Предатель. Буду счастлива без тебя - Тая Наварская

Предатель. Буду счастлива без тебя

Предатель. Буду счастлива без тебя.

Предатель. Буду счастлива без тебя.

Тая Наварская

1.

– Верунь, привет! Не отвлекаю? – из динамика доносится голос соседки.

– Нет, Маш, говори. Что случилось?

Одной рукой привычно удерживаю руль, второй – надеваю беспроводные наушники.

– Я к тебе по деликатному вопросу, – начинает она. – Помнишь, вы Андрюшке ключи от бабушкиной квартиры передали?

Помню, конечно. Это идея мужа была. Пусть, говорит, у пацана свой отдельный угол будет. Туда и девушку можно привести, и с друзьями повеселиться. Я поначалу против была, но потом согласилась. В конце концов, сыну уже восемнадцать. Школу в этом году закончил. С отличием, между прочим.

Поэтому, взвесив все «за» и «против», решила, что в предложении Марка нет ничего криминального. Квартира все равно с прошлого года пустует. Надо бы ремонт сделать да арендаторов запустить, но руки все никак не доходят. А Андрей в августе в Чехию уезжает – в университет поступил. Так что да, все лето квартира в его распоряжении. А к осени, глядишь, мы мужем немного разгрузимся: наймем рабочих, наведем марафет и квартирантов подыщем.

– Да, – отвечаю я, притормаживая на светофоре. – А что, он музыку опять громко слушает?

– Да если бы музыку, Вер...

Интонации соседки заставляют напрячься. Судя по ним, дальше не последует ничего хорошего.

– Маш, говори прямо. Мы с тобой сто лет знакомы.

– Ох... Если бы не дети, я бы слова не сказала. Все ведь понимаю, дело молодое... Но у меня старшей уже одиннадцать. Она вопросы задает. А я понятия не имею, как ей на них отвечать...

– Да о чем речь? – начинаю раздражаться. – Я тебя не понимаю!

– В общем, повадился твой Андрюшка девок к себе водить. Причем громких таких, голосистых. И ладно бы ночью все это было, когда дети уже спят... Так нет же! Прям посреди бела дня стонут! Да еще как стонут, Вер! Будто у них там оргии какие-то!

Ощущаю, как к щекам приливает стыдливый жар.

Стоны? Оргии? Это у моего-то Андрея?!

Нет, я, конечно, знала, что рано или поздно мальчики вырастают и превращаются в мужчин. А мужчины занимаются сексом. Однако слышать подобное про собственного сына как-то уж очень дико... Да и не похоже это на него, если честно.

Андрей всегда был интеллигентным воспитанным мальчиком. Хорошо учился, в олимпиадах побеждал, дурными вещами не занимался... А тут на тебе – оргии!

Хотя... Может, я просто многого не знаю о сыне? С родителями-то они все паиньки, а на деле... Не зря ведь говорят, что в тихом омуте черти водятся.

– А ты уверена, что из нашей квартиры шум? – хватаюсь за последнюю надежду. – Может, соседи сверху буйствуют?

– Уверена, Вер. Сверху пенсионерка с кошкой живет. В семьдесят пятой – семья с малолетними двойняшками. Да и стены у нас тонкие: сразу понятно, откуда звук.

Чуть сильнее сжимаю пальцами руль. Ситуация неприятная.

– Я поговорю с Андреем, Маш. Сегодня же.

– Спасибо. И извини, что побеспокоила. А то мне сейчас младшую на дневной сон укладывать, а у нас опять крики на весь дом. Мы с Васькой слушаем: даже немного завидно… Но, сама понимаешь, дети…

– Погоди-погоди, – перебиваю. – То есть он прямо сейчас там сексом занимается?

– Угу. Вот прям в эту минуту.

Морщусь, невольно представляя эту травматичную для любой матери картину.

– Ладно, сейчас же ему позвоню. Прости, что так вышло.

Сбрасываю вызов и какое-то время пребываю в прострации, обдумывая услышанное. К реальности возвращает пронзительный сигнал клаксона: оказывается, на светофоре уже загорелся зеленый, и я задерживаю весь ряд.

Нажимаю педаль газа. Трогаюсь с места.

Да, надо сейчас же связаться с сыном. Объяснить, что в хрущевках стены тоненькие и невольными свидетелями его увеселений становятся соседи. Скорее всего, он просто не в курсе подобных особенностей шумоизоляции старых домов.

Преодолевая смущение, набираю номер Андрея. Морально готовлюсь к тому, что он ответит далеко не с первого раза. Ведь, по словам Маши, у него половой акт в самом разгаре…

Однако, как ни странно, сын поднимает трубку после третьего гудка. И звучит при этом весьма буднично:

– Привет, мам.

– Андрей? – тяну я, слегка ошалев от такого спокойного тона.

– Ну да, – он явно не понимает, чему я удивляюсь. – Или ты по ошибке меня набрала?

– Нет-нет, не по ошибке, – пытаюсь быстро переориентироваться. – Ты сейчас где?

– В торговом центре. Кроссовки покупаю. А что?

Я прямо чувствую, как моя челюсть медленно отъезжает вниз.

Если Андрей сейчас занимается шопингом, то кто тогда предается страсти в нашей старой квартире?!

– Ты точно в торговом центре? – окончательно растерявшись, вопрошаю я.

– Ну да… – с недоумением. – Мам, ты в порядке? Ведешь себя странно…

Я прислушиваюсь. Из динамика доносятся посторонние шумы: звуки голосов, ненавязчивая музыка… Похоже, Андрей действительно находится в магазине.

А вопросы в моей голове множатся со скоростью света.

– Я хотела по поводу бабушкиной квартиры спросить, – прочистив горло, продолжаю я. – Ты давно туда заглядывал?

– Давненько. С тех пор, как папа ключи забрал, ни разу не был.

Его слова обухом ударяют по темени. Аж в глазах двоиться начинает.

– Папа забрал у тебя ключи? – переспрашиваю, не веря своим ушам.

– Ну да.

– Когда?

– Не знаю... Недели три назад примерно.

2.

Я с силой прикусываю губу, через миг ощущая на языке металлический вкус крови.

Боль отрезвляет. Вытаскивает из ступора. Но мне все равно трудно допустить крамольную мысль в зону сознательного.

Что же это получается? Что громким сексом на старой бабушкиной квартире занимается вовсе не сын, а... муж?!

– Ау, мам? Ты тут? – голос Андрея приводит меня в чувства.

Я и забыла, что он по-прежнему висит на том конце провода.

– Андрюш, я перезвоню, – выдавливаю сипло.

И, не дожидаясь ответной реплики, отключаюсь.

Дорога перед глазами плывет. Пальцы, сжимающие руль, ощутимо подрагивают. К горлу подкатывает тугой ком.

Нет. Это невозможно. Этого просто не может быть!

Мы с Марком вместе почти двадцать лет. У нас замечательный сын, процветающий бизнес, дом полная чаша... Разве мог он променять все это на какую-то