Развод. Тайная двойня от Космического Босса - Кира Иствуд

о! Я слышал, у людей была псевдонаука о том, как правильно расставить в доме мебель, чтоб "не сглазили". Может, сразу за это выучишься?! А? Алана! Я через год стану советником Союза, если ты не будешь меня подставлять. А ты не будешь. Ни позорными дипломами, ни позорными друзьями, порочащими честь и достоинство нашей семьи. Выбирай, пожалуйста, из вариантов БЕЗ репутационных рисков. Я составляю тебе список приемлемого...

Я опустила голову, будто мне на затылок надавил камень. А мой муж встал и обошёл стол. Замер совсем близко от меня.

Я смотрела в столешницу. На изумрудные прожилки в чёрном камне. На их травянистый оттенок – точно такой, как цвет моей радужки. И было горько.

Слёзы подкатила к глазам.

– …Алана, – Ксандр коснулся моего подбородка, жестом прося меня взглянуть ему в глаза, но я гневно тряхнула головой, скидывая его руку со своего лица.

Попыталась встать и уйти, но он перехватил меня за талию.

“Нет. Он не слышит меня! – стучало в висках. – Не хочет ни слышать, ни понимать... в этом даже нет его вины... он просто другой... опасный хищный биологический вид. Его разум устроен иначе. Он ближе к живой нейросети, чем к человеку! Сверхразум! Глупая... какая же ты была глупая, Алана, думая, что у нас может быть с ним что-то общее!!!”

– Моё предложение идеально для тебя, Алана. Всё, что желаешь. Нужно платье – получишь платье. Нужна сумка – получишь сумку. Нужен секс – получишь и секс. И сгазэлитовое колье, и… что ты там ещё можешь хотеть?

О, Космос.

Это было не просто горько. Печаль почти взяла у меня на зубах. Сдавила грудь словно каменной плитой.

Это унизительное “что ты там ещё можешь хотеть?”.

“Букашка-человечка – пыль на моих ботинках”.

“Я даже не вижу тебя с высоты своего атлантианского величия”.

Вот что я в этом услышала...

– Я дам тебе всё, Алана. Но не глупи. Я не желаю больше слышать про подобную ерунду...

Он только что назвал ерундой дело, которое я выбрала, моих друзей, мои интересы... придёт день, и ребёнок тоже будет для него "ерундой". И своё мнение ребёнку будет предложено засунуть "метаморфу за хелицеру". Ведь наш малыш будет наполовину "ничтожный человек". И в этой атмосфере презрения ему жить. Но обязанность матери – защищать ребёнка. Даже от его отца, если придётся.

Я не заплакала, нет.

Я подавила слёзы.

Они сгорели во мне.

Я посмотрела в глаза Ксандра.

Красивые бездонно-чёрные, смотрящие на меня так, словно он силится что-то понять, но в итоге с выводами стреляет в небо наугад. Этот взгляд не бился со всей гадостью, которую он мне тут наговорил.

– Как ты думаешь, Ксандр, – спокойно заговорила я, – если твой сослуживец, скажем, не верит в курс, который ты задал Ведомству. Стоит ли ему с тобой работать?

– Нет, – Ксандр непонимающе моргнул, – такого недалёкого индивида надо выкинуть из Ведомства вон. Но к чему это? Алана… ты заскучала дома, да? Эти все разговоры к тому, что ты хочешь вернуться на… скажем, четверть ставки в Ведомство?

– Что?! Нет!

Ксандр завис. Метафору про сослуживца он, конечно, не понял.

А понял всё “в прямом прочтении”, по-атлантиански.

Я хмыкнула печально, Ксандр вдруг нежно взял меня ладонями за лицо, притянул к себе и процедил:

– И что значит этот взгляд, Алана? Как мне надо понимать всю это сцену, человечка?

Видит Космос, я пыталась объяснить. Но мы, хотя и говорим на всеобщем языке, совсем не понимаем друг друга. Как будто у всех слов есть два значения и мы учили их по разным словарям.

Как можно быть таким совершенным внешне и таким… неживым внутри?

– Чего ты хочешь, человечка? – опасно сощурился Ксандр.

Всё. Это всё. Всё кончено у нас с Ксандром. А если совсем честно – ничего у нас никогда и не начиналось.

– Хочу, чтобы ты меня поцеловал, – вдруг сказала я.

И это было честно.

Ксандр набросился на мои губы без уточнений.

Жадно.

Глубоко.

Порочно.

Я тут же оказалось сидящей на столе.

Я целовала его в ответ отчаянно… даже не совсем его. Я прощалась этим поцелуем отдаваясь во власть его губ и языка – со своей несвершившейся жизнью: с наивными мечтами, которым не суждено сбыться, с глупышкой-человечкой Аланой. Которая влюбилась в совершенного атлантианца, увидев в коридоре ведомства мельком однажды…

– Космос, – прорычал Ксандр с незнакомым мучительным надрывом, отстраняясь от моих губ.

Пока мы целовались, прозвучало три сигнала от рабочего коммуникатора Ксандра, вдруг поняла я. Прежде мой муж среагировал бы и на один.

– Алана, меня срочно ждут в офисе. Но…

– Я в порядке, Ксандр… Это невроз. Ты прав… человеческая психика слаба. Меня… штормит, вроде того.

– Не страшно. Я тебя прощаю, – Ксандр отшагнул от меня, и от его страсти и следа не осталось. Тон мужа был ровный и безупречный.

Он меня “прощает”?! Подумать только!

Но возмущение не отразилось на моём лице. Смысл показывать свои истинные чувства? Ведь я уже решилась.

План созрел вспышкой. На удивление ровный, гладкий и даже где-то по-атлантиански упорядоченный. Может, за этот год я чему-то всё же научилась у Ксандра.

– Я бы прошлась по магазинам, – виновато улыбнулась я, – платье из новой коллекции “Мио-Мио” – лучшее средство от хандры.

– Правильно, – Ксандр уже двигался к выходу из дома, – мобиль и охрана будут в твоём распоряжении. Я позабочусь о твоём маршрутном листе. Возьми алмазную карту и покупай что хочешь. Она твоя. В восемь встретимся в ресторане “Безупречный – Скай”. Подпишем обновлённый договор. И закроем все вопросы, что ещё остались…

– Нечего закрывать…

– Что?

– Поговорим при следующей встрече, Ксандр.

Мы больше никогда не поговорим, Ксандр.

– До вечера, моя человечка.

…Космос, как же сильно я его любила!

Как же больно – что-то колкое переворачивается у меня в груди. Словно там кто-то раскалённым прутом вращает.

Пока Ксандр покидает дом, таращу глаза, не давая ни единой слезе скатиться на пылающие щёки.

Как же сильно. Я. Его. Любила.

Но теперь мне предстоит с этим покончить.

Глава 5

Алана

Ксандар покинул дом.

А я не торопилась со сборами.

Уже было ясно, что муж не отпустит меня так просто. Будет уговаривать, давить, возможно... угрожать? Ему удобно, чтобы я осталась его “фиктивной женой”. А Ксандар