После измены. Сохрани наш брак - Кара Райр

После измены. Сохрани наш брак

Глава 1

Алла

— Когда вы поняли, что муж вам изменяет? — я смотрела в глаза женщине лет пятидесяти.

Лариса Степановна уже не пыталась скрывать своего горя. Вытирала слезы уже насквозь промокшим носовым платком и в очередной раз всхлипывала.

— Еще лет пятнадцать назад, — едва выдавила она полушепотом.

Я на секунду замерла.

За годы работы я видела многое, слышала всякое, но пятнадцать лет терпеть такие унижения…

Пятнадцать лет жить рядом с человеком, который выбирает не тебя?

Неужели женщины могут себя так губить ради любви?

Смотрю на нее, и в голове не укладывается.

— И вы… все это время терпели? — уточнила я. — Даже не было мысли уйти?

Я понимала, что добиваю ее. Ведь иногда вопросы ранят сильнее фактов. Но по-другому нельзя.

Мне нужен был портрет ее мужа, его мотивы, привычки и эмоциональные реакции. Всё, что могло подтолкнуть его к убийству своей любовницы.

Лариса Степановна шмыгнула носом, медленно покручивая на пальце золотое кольцо. Она словно пыталась найти в нем ответ.

— А что мне надо было делать? — вдруг прошептала она. — У нас же дети. Общий бизнес. В конце концов — семья. Что мне теперь, из-за его беготни по юбкам всё рушить? Как я могла? Позор ведь, когда муж от тебя гуляет. А если на развод подать — это считай крест на себе поставить… Не удержала мужа, плохая жена и все в таком духе…

Она смотрит мне в глаза, а у меня аж сердце сжимается. Мне стало ее так жаль, чисто по-человечески, как женщину.

Больно видеть, как она положила жизнь на этого урода, боясь эти долгие годы чужого мнения.

— Как он изменился за последний год и изменился ли вообще? Какие новые черты и привычки вы стали замечать?

Я делала записи, фиксируя каждую деталь, что женщина давала мне. Рука шустро двигалась по блокноту, а каждое записанное слово отдавалось во мне неприятным осадком.

Как? Просто как? Столько терпеть и ничего не предпринять.

И тут, разрушая поток моих мыслей, она задала мне вопрос, который я меньше всего ожидала услышать.

— А если бы вы узнали, что ваш муж налево ходит… вы бы как поступили?

Я опешила.

Ведь мы с ней не подруги, не хорошие знакомые, да и ситуация, в которой она сейчас находится не подразумевает подобные вопросы ко мне.

А я ума не могла приложить, что ей ответить. Положив ручку между листов и закрыв ежедневник, негромко сказала:

— Не знаю.

Лариса Степановна только кивнула и крепче сжала мокрый платок.

— Надеюсь, и не узнаете, милая моя.

— Дай Бог.

Добавить здесь мне было нечего.

Я поднялась, попрощалась и направилась к выходу.

Часто после разговоров со свидетелями я выходила, выжатая как лимон.

Ведь зачастую люди признаются сами себе в каких-то вещах только под давлением. И я не говорю тут о преступниках, с которыми мне тоже приходится работать. Больше о простых людях, которые их окружают. Они то уж точно не были виноваты ни в чем.

Остановилась на мгновенье и задумалась.

Это был точно не тот случай.

Она четко осознавала, что, как и когда происходило. Знала и потакала. Ей просто нравилось чувствовать себя удобной и потакающей, прекрасной и понимающей, якобы мудрой женой.

Но это ладно, сейчас вопрос в том, можно ли ее считать соучастницей или же она просто жертва? Да уж, вопрос.

В коридоре было прохладно, даже слишком.

На теле зябко, а ком посреди горла так упорно и стоял после ее слов...

Если бы ваш муж ходил налево…

Мурашки побежали по спине…

Чтобы я правда сделала в таком случае?

Я шла вдоль тусклого коридора и ловила себя на том, что не находила ответа. Потому что никогда не задавалась этим вопросом. А может и надо было бы?

Не знаю.

Ведь я всегда была уверена, что у нас с Андреем всё в порядке.

Ведь разбирать чужие проблемы куда проще, чем заглядывать в собственные.

И, наверное, где-то в глубине души я все-таки понимала, что не всё так гладко у нас с мужем, как мне хотелось бы в это верить.

Пока крутила в голове весь этот калейдоскоп вопросов, ноги сами привели меня к оперативникам. Нужно было еще обсудить детали и поговорить с сыном подозреваемого. Дел море.

Я ходила из кабинета в кабинет, заполняла отчеты, просматривала медицинские карты мужа Ларисы Степановны и очень хотела с ним поговорить. Это важное дело, еще и потому что хочу услышать мотивы.

Что сподвигает мужчинами изменять? Растолстевшая супруга? Недостаток внимания? Потеря авторитета среди друзей кобелей. Способ самоутвердиться или желание чтобы их поймали за яйца?

Ответ у каждого свой, и мне нужно будет услышать этот.

К вечеру я уже почти волоком тащила себя по коридору. Ноги ныли от усталости, в животе пусто тянуло от голода, а голова гудела так, что хотелось просто прислониться к холодной стене и закрыть глаза.

Тяжелый день и ничего нового, но сегодня почему-то особенно хотелось домой.

Не просто в четыре стены, а к нему.

Я поймала себя на мысли, что считаю минуты до встречи с мужем. За последние недели мы почти не пересекались. Очень мало времени вместе проводили да и не говорили почти.

Я, лошадка рабочая, постоянно на выездах и допросах.

Он в отчетах, совещаниях, вечной гонке цифр.

Я скучала. Правда. Хотелось просто прижаться к нему, выдохнуть и хоть на мгновенье стать не сотрудником полиции, а уставшей женщиной, утонувшей в объятиях любимого мужа.

Я открыла дверь и сразу почувствовала то тихое облегчение, которое приходит только дома.

У входа стояли его ботинки. Он уже вернулся.

Как же хорошо.

Я сбросила обувь, поставила в обувницу.

Повесила куртку и тяжело вздохнула.

Боже, как хотелось просто лечь рядом с ним.

Не говорить, не объяснять, не обсуждать отчеты и то, какие улики сегодня на повестке дня.

Просто прижаться к мужу. Закрыть глаза. Дать себе хоть минуту слабости.

После разговора с Ларисой Степановной эта потребность стала крайне острой. Мне словно напомнили, что я тоже жена, а не только эксперт криминалист.

Я прошла в комнату, шаг за шагом отпуская тяжесть дня.

Увидела его, стоящего у шкафа в нашей спальни. Знакомая спина, знакомо напряженные плечи.

И в