусочком осетрины. Потом немного выждал и, улучив момент когда никто не смотрел в его сторону, рука Сканера, словно проворное насекомое, подобралась к одному из ножей, накрыла его, и, увлекаемый ею, нож скользнул к краю стола и исчез в одном из карманов серого френча. Сканер удовлетворенно вздохнул и налил себе еще коньяка. «Последняя, — пообещал он себе, потом утешающе добавил: — До того, а вот уж после…»

Если только оно будет, это «после».

Слово бога.

Сканер стиснул пальцы. Звуки праздника колыхались в зале, и для Сканера они были неотделимы друг от друга — сплошной единообразный гул, слушая который, он крутил головой по сторонам в надежде, что мелькнет между гостями знакомая золотоволосая голова, дразнящая безжалостная улыбка, синий шелк… но везде натыкался на один и тот же взгляд ласковых и жестоких карих глаз. Постепенно гул начал расщепляться на отдельные звуки, между ними протекла музыка, выступили слова.

Живет моя зазноба в высоком терему,

В высокий этот терем нет хода никому.

Сканер неожиданно для себя улыбнулся. Он встал и уже стоя выпил еще одну рюмку, а потом, чуть пошатываясь, неторопливо пересек зал, направляясь вслед за несколькими гостями в сторону туалета. Он чувствовал, как уносит на спине чей-то внимательный взгляд, но не стал оборачиваться, а шел, едва слышно подпевая:

При тереме, я знаю, есть сторож у крыльца,

Но он не остановит детину-удальца:

Короткая расправа с ним будет у меня —

Не скажет он ни слова, отведав кистеня!

«Кистеня, — бормотал он, — да, моего кистеня… Ни слова ни скажет!»

Сканер вышел в коридор, продолжая покачивать головой в такт остающейся позади музыке и рассеянно разглядывая картины и скульптуры. За одной из квадратных колонн обнаружилась жарко обнимающаяся парочка, и он посмотрел на них с любопытством.

Была бы только ночка сегодня потемней!

Он не пошел в туалет, а направился в сторону узкой лестницы и поднялся на второй этаж. После длительных пререканий с охраной к нему вышел сам Леонид Антонович и внимательно выслушал, нервно похрустывая суставами пальцев. Он выглядел страшно измотанным, а в глазах застыло такое выражение, словно Леонид Антонович уже очень давно мучительно пытается что-то вспомнить — что-то жизненно необходимое, но не очень приятное.

— Да, да, — устало сказал он, — так и договаривались. Значит, вы — Дементьев? Документы покажите пожалуйста. Поймите меня правильно, но…

— Конечно, все соответственно, — Сканер чуть покачнулся, потом сунул руку мимо кармана. После нескольких неудачных попыток паспорт был извлечен и протянут Леониду Антоновичу. Изучив его, тот оглядел стоявшего перед ним невысокого пошатывающегося человека с легкой тоской, потом с сомнением спросил:

— А вы сами-то разве донесете? Чего с собой никого не взяли? Я тогда своим скажу…

— Нет, нет, не нужно, — торопливо произнес Сканер. — Вещи ценные, и я бы не хотел… я прекрасно справлюсь сам. Вы мне только покажите, где…

— Зайдите в кабинет, — Леонид Антонович посторонился в дверях, пропуская Сканера, потом кивнул охранникам. — Все в порядке, смотрите за лестнице, а когда выйдет этот господин, проводите его в зал. Решили вручить подарок в самый разгар торжества?

Сканер неопределенно махнул рукой и прошел в кабинет, заметив, как охранники неторопливо направились к лестнице. Дверь за ним захлопнулась, резко оборвав долетавшую снизу песню, но слова