Рунник - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

недавно спасенного и его знакомого. Краем уха уловил, как капитан у Ивана о чем-то спросил, при этом его интонации оказались на удивление мягкими. Весь его напускной гнев предназначался для меня, единственного зрителя! В такой ситуации можно и крайним оказаться, кого обвинят в неких грехах, о которых ни сном, ни духом. Конечно, сомневаюсь, что это произойдет, да и парень, на первый взгляд, без гнильцы. Однако, дело не такое простое, как кажется, на первый взгляд. В соревнованиях участвовал несовершеннолетний, да еще и с огнестрельным оружием, при этом оказался сыном заместителя начальника полиции Тамбова! Нарушений очень много, в том числе со стороны полиции и организаторов. Если дело придадут огласке, то резонанс случится большой, головы полетят. Не исключаю, что и отца молодого человека попросят должность освободить. Вот тут-то и нужен козел отпущения, а на его место подхожу идеально. Состряпать же правдоподобную историю о том, как обманул невинного и заманил участвовать в игре, не такая большая проблема. Даже то, что до недавнего времени никак с Иваном не пересекались, не преграда. Не удивлюсь, если найдутся общие знакомые, а общение в сети и вовсе не преграда для личного общения.

Веток набрал и свалил их в кучу, но поджечь не успел, подошел капитан, кашлянул в кулак и сказал:

— Алексей, у меня к вам деликатная просьба.

— Слушаю, — посмотрел я на него.

— Давайте считать, что с Иваном вы познакомились не в сумеречных землях, а, допустим, — он чуть призадумался, но потом продолжил: — Спасли его из реки, решив, что тот тонет.

— Господин полицейский, если ваши коллеги или смежные службы меня начнут допрашивать, то скрывать ничего не буду, как и врать. Однако, смею заверить, что болтать о произошедшем на отборочных не собираюсь. Вам лучше с организаторами договориться, чтобы не выпустили в эфир видео с тем, как мы финишируем, — произнес я и добавил: — Редко происходит, когда один участник досрочно проходит маршрут, а к нему присоединяется, пожелавший с состязания сняться. У зрителя это вызовет интерес, они начнут задавать вопросы, а потом будут копать, в кавычках, разумеется, чтобы выяснить правду.

— Понял, спасибо, — потер переносицу капитан. — Как же не вовремя господина Корбина в столицу вызвали, — он кивнул в сторону понуро стоящего парня у машины. — Его отца должны повысить, поставить главой полиции по Тамбовской губернии.

— Иван пытался доказать, что чего-то стоит, — медленно произнес я. — Знаете, у него есть характер и сила воли. А кто в его возрасте не совершал глупости?

— Говорите так, словно сами многое повидали, — удивленно посмотрел на меня полицейский.

Эх, знал бы капитан, какие у меня воспоминания в голове крутятся! Честно говоря, немного опасаюсь, что сущность рунника мое сознание вытеснит и древний маг станет хозяином этого тела. Нет, умом-то понимаю, что он сам себя на множество частиц развеял и надежды на возрождение составляли меньше одного процента. И, тем не менее, его знания оказывают влияние на мою сущность, поэтому и личность будет не той, кем себя ощущал, будучи хозяином автомастерской. И это не удивительно, так как и обстановка в этом мире другая. Хотя, если разобраться, то не так действительность и отличается. Тут есть магия, далеко не в открытой форме и не у каждого. Другой политический строй и взаимоотношения в обществе. Почему-то строго ограничено количество тех, кто имеет дворянский титул. Такое ощущение, что это сделано специально. Почему? Понятия не имею! Мой предшественник это воспринимал как должное и такими вопросами не задавался. Кстати, он толком не знал и про внешнюю политику. Империи и страны между собой торгуют и не воюют, следовательно — друзья и союзники. Община, в которой живу, далеко не единична, её возглавляет обычный человек, как бы в противовес существующим кланам, где главы сплошь благородные дамы и господа. Похоже на этакий противовес в обществе, но с выводами спешить не следует.

— Жизнь заставила рано повзрослеть, — спокойно глядя в глаза полицейского, ответил я на его невысказанный вопрос. — Родителей не знаю, приемный я.

— Сочувствую, — буднично ответил капитан. — Прости, подвезти не могу, даже намеков на слухи не следует допускать. Ты уж тут как-то сам. Хорошо, без обид?

— Не проблема, — отмахнулся я и поежился.

— При случае, отец Ивана или кто-нибудь от него тебя навестит, не думай, что он не будет благодарен, — протянул мне ладонь следователь по особо-важным делам.

Мы обменялись рукопожатием, после чего Борис Петрович разрешил парню со мной попрощаться. Иван рассыпался в благодарностях, как за свое спасение, так и за обещание держать язык за зубами.

— Езжай, а то с этими разговорами совсем задубею, солнце уже заходит, — остановил я поток признательности. — А то дойдешь до того, что пообещаешь отработать должок.

Парень обиженно засопел, он все же еще не повзрослел и за ним следует присматривать, чтобы глупостей не натворил. Боюсь, этот урок он не усвоил, слишком легко отделался. Вот только еще неизвестно, как его отец отреагирует, если придумает достойное наказание, то Иван вполне способен задуматься о своем поведении.

— Розги по нему плачут, — разжигая костер буркнул я, когда полицейская машина укатила и на берегу реки наступила тишина. — Вот раньше таких олухов правильно воспитывали, когда им о сделанных косяках напоминала пятая точка, на которой сидеть толком не могли.

Посмеиваясь, развесил на палках одежду, пламя приличное, шмотки быстро высохнут. С ужином проблем не предвидится, паек-то я не ел, как-то не до него в сумеречных землях было. Достал из рюкзака коробку и пришла запоздалая мысль, что мог бы, когда речку переплывал, одежду снять и в ранец сунуть, сейчас бы не мерз.

— Гм, а не идиот ли я? — задался вопросом, собираясь открыть банку тушенки. — Как мог забыть про бытовые руны⁈ — по лбу себя хлопнул и головой покачал.

Заклинание очищения, уборки, сушки и даже глажки — пустяковые и простые. Ну, для меня, а не для любого встречного. Правда, в свою защиту скажу, что мой предшественник мог лишь небольшие артефакты создавать и на них слабые руны размещать. А вот активировать получившиеся магические штучки и вложить в них собственную силу, чтобы те работали, увы, но ему сил не хватало. Да, он ее еще и для работы приберегал. Разумеется, лично я и вовсе ни с каким видом магии, до недавнего времени, дел не имел.