AS01-2016-11-Аноним-Anonym - Арно Штробель

Arno Strobel & Ursula Poznanski

Anonym

Арно Штробель и Урсула Познански

Аноним

Перевод: Глеб Григорьев

1-й роман серии «Бухгольц и Саломон»

(2016)

Оглавление

Пролог

Глава 01

Глава 02

Глава 03

Глава 04

Глава 05

Глава 06

Глава 07

Глава 08

Глава 09

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Об Авторах

ПРОЛОГ

Его валят в грязь и срывают с него всё. Снаряжение, форму, нижнее бельё. Бьют руками и ногами. Он сворачивается клубком, обхватывает голову руками, пытаясь защитить лицо и гениталии.

Их двадцать или тридцать — фигуры в развевающихся одеждах, у некоторых поверх них патронташи. «Ансар ад-Дин».

Они захватили его и двух его товарищей в крохотной деревушке на севере Мали, неподалёку от города Азавад, куда те под вечер заехали на джипе во время контрольного патрулирования. Сержа и Ральфа застрелили при нападении, а его самого оглушили прикладами и оттащили на окраину деревни.

С громкими криками ему связывают руки спереди, грубо волокут к одному из домов и прижимают спиной к стене, заставляя сесть на корточки. Предплечья лежат на обнажённых бёдрах.

Один из них подходит и показывает ручную гранату. Он знает эту модель. Американская M67: радиус поражения пятнадцать метров, в пределах пяти — смертельный. Фанатики либо отбили её при каком-то нападении, либо получили от сторонников через чёрный рынок.

Мужчина выплёвывает ему в лицо непонятные слова на языке туарегов, выдёргивает чеку и небрежно бросает её на землю. Резко и сильно толкает его в голую грудь, так что тот заваливается назад. Упасть на спину не даёт стена дома. Прежде чем он успевает выпрямиться, мерзавец засовывает гранату между стеной и его лопатками. Он стонет. Металлическое яйцо жёстко упирается в позвоночник, предохранительная скоба сдирает кожу.

Откуда-то доносятся крики. Высокие, истерические. Мужчины бросают на него последний презрительный взгляд и отворачиваются.

Он сосредоточивается на том, чтобы спина давила на гранату с неизменной силой. Если она соскользнёт и упадёт, если хотя бы перекосится и предохранительная скоба перестанет быть прижатой, всё кончено. Ровно три секунды до взрыва. Слишком мало, чтобы из такого положения успеть укрыться.

Крики становятся громче. Двое бойцов «Ансар ад-Дин» выходят из узкого переулка и тащат за собой женщину. Нет, не женщину. С такого расстояния он не может как следует её разглядеть, но… ей не больше пятнадцати. На ней западная одежда, спутанные чёрные волосы падают на лицо.

В нескольких метрах от него мужчины останавливаются и швыряют её в грязь. Она сворачивается клубком — точно так же, как недавно он. Некоторое время мужчины орут на неё, затем срывают одежду. Но прежде чем связать ей руки спереди, натягивают на неё бурку, которую приносит третий. Только после этого девочку поднимают на ноги и волокут к нему. Когда они приближаются, он слышит её хныканье. В голосе — паника, страх перед неизбежным.

Через несколько минут девочка сидит в паре метров от него в той же позе, прижавшись спиной к стене.

Мерзавцы стоят рядом и ещё какое-то время наблюдают за ними. Потом отворачиваются и исчезают в переулке. Остаются лишь двое: они садятся на песок в тени дома, метрах в пятидесяти.

Он думает, сколько девочка сможет продержаться. Два часа, может быть, три. Если у неё сильная воля и хорошая физическая форма.

Она почти без умолку говорит с ним плаксивым, умоляющим тоном. Говорит по-французски, и всё же он почти ничего не понимает. Он смотрит на неё и велит замолчать, беречь силы. Она продолжает говорить. Продолжает плакать.

Ноги затекают. Через полчаса солнце садится. До темноты остаются считаные минуты. Сумерки в этой проклятой стране коротки.

Появляются люди — местные жители. Они останавливаются, но, заметив двух вооружённых мужчин, тут же опускают глаза и быстро уходят.

Девочка не выдерживает трёх часов. Не выдерживает и двух.

Одновременно со взрывом, от которого он едва не теряет сознание, всё тело пронзают острые боли. Что-то брызгает ему в лицо. Тёплое, мокрое. Требуются почти нечеловеческие силы и сосредоточенность, но ему удаётся не упасть. Он снова начинает воспринимать окружающее, лишь услышав голоса боевиков. На большой площади разбросаны тлеющие, дымящиеся остатки бурки. Среди них — такие же дымящиеся оторванные конечности и разорванные части юного тела.

Картина исчезает. Исчезает всё.

Он открывает глаза и смотрит в потолок. Никакого медленного перехода от сна к реальности — мгновенное переключение из сна в бодрствование. Будто щёлкнули выключателем.

На короткий миг мысли возвращаются к этому сну, к сотому повторению одного из пережитых эпизодов. В Афганистане, Косове, Мали.

Тогда прошло двенадцать часов, прежде чем колонна регулярной французской армии сумела отогнать группу бойцов «Ансар ад-Дин» и освободить его.

Двенадцать часов эти ублюдки по очереди наблюдали за ним и ждали, когда силы иссякнут и он сделает неверное движение. Двенадцать часов он неподвижно сидел на корточках, голый, с телом, превратившимся в сплошную боль, и лицом, покрытым засыхающими частицами разорванной девочки. Во власти единственной мысли: не доставить им такого удовольствия.

Он выпрямляется, возвращаясь в настоящее.

Предстоящий день потребует полной сосредоточенности.

Сон не вызывает в нём ни единого чувства.

Как тогда, так и сейчас внутри царит абсолютная пустота.

Эта пустота полезна.

Как тогда,