Жажда бессмертия. Том 11 - Морфиус

выполнял черновую работу. Пожалуй, этого было даже во много раз больше внесенной ими платы. Но наставник явно рассчитывал потом получить все сполна, выковав таким образом пару ценных сотрудников.

Пальцы девушки прошлись по куску металла, еще раз понимая. Заготовка была дерьмо. В них всегда смешивались мягкий металл второго этапа и кристаллы третьего. Мизерные по размеру. Скорее микроскопическая пыль. Но тут видимых глазу включений было куда больше. А значит, и плющить эту заготовку будет во много раз сложнее. Работать с материалом на этап себя выше? Такое считалось обычно безумием! Но наставник только в этом видел достойную своих учеников работу. Заставляя их терпеть это мучение каждый день.

В задумчивости адептка быстро достигла своего рабочего места, встряхнув головой и окончательно решив. Сегодня она выкует меч. Чего бы ей этого ни стоило. Ведь это был единственный шанс обратить на себя внимание наставника и заслужить его уважение. А также небольшую аудиенцию. Ведь только те, кто сотворил нечто достойное, получали право задавать вопросы и получать ответы. А иногда и наглядные примеры. Таковы были логичные правила. Ведь ничтожества не заслуживают, чтобы владыка тратил на них время.

Удар! — Молот опускается сверху, сначала медленно. Спешить сразу нельзя.

Удар! — Ее концепты внутри вспыхивают, начиная переливаться в кусок материи. Огонь, металл и сила. Три ее концепта. Три стихии, что наставник посчитал довольно мусорными, вообще не уважая других путей кузнецов кроме пути собственной школы. Но Аналита планировала его переубедить. И, быть может, наставник даже поможет ей пробудить четвертый концепт. Не свет, ведь огонь был близок ему. И не великую концепцию материи, ведь она уже познала Металл. А вот порядок стал бы прекрасным дополнением ее пути.

Удар! — И она поглощает первую каплю силы. А потом осколок и снова каплю. Ведь все это время она копила их. Не тратила ни на развитие, ни на вещи. Храня для этого момента.

Удар!

Удар!

Удар!

Кусок трансформировался. Сжимался, вытягивался. Каждый удар молота нес ее намерение, заставляя заготовку трансформироваться согласно ее воле. Вытягиваться и превращаться в клинок. Наставник вообще работал без молота. Тот ему уже был не нужен. Он плавил сталь своим духом и разумом, держа раскаленное железо в ладонях. Но все ученики обязаны были пройти через это. Кто-то даже познавал концепты ударов или молота. Пускай не в их наборе. Но наставник об этом рассказывал. Это было путем возвышения кузнецов. Бесконечные удары. Бесконечный жар. Когда мир исчезал, сжимаясь до одного лишь куска металла. И вместе с трансформацией материи кузнецы трансформировали себя, протаривая себе дорогу возвышения.

Удар! — Звон металла о металл угас. И адептка выронила молот. То, за что можно было получить серьезное наказание. Но руки с трудом ее слушались. Разум был близок к отключке. Десяток новых углубленных звезд обжигал внутренности пьянящим светом. А чертоги ядра изменились, уплотнившись. Огонь в них теперь стал куда ярче. Но это все меркло на фоне того, что на наковальне сейчас лежал пылающий жаром клинок. Она это сделала!

За оставшиеся полчаса она только успела привести себя в норму. А после пришел черед сдачи работ. И она, чуть ли не шатаясь, под удивленные и ошарашенные взгляды других учеников, поднесла учителю клинок. С дерзновением заглядывая тому в глаза, но не в силах рассмотреть там четких эмоций. Тот подхватил заготовку, крутнул между пальцев. А потом попробовал на излом, сгибая металл, пока тот со звоном не раскололся, оставив в полной тишине пронзительный визг.

— Ты заслужила личного урока. — Сухо произнес он, и девушка, у которой внутри все сжалось от восторга, поспешила освободить место для следующего. Владыка не терпел промедления и растраты своего времени. Наконец, все прошли. Все получили свою награду. Или не получили. А учитель выделил еще четверых, достойных урока. Правда, ни один их так и не завершил заготовку, как девушка. Отчего у нее даже вспыхнула ненависть к ним. Не заслужи она сама урок, и Наават не стал бы делать и для этой четверки исключение.

В просторных окнах, внутрь которых могла влететь целая делегация небесных лодок, уже потемнело. Но гул кузни не прекращался, ведь мертвецы могли работать и ночью. А они впятером и Наават остались наедине в просторной мастерской, где он начал урок.

— Я покажу вам… — Начал было он. Но тут резко прервался, словно к чему-то прислушиваясь. Его покров вспыхнул, уплотнившись, отчего ученики тут же отшатнулись, прикрывая лицо руками, не в силах выдержать давление техники владыки. А через несколько секунд Аналита и сама поняла, что так встревожило Наавата.

По земле прошел гул. Не тот, монотонный, что издавали печи. А новый, упорядоченный. В котором она с удивлением услышала мелодию. Яростную, красивую, заунывную. Она пронзала землю, стены, воздух, и даже ее тело. Мелодия с каждым вдохом становилась все сильнее. И она уже размышляла о том, кто же их посетил? Какой силы этот владыка? И как он выглядит? Увидеть новое воплощение силы мира Амон-Дорав всегда было интересно. Жутко интересно. Тем более такого сильного. И обладающего концепцией звука, что объявил о своем присутствии на всю кузню. Вот только раздавшийся следом голос наставника заставил ее мгновенно застыть.

— У нас вторженец владыка! Очень сильный! Концепт звука! Срочно доложить всем. Постараюсь уйти.

Ученица только осмысливала услышанное. Сухие рубленые фразы, что Наават отчеканил в амулет связи. Вторженец? Здесь? В глубинах миров Амон-Дорава? Неужели Земяне решились на вылазку в бессмысленной попытке спасти свой мир? Нет! Бред. У них не было сильных владык. Просто не могло таких пока родиться. А даже если и был кто-то сильный, он бы не смог прорваться сквозь все кордоны. Да и атаковать их, лагерь Амон-Дорав, это полное безумие. Превосходство сил очевидно.

— Это Изиргаст, учитель? — Решилась задать она вопрос, ибо территории этого «союзника» были довольно близко. И с проклятых соседей станется нарушить договоренности!

Но в этот момент ее наставник просто исчез. Растворился в пустоте. Будто его тут никогда и не было. И ужасающее осознание накрыло ее. Их не будут спасать. Не попытаются даже забрать в кольце, чтобы не тратить несколько вздохов. Внутри вспыхнула ярость, тут же заглушенная желанием выжить. Ведь уже все вокруг пробирала чудовищная мелодия, заставляющая наковальни отплясывать на местах. А по телу пробежалась обжигающая волна отравления. И словно этого было мало, сквозь окно она увидела, как далеко в небе разгорается нечто. Огромная печать, сотканная из тысячи линий, играющих в такт этому ужасающему звуку. Цветок цвета бирюзы все раскрывался, как живой, покрываясь сотнями лепестков. И