Искушая любовь - Сара Адам

— Ты злишься, что я тебя не предупредила о присутствии Джона или из-за Селин? — тактичность это совсем не про Князевых. Сноха идеально вписалась в семейку, став её неотъемлемой частью.

— Мне стоит уйти, — качнув головой в нервном жесте, решаю, что это будет лучшим решением за сегодняшний день. — Не хочу портить ваш уютный вечер своей кислой миной.

— Нет, пожалуйста! — Сара хватает мою кисть, слегка сжимая. — Я так давно хотела, чтобы ты пришла. Даже приготовила твою любимую лазанью.

Сноха выглядит потерянной. Похоже, она и сама не ожидала подобного поворота событий и моей неадекватной реакции.

На мой сомнительный взгляд, брошенный на последнюю реплику, она, слегка смутившись, объясняется:

— Тёма рассказывал, что в детстве ты её обожала и готова была есть хоть каждый день, но из-за жёстких ограничений в спорте не могла.

— Ты для этого меня позвала? — немного закипая, уточняю я. — Накормить блюдом, которое я любила хренову тучу лет назад, и столкнуть лбами с Греем?

Такого опустошения и одновременно унижения я не испытывала, пожалуй, никогда. Он коротко бросил: «Здравствуй, Адалин» и всё.

Будто я пустое место и мы вовсе не знакомы. Словно мы не провели несколько месяцев под одной крышей. Не так я представляла эту встречу. Мне казалось, что мы сблизились…

Тогда почему сегодня передо мной словно предстал незнакомец?

Наверное, потому что Джона Грея больше нет.

Его место занял Иван Князев наш с Артёмом двоюродный брат.

Вот, значит, какую легенду придумал Арт, подделывая документы. Использовал мою ложь, сказанную главарю мафии Аляски?

Какая ирония Джон будет вынужден прожить жизнь под именем и фамилией, придуманными мной, женщиной, которую он, судя по всему, презирает.

— У меня к тебе есть важный разговор, но это позже. Давай мы, пожалуйста, все вместе поужинаем, а после поговорим? — вырывает из мыслей Сара, заставляя обратить на неё внимание.

Пожалуй, не стоит описывать, какой раздрай творится на душе во время проклятого ужина?

Да, можете называть меня бесхребетной или тряпкой, раз я согласилась остаться. Не хватило совести развернуться и уйти перед носом беременной снохи.

Сидя за большим, щедро накрытым столом, я не могу найти себе места. Без конца ёрзаю и практически не ем, ковыряя вилкой в тарелке благодаря стоящему в горле кому. Боюсь, что при желании не смогу проглотить и маленький кусочек еды.

— Так чё там с той стройкой? — прослушав часть беседы между мужчинами, я почему-то цепляюсь за прозвучавший вопрос от брата.

Навострив уши, я продолжаю рассматривать белую скатерть с восхитительной красной вышивкой, дабы не подавать виду.

— Фундамент закончили, — спокойно отвечает Джон, откидываясь на стуле (это движение я подмечаю боковым зрением). — Подрядчики укладываются в сроки.

Стоит голосу Джона разрезать пространство, как в груди собирается волнение, вперемешку со странной истомой. Ощущение, будто бегу, но прошлое упорно нагоняет.

Нагоняет? Ты его заложница, Адалин.

Чёрт, я ощущаю себя настолько лишней, что хочется слиться с обивкой стула или тупо исчезнуть. Благо сидящая рядом хозяйка немного разбавляет обстановку.

— Ешь, иначе я не выпущу тебя из квартиры, — пнув меня по ноге, шипит сноха на русском. Ошарашенно повернувшись, встречаю самую милую улыбку из всех возможных на её ангельском личике, скрывающем дьяволицу внутри. — Я для кого весь день корячилась?

— Для своих гостей, — натянув такую же слащавую улыбочку, делаю лёгкий кивок головой в сторону Грея и его спутницы.

— Район хороший, — мягко подхватывает эта Селин, вливаясь в разговор. — Метро рядом, новый парк в квартале, плюс мэрия подтвердила планы по благоустройству набережной. Через два года цена за квадрат там точно вырастет.

— Поэтому я и взял этот участок, — коротко добавляет Джон своим низким голосом.

Он что, занялся строительством в Нью-Йорке?

— Унылое у вас гендер-пати, — подтянув бокал с красным полусладким вином к краю стола, задумчиво кручу его за ножку, а затем, поднеся к губам, махом осушаю. — Шар будете лопать или твой муж уже притащил оркестр с барабанами, чтобы Нью-Йорк точно понял грядёт наследник?

— Я пошутила, лишь бы заманить свободолюбивую тётушку в гости, — язвит в ответ Сара. Уверена, она хотела бы показать мне язык, но вынуждена строить приличный вид перед присутствующими.

— Девчата, не очень вежливо базарить на своём языке при тех, кто вас не понимает, — обращается Артём на русском, и я ощущаю, как помимо него на нас пялится ещё и сладкая парочка.

— Ой, вот кто-кто, а ты точно смело можешь разговаривать только на английском, — не выдержав невыносимого акцента Артёма, я даже прикрываю на несколько секунд веки, успокаивая расшатанные нервы. — Умоляю, не используй русский.

Сара прыскает от смеха, легонько толкнув своей коленкой мою.

— Прошу прощения, ваше высочество, больше не повторится, — наивным тоненьким голоском она нарочно продолжает говорить на нашем, тем самым провоцируя мужа. — Мы люди простые, ваш диалог о бизнесе поддержать не можем.

— С тобой я потом разберусь, — многообещающе предупреждает брат недобрым тоном. — И с тобой тоже, — кивает уже на меня, а я, не сдержавшись, закатываю глаза, без спроса отпивая из нетронутого бокала Сары.

На самом деле я не фанатка спиртного, скорее наоборот не особо люблю выпивающих. Благодаря спортивному прошлому я избежала вечеринок и тонны алкоголя в подростковом возрасте, но сегодня грех не выпить. Скажу так: если не напьюсь, то, скорее всего, не смогу пережить этот грёбанный вечер.

— Если грамотно подать, — Селин продолжает толкать речь о дебильной стройке, — инвесторы разберут все помещения ещё на этапе котлована. Я бы запустила рекламу уже сейчас, дабы создать ажиотаж. Не хотите вложиться одним из первых? — блондиночка сидит, повернувшись к Артёму.

— А скидка брату будет? — нахально улыбаясь, подмигивает Арт Джону. — Не по понятиям со своих бабки брать.

Не по понятиям это обманывать сидящую напротив деваху и прикидываться братом Джона. А ещё скрывать своё настоящее имя и личность, притворяясь неким Иваном Князевым.

Мой подвыпивший мозг на секундочку представляет, какой скандал разразится, если я раскрою все карты здесь и сейчас. Возьму и расскажу, что милый Ванечка на самом деле никакой не бизнесмен, притворяющийся строителем, а самый настоящий