Золотая легенда. Жития святых - Иаков Ворагинский

Почему же тогда Захария стал единственным, кто был наказан за сомнения? Ведь в его случае мы имеем дело как с важностью обещания, так и с осознанием собственной слабости: Захария считал себя недостойным иметь сына, к тому же это было невозможно по естественным причинам.

Считается, что для наказания Захарии было несколько причин. Первая, как утверждает Беда[55], заключается в том, что он сказал вслух о своем неверии и был наказан немотой в надежде, что молчание заставит его поверить. Вторая — в том, что таким образом чудо рождения у Захарии ребенка могло стать более ярким, поскольку речь у отца восстановилась при рождении сына и одно чудо приложилось к другому. Третья — в том, что, когда рождается один голос, другой должен умолкнуть, и на Закон накладывается молчание. Четвертая: Захария просил у Бога знака, и этим знаком стала немота. Когда он вышел к народу и все увидели, что он онемел, то поняли, что в храме ему было видение.

Он закончил неделю служения и вернулся домой, и Елисавета зачала. Она пряталась пять месяцев, ибо, как утверждает Амвросий[56], чувствовала стыд из-за того, что понесла в преклонном возрасте, и опасалась позора за то, что, несмотря на годы, предавалась похоти. И все-таки она радовалась, что избавилась от упреков в бесплодии. Отсутствие такой награды в супружестве было источником позора для женщины, поскольку рождение ребенка считалось оправданием плотского союза.

Когда Елисавета была на шестом месяце, к ней пришла Мария, тоже беременная — Она была совсем еще юной девочкой, и пожилая женщина сразу ощутила симпатию к Ней и к Ее возрасту. Когда Елисавета приветствовала двоюродную сестру свою, благословенный Иоанн, уже преисполненный Святого Духа, почувствовал, что к нему приближается Сын Божий, и взыграл от радости в материнском чреве, празднуя движениями то, что еще не мог выразить голосом. Он вел себя так, как вел бы себя взрослый человек, приветствующий своего Господа и встающий в Его присутствии. Благословенная Дева оставалась у кузины три месяца, помогая ей, а когда младенец родился, Она приняла его в Свои святые руки, действуя словно опытная нянька. Так рассказывает нам «Схоластическая история».

Святой Предтеча был с рождения осчастливлен девятью особыми и исключительными преимуществами, а именно: приход в мир Иоанна объявил тот же ангел, который объявил и приход Спасителя; он взыграл в материнском чреве; мать Господа подняла его с земли при рождении; он отверз замкнутые уста отца; он первый принял Крещение; он указал на Христа перстом своим; он крестил Христа; Христос выделял его из всех; он предсказал явление Христа душам в лимбе[57].

На основании этих девяти привилегий сам Христос называл Иоанна пророком и даже больше чем пророком. Златоуст[58] спрашивает, почему Христос называл его больше чем пророком, и отвечает: «Приличествует пророку получить знак от Бога, но разве пророк одаривает Бога даром Крещения? Приличествует пророку пророчествовать о Боге, но разве Бог пророчествует о пророке? Все пророки пророчествовали о Христе, но никто не пророчествовал о них самих. Однако не только Иоанн пророчествовал о Христе, но и остальные пророки пророчествовали о Иоанне. Все остальные только несли слово, Иоанн же имел собственный голос, и чем ближе был его голос к Слову, хотя он и не был Словом, тем ближе был Иоанн ко Христу, хотя он и не был Христом»[59].

Как говорит Амвросий, Иоанн удостоен похвал по пяти причинам, а именно: из-за его происхождения, его нравственного облика, его чудес, его служения и его проповеди.

Достоинство происхождения Иоанна опять-таки, как утверждает Амвросий, проявилось пятью способами. «Хорошее происхождение сказалось в совершенном поведении, поведение — в честности, служение — в священничестве, дела — в согласии с Законом, а правота — в суждениях невзирая на лица».

Что касается его чудес, то некоторые из них произошли еще до его зачатия, а именно: объявление о его рождении архангелом, заранее утвержденное имя и потеря речи его отцом. Чудо связано и с его зачатием, а именно: само по себе сверхъестественное зачатие, его освящение и проявление дара пророчества еще в утробе. Следующие чудеса связаны с самим рождением, а именно: приобретение духа пророчества обоими его родителями, поскольку мать его заранее знала имя младенца, а отец сложил по этому поводу песнь[60]. Захария обрел дар речи и преисполнился Святого Духа, о чем мы читаем в Евангелии: «И Захария, отец его, исполнился Святого Духа и пророчествовал» (Лк. 1: 67). Амвросий же говорит: «Посмотрите на Иоанна, и увидите, как много силы таится в его имени, которое, будучи произнесенным, дало голосу — молчание, отцу — сына и набожность, а народу — священника. До того Захария был нем, бесплоден, лишен службы, но как только родился Иоанн, отец его тут же стал пророком, вновь обрел дар речи, получил потомство от Святого Духа и снова стал выполнять свои обязанности священника».

Также Иоанн оценен за свое поведение, поскольку жизнь его была полна совершенной святости. Златоуст так говорит о ней: «Образ жизни Иоанна заставляет любого другого почувствовать себя недостойным. Например, если вы видите белоснежные одежды, вы говорите: „Это совершенная белизна“. Но если вы сравните их со снегом, то они покажутся вам нечистыми, хотя они и чисты. Так каждый кажется нечистым в сравнении с Иоанном».

Святость его имеет три рода свидетельств.

Первое свидетельство — сверхнебесное, происходящее от Самой Троицы, от Отца, Который называл Иоанна ангелом: «Вот, Я посылаю Ангела Моего, и он приготовит путь предо Мною» (Мал. 3: 1)[61]. Именование Ангела в данном случае говорит о служении или назначении, а не о природе. Иоанн зовется так, ибо он исполнил ангельское служение самым совершенным образом.

У него было служение серафима[62]. Это имя понимается как пылкость, ибо Серафимы делают нас пылкими, а в любви к Богу они становятся еще более пылкими и воспламеняющими. Об Иоанне сказано в Книге премудрости Иисуса, сына Сирахова: «И восстал Илия пророк, как огонь» (Сир. 48: 1). Иоанн пришел в духе и силе Илии.

Он имел служение херувима. Это имя понимается как полнота знания, и Иоанн называется еще Люцифер[63], свет рассвета, утренняя звезда, ибо он был концом нашего невежества и началом света милости Божией.

Иоанн служил престолам, в чьи обязанности входит судить. Это делал и Иоанн, когда осуждал Ирода, говоря: «Не должно тебе иметь жену брата твоего»[64].

Он служил