Васнецов - Владислав Анатольевич Бахревский

Владислав Бахревский

Васнецов

Дизайн обложки Екатерины Ферез.

© В. Бахревский, 2026

© ООО Издательство АСТ, 2026

Высказывания Виктора Васнецова

«Красота составляет основу всех форм мироздания. От величайших светил, наполняющих мировые пространства, до самой маленькой букашки и незаметного цветка – все полно красоты, все проникнуто красотой»

«Человек своим бытием неизбежно и могущественно влиял, влияет и будет влиять на жизнь всего земного шара и в добрую, и в злую сторону… Если в животном мире борьба неизбежна, то в мире человеческом должно ее избежать»

«Если на поля и хлеба напал жучок, саранча, следует ли защищаться от них? Если на людей нападают волки, медведи, тигры, следует ли их убивать? Если на человека нападает человек и будет угрожать жизни его – как поступить? Следует ли защищаться до последнего, т. е. не щадить жизни и нападающего? А народ на народ? Полагать нужно, что защищать свое племя и народ следует до последнего…»

«Во время самого ярого увлечения жанром, в академические времена, меня не покидали неясные исторические и сказочные грезы… Противоположения жанра и истории в душе моей не было, а стало быть, и перелома или переходной борьбы во мне не происходило. Я всегда был убежден, что в жанровых и исторических картинах, в сказках, песне, былине, драме и проч. сказывается весь цельный облик народа. Внутренний и внешний – с прошлым и настоящим, а может быть, и будущим. Только больной и плохой человек не помнит, не ценит и не любит своей истории…»

«Каждый художник до Академии – самоучка…»

«Все мы тогда считали себя реалистами, искали только правды в искусстве. Положим, правда эта представлялась нам довольно суженной. Подчеркивалась более только “правда” жизни обличительная и поучительная в известном гражданском смысле, что, впрочем, нисколько не мешало нам жить полной художественной жизнью, стремиться по мере сил к совершенству и любить, по-своему, красоту»

«Решительный и сознательный переход из жанра совершился в Москве Златоглавой, конечно. Когда я приехал в Москву, то почувствовал, что приехал домой и больше ехать уже некуда – Кремль, Василий Блаженный заставляли чуть не плакать, до такой степени все это веяло на душу родным, незабвенным»

«…я крепко верю в силу идей своего дела, я верю, что нет на Руси для русского художника святее и плодотворнее дела – как украшение храма – это уже поистине и дело народное, и дело высочайшего искусства. Пусть мое исполнение будет несовершенно, даже плохо, но я знаю, что я прилагал все свои силы к делу плодотворному. <…> Нужно заметить, что если человечество до сих пор сделало что-либо высокое в области искусства, то только на почве религиозных представлений»

«И как бы человек не маскировался, а суть его видна насквозь, и видишь, по каким шаблонам скроен человек… А в свою душу поглубже заглянешь, так и того меньше утешения. А любить людей все-таки нужно и непременно нужно. Слава Богу, нам дано для любви и утешения Искусство. Только тогда и живешь во всю полноту…»

«Как поражают в старинных художниках глубина, непосредственность и искренность изображений их… Великие и малые находили тогда дело по душе и по сердцу, с какой любовной страстью строили они свои храмы, писали свои живописные поэмы, рубили целые миры из камня! И вся толпа волновалась… Вот эта горячая связь между художниками и современниками передавалась из поколения в поколение и создала то, чем мы до сих пор укрепляем и согреваем свои ослабевшие и охладевшие души. А кто теперь ждет от нас откровений? Кому нужны наши восторги, печали, радости? Кто живет с нами одним пульсом? От нас требуют только развлечения, чтобы занять страшную пустоту души…»

«…только там и бывает истинное духовное общение, где люди любят одно и то же. В обыденной жизни нашей мелочной можно расходиться во вкусах, но в высотах поднебесных, в идеалах людям, духовно близким, необходимо верить в одно, радоваться одному и любить одно. Тогда будет крепкое духовное единение, крепкая искренняя дружба»

«Я, как Вам известно, человек Старой Руси, а Новая Русь (скорее – Нерусь) мне не по сердцу»

«Счастлив всякий, кому удастся посадить и вырастить хоть маленькое семечко добра и красоты в родной земле. Свое прекрасное, родное, выросшее и расцветшее полным цветом даст плоды и для всего человечества – тоскует теперь Русская душа по добру и красоте!»

«Говорю совершенно искренне – в моем уже почтенном возрасте у меня притупился всякий вкус к внешним почестям и отличиям, исчезли всякие вожделения внешнего честолюбия. Если я чувствую, что мои произведения воздействуют на душу человека, я радуюсь и удовлетворен в своем честолюбии…»

Главные люди в жизни Виктора Васнецова

Чернышев Николай Иванович – учитель рисования Вятского духовного училища.

Селенкина (Мышкина) Мария Егоровна (1845–1923) – писательница, первая любовь Васнецова.

Красинский Адам Станислав (1810–1891) – епископ Виленский, 20 лет был в ссылке в Вятке.

Андриоли Михал Эльвиро (1835–1893) – художник, расписывал с Васнецовым храм.

Чистяков Павел Петрович (1832–1919) – художник, преподаватель Академии. Сыграл большую роль в становлении Васнецова как художника. Его ученики: Суриков, Серов, Врубель, Борисов-Мусатов, Рябушкин, Поленов, Остроухов, Репин, В. М. Васнецов, А. М. Васнецов.

Цветков Иван Евмениевич (1845–1917) – московский коллекционер, собрал самые ранние рисунки Васнецова.

Васнецов Аполлинарий Михайлович (1856–1933) – брат, жили вместе в Петербурге. Поступал в Академию как художник, прошел, но принят не был: не имел образования.

Репин Илья Ефимович (1844–1930) – соученик в Академии.

Алексеев Владимир Сергеевич (1861–1939) – старший брат Станиславского, сотрудничал с частной оперой Мамонтова.

Стасов Владимир Васильевич (1824–1906) – сотрудник библиотеки, критик.

Прахов Адриан Викторович (1846–1916) – филолог, преподаватель университета, впоследствии