"Фантастика 2026-130". Компиляция. Книги 1-30 - Ал Коруд

жары. Я искал боя. Смерти от любого живого существа, способного меня убить. Я шёл, и каждый встреченный обитатель пустыни — ещё один скорпион, змея с кристаллической кожей, стая крылатых ящериц — становился мишенью для моей слепой, беспощадной ярости. Я дрался системным оружием, навыками, стрелял из автомата, рвал их всех собственными руками и зубами. Я получал раны — порезы от клешней, ожоги от кислоты, ушибы. Я выживал только за счёт дикого упрямства и остаточных инстинктов старого бойца. Каждая новая победа, каждая смерть в моих руках лишь распаляла меня, подтверждая простую мысль: если я не могу убить демонов, я убью всё, что попадётся. Если я не могу защитить своих, я уничтожу всё живое вокруг.

Прошли дни. Или недели? Я потерял счёт времени. Я превратился в бродячее бедствие. Моя одежда висела лохмотьями, тело покрывали струпья заживающих ран и свежие ссадины. Волосы спутались, лицо почернело от грязи и засохшей крови. В голове продолжала кипеть смесь безумия и незатухающей ненависти. Еда в инвентаре давно уже закончилась. Я ел то, что убивал, пил мутную влагу из редких растений, чей сок обжигал горло. Я разговаривал сам с собой, бормоча обрывки фраз, имена, проклятия. Иногда я кричал в пустое небо, требуя ответа у молчащей Системы, у предавшего меня Йона. Ответа не было. Только ветер да далёкие, незнакомые звёзды в чёрном, как смоль, ночном небе, и редкие вихри на горизонте, которые распадались, стоило к ним приблизиться.

Так продолжалось очень долго, пока однажды я не наткнулся на след.

Я шёл по высохшему руслу, где песок был твёрже. И увидел отпечаток. Чёткий, неглубокий след босой человеческой ноги. Не мой — я шёл в другом направлении. След был свежим, его не успело замести ночным ветром.

Я замер. Я долго смотрел на этот отпечаток, мозг, заржавевший от одиночества и ярости, медленно соскрёбывал с него смысл. Человек. Кто-то ещё. Здесь. В этом золотом аду.

Первой реакцией была всё та же ярость. Чужая жизнь. Надо найти. Убить. Стереть её. Распылить в аэрозоль. Я уже сделал шаг по направлению следа, пальцы непроизвольно сжались в кулаки.

Но потом… что-то меня толкнуло в бок. Мягко. Посмотрев вниз, увидел знакомого зверя, который почему-то возрождался после каждой своей смерти и не нападал на меня. Я уже давно перестал его убивать — это было бесполезно. Он мне не противник, не хочет сражаться.

Глубоко, под многометровыми напластованиями боли и безумия, промелькнул призрак мысли. Осознанной.

Это был Мико. Мой духовный зверь. Поняв, что творил, я опустился на колени и прижал его к себе. Заплакал от бессилия.

Проводя по короткой жёсткой шерсти зверя, я продолжил думать.

А что если… А что если не всё потеряно? Если чёрные имена в чатах — ошибка? Ловушка демонов? Если кто-то выжил? Если можно… узнать? Да. Я должен хотя бы узнать о том, что случилось.

Всё. Решено. Сначала я вернусь домой, и если увижу, что там действительно все мертвы — я начну убивать оттуда. Снова войду в это состояние. А до тех пор…

Я стоял, раздираемый двумя потоками. Слепая ярость требовала двигаться дальше, оставить след, продолжать своё шествие разрушения. А крошечный, едва живой огонёк надежды — того, что я не окончательно один, что хоть какая-то часть старого мира уцелела, — тянул меня к этому следу.

Не потому что надежда победила, а потому что даже в моём искажённом сознании это было новым вызовом. Новая цель. Найти. Увидеть своими глазами. Узнать. И тогда решить.

Я пошёл по отпечаткам. Они вели вдоль русла, потом поднимались на плато, обходили зону, усеянную острыми, как бритва, осколками чёрного камня. Следы были аккуратными, осторожными, будто тот, кто их оставил, знал местность. Это не был след безумца, вроде меня. Это был след выживальщика.

Какое забавное слово. Сколько же в нём смысла. Выживальщик. Вот он я — выжил, возрадуйтесь же! Но радоваться было некому. Чаты до сих пор были черны, как те камни, мимо которых я прошёл недавно.

Через несколько часов ходьбы я увидел нечто новое на горизонте. Новый цвет.

Я ускорил шаг. Ярость снова полезла вверх, смешиваясь с лихорадочным любопытством. Я крался уже не просто как охотник, а как хищник, вышедший на границу чужих владений. Я обогнул холм и застыл.

Впереди, между песков, стоял город.

Огромный, с сотнями построек, напоминающих по архитектуре арабские куполообразные. И всё это чудо было накрыто полупрозрачным синеватым куполом, об который на моих глазах ударился песчаный вихрь, тут же рассыпавшийся.

Я стоял, не двигаясь, наблюдая. Мой разум лихорадочно работал. Выжившие? Колония людей, заброшенных сюда, как и я? Или что-то иное? Обитатели этого мира? Но след был человеческим…

Не почувствовал облегчения от этой мысли. Не почувствовал радости. Ярость никуда не делась. Она лишь сгустилась, сфокусировалась на этой точке. Эти люди жили под куполом. У них был порядок. У них было убежище. Они выжили. Когда мой мир погиб. Когда Кира и Сим…

Чёрная, едкая зависть присоединилась к гневу. Я стоял снаружи, в пустыне, в грязи и крови, а они — в безопасности, под защитой. Почему они? За что?

Мне в бок опять ткнулась морда зверя, возвращая в сознание.

Мы смотрели друг на друга — человек и зверь, два изгоя, выброшенные в пустыню, потерявшие всё. Связь между нами, разорванная смертью и возрождением, потянулась, как тончайшая паутина, едва уловимая, но нерушимая.

Я выдохнул. Ярость внутри меня не утихла. Она осталась, твёрдая, как камень. Но теперь у неё появилась… цельность. Направление. Я был не просто безумцем в пустыне. У меня был зверь. И передо мной был город. Место, где кто-то выжил. Место, откуда, возможно, можно что-то узнать. Или которое можно уничтожить, если ответы мне не понравятся.

Я посмотрел на Мико, потом на мерцающий купол вдали. Моё лицо, измождённое и грязное, не выразило ничего. Только решимость. Холодную, беспощадную решимость выжившего, у которого не осталось ничего, кроме самого факта выживания.

Пошёл вперёд, к городу. Не бегом, не крадучись. Просто пошёл прямой, неспешной походкой существа, которому больше нечего терять. Мико поплёлся следом, держась по правую руку от меня.

Мы шли к городу под куполом. Две одинокие тени на фоне бескрайней, мёртвой пустыни золотого ранга.

Я не знал, что ждёт меня дальше. И уже не волновался. Я просто шёл. Потому что идти было некуда. Потому что остановиться означало сдаться. А я уже умер однажды. Этого было достаточно.

Ветер гнал передо мной клубы