Фиктивная жена для наследника - Елизавета Рождественская

Майлзу пришлось вернуться в столицу, чему я была рада. Его снова стало слишком много в моей жизни, и это нервировало. В первую очередь мы деловые партнёры и таковыми должны оставаться до конца нашей сделки.

Днями я просиживала в ателье, а вечерами приходила в родной дом и потихоньку приводила его в порядок, чувствуя себя свободно и счастливо.

Но это спокойствие и гармония длились не так долго, как мне хотелось. День бракосочетания быстро расставил всё на свои места, а точнее, окончательно перевернул всё с ног на голову…

* * *

За день до свадьбы я снова вернулась в поместье Эрроу. Платье, бережно упакованное в зачарованный чехол, было аккуратно извлечено и разложено на кушетке.

— Невероятная красота, нима Эмилия! — восторженно проговорила Айви, помогая мне вылезти из расслабляющей ванны. — Вы будете самой красивой невестой Солейрана. Да что там… Всей Солейской империи!

— На то и расчёт, — слабо улыбнулась я, стараясь не смотреть в сторону свадебного наряда. — К торжеству всё готово?

— Абсолютно, — кивнула служанка. — Тут вторую неделю весь дом на ушах стоит. — Молодой хозяин лично контролировал подготовку. Сказал, вам некогда, и как взялся…

— Какой ответственный, — я потуже затянула пояс халата и села в кресло, принимая из рук Айви чашку успокаивающего отвара. — Что же суним Эрроу? Как самочувствие?

— Почти не покидал покоев, — Айви пожала плечами. — Но, говорят, заказал себе праздничный фрак, а значит, идёт на поправку.

Я откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Происходящее всё ещё казалось мне дурным сном, в котором я как настоящая книжная злодейка проникла в чужую семью и выжидаю, когда её глава отправится к праотцам, чтобы завладеть несметными богатствами. Снова захотелось сбежать, но мысль о том, что мой побег всё только усложнит, заставила прийти в себя. В конце концов, я постараюсь стать для Майлза хорошей женой, чтобы его дед в свои последние дни был счастлив и спокоен за внука.

Последние дни…

Насколько глубоко было моё заблуждение, я осознала в тот миг, когда карета невесты остановилась на площади у центрального собора Солейрана.

Наша свадьба имела поистине королевский размах, что никак не входило в мои планы. Я представляла себе тихое торжество в маленькой уютной церкви, где будем только мы и дед Майлза. Я даже своим малочисленным подругам не сообщила, ведь это ФИКТИВНАЯ свадьба! До последнего не верила, что наш спектакль ждёт судьба императорского театра, но в итоге, ошалело замерев на ступеньке кареты, оглядывала толпу зевак и репортёров первых новостных изданий столицы. Ну, а когда достопочтенный Эрроу-старший без каких-либо атрибутов болезного старика подкатил ко мне на своих двоих, чуть не выругалась самым забористым из всех доступных мне ругательств.

— Ну же, Эмилия! — ласково пропел Уолтер Эрроу, протягивая мне свою сухую морщинистую руку. — Гости в сборе, жених ждёт.

Дальше был длинный проход под торжественную музыку между рядами длинных лавок, на которых, как на жёрдочках, уселись разряженные в пух и прах гости с императорской четой во главе. Как дошла, не помню — лишь уставилась на Майлза, как на сигнальный огонь маяка, и брела, не разбирая дороги.

Я не помнила, как повторяла брачные клятвы, не помнила, как опускала ладони в ритуальную чашу. В себя пришла, только когда губы Майлза коснулись моих в совершенно возмутительном поцелуе.

— Выплачу тройной тариф, — шепнул он, слегка отстранившись, и, пока я пыталась вспомнить, как дышать, увлёк в толпу гостей.

Нас поздравляли, дарили дорогущие статуэтки и вазы, чтобы я могла «украшать семейное гнёздышко» до потери сознания. Пару раз я ловила на себе надменные взгляды почтенных ним, ещё с десяток — слышала, как меня обсуждают в уголках ресторации, в которой было решено провести праздничный вечер. Но в целом, кроме поверенного отца, действительно приглашённого Майлзом на нашу свадьбу, и Дженифер, которую я была ужасно рада видеть, до меня никому не было никакого дела. Светское общество пришло веселиться и делало это со всей ответственностью, так сказать, от души.

Когда ведущий объявил о том, что в саду рядом с ресторацией начинаются свадебные конкурсы и все желающие могут присоединиться к бегу в мешках, я едва не подавилась своей провинциальностью. Но больше всех, конечно, радовал суним Эрроу, каким-то чудесным образом воскресший из почти мёртвых. И я, безусловно, была за него рада, но, увы, не от всей души.

Майлз за весь день ни разу не остался со мной наедине. Чувствовал, паршивец, что ему не жить. Душу смогла отвести только глубокой ночью, когда по всем свадебным правилам должна была стыдливо приоткрывать жениху оголённые щиколотки.

— Если бы ты не прикладывал к глазам монетки, то смог бы разглядеть типичную манипуляцию, и моё ателье не оказалось бы заброшено в самый ответственный момент из-за твоих сомнительных предложений! — рявкнула я.

— Но ты ведь сама согласилась, — резонно заметил муж.

— Каюсь, нестяжание никогда не входило в список моих добродетелей. Но мы подписали договор.

— И я выполню все его условия, как только вступлю в наследство, — искренне поклялся обманщик.

— Судя по тому, как резво твой дед проскакал в мешке к первому куску свадебного торта, боюсь, что мы состаримся в нищете, а хотелось бы наоборот… — я скрестила руки на груди и задумчиво потопала ножкой по мягкому ворсу ковра. — Предлагаю вернуть всё назад.

— В смысле? — Майлз округлил глаза.

— В смысле я возвращаюсь к себе в лавку, а ты живёшь свою спокойную холостую жизнь под крылом у деда, да продлит всевышний его дни!

— Давай не приплетать сюда всевышнего, — отказался муж молиться о долголетии деда. — Эмилия, ты не можешь! Мы скрепили договор печатями, на пальцах брачные кольца! А дед лишит меня последних копеек в тот момент, когда поймёт, что мы обманули его доверие!

— Очень и очень жаль, — совершенно не искренне посочувствовала я.

— От твоей лавки он тоже камня на камне не оставит…

Резонность замечаний фиктивного мужа страшно бесила. Ещё и поместье… увязла в образе брачной аферистки по самую макушку!

Легла в постель в самом прескверном расположении духа, даже не наругавшись вволю. Долго крутила возможные варианты развития событий, но все они сводились к одному: или я оставляю поместье родителей за Майлзом и, возможно, лишаюсь ателье, зато гордо