Фаворитки судьбы императорского Китая - Юрий Николаевич Лубченков

Перед разрешением от бремени обыкновенно приглашают повивальную бабку, которая при рождении младенца исправляет все нужное около родильницы. Матери бедных семейств наиболее кормят дитя собственной грудью, а богатые берут кормилиц.

На третий день по рождении младенца собираются в доме родильницы родственники, и этот случай называется тридневным омовением. По прошествии месяца вторично собираются, что называется исполнением месяца. В этот день родильница в первый раз выходит из спальни. Сто дней от рождения называется столетием, по прошествии которого родственники опять собираются, и это почитают настоящим поздравлением. При каждом посещении учтивость требует приносить небольшие детские подарки, которые от тестя и тещи бывают всегда значительнее прочих. Если родится сын, то они приносят мужское платье, шляпу, сапоги и проч. Если родится дочь, то приносят женское платье, головные уборы и проч.; также шелковые ткани, бумажный холст, съестное. Обряды одинаковы бывают при рождении и сына и дочери. Круглый год называется днем перворождения. В это время берут писчую кисть, чернильную плитку, тушь, бумагу, цветы, румяна, притирания, разные игрушки и показывают младенцу, чтоб он сам взял что-нибудь, и по сему судят о будущих его склонностях. Это называется вынимать год. Сын или дочь родится, родственники и друзья поздравляют одинаковым образом. Но рождение сына предпочитается рождению дочери, потому что сын необходим для продолжения рода, а дочь считается членом совершенно посторонним для того семейства, в котором родилась, потому что по выходе замуж она принадлежит к мужнину роду.

Обряды при похоронах

Похоронные обряды, и обычаями введенные, и гражданскими постановлениями утвержденные, имеют равную силу. Разность состоит в том, что в первых можно кое-что маловажное отменить, а в последних выполнить в малом размере.

Перед кончиною покойника сжигают деньги, лошадь и мост, вырезанные из бумаги. Как скоро пресечется дыхание, то полагают его вверх лицом, которое накрывают белою бумагою, называемою лице-покровною; перед головою ставят курильницу и ночник, называемые путевыми.

Одевают покойника в тот же или на другой день; в отношении же к богатству одежд и украшению гроба каждый сообразуется с собственным достатком. Платье вообще должно быть бесподкладное; а которое на подкладке, то считается за два. Когда наступает время одевания, призванный портной снимает с покойника все платье, в котором он умер, и натуго обвертывает его шелком или хлопчатою бумагою, что называется малым одеванием. Если умрет женщина, то при малом одевании употребляют женщин, а портного уже при большом одевании. Окончив малое одевание, обвертывают покойника в большое одеяло и обвязывают холщовою тесьмою, что называется большим одеванием.

По окончании большого одевания кладут покойника в гроб лицом кверху и накрывают одеялом. Боковые в гробе промежутки наполняют мягкою писчею или хлопчатою бумагою, а сверху накрывают красною шелковою материею, которая называется гробовым покрывалом. Гробовую крышку прибивают деревянными гвоздями, а пазы замазывают лаковою замазкою, что называется замазывать пазы. Перед гробом ставят опрокинутую лоханку, а под нею кантарную гирю, которая называется гнетом, в том смысле, что она придавляет, то есть уничтожает искушения (Как то: умерший не может вставать и проч).

После сего гроб ставят среди залы головою к дверям; впереди гроба столик, на котором 49 суток горит ночник или лампа. На сем же столике ставят чашечки с чаем и вином, палочки, употребляемые в Китае вместо вилок, длинные курительные свечи из древесной коры и проч., а перед сими вещами впереди поставляют дощечку, на которой с левой стороны написано, в каком году и месяце, в какой день и час родился; с правой написано, в котором году и месяце, в какой день и час умер; равным образом прописывают, где именно умер, на какой горе и в какую обратясь сторону. В зале развешивают белого холста занавес, из-за которого виден только верхний конец гроба.

По закрытии гроба приглашают даоса, который, держа в руке душепризывный значок (флюгер), читает над покойником молитву, что называется призыванием души. Обыкновенно думают, что если по смерти человека не призвать души его, то умерший еще подобен спящему; почему непременно надобно призвать душу, чтобы увериться, что он действительно умер. Даос по окончании молитвы ставит душепризывный значок перед покойником. На одной стороне значка проведены семь черт наговоренных, то есть волшебных, а на другой написано имя умершего, год, месяц, день и час его рождения и смерти. Так вообще умерших одевают в южных странах Китая.

В северных странах надевают на умирающего нижнее платье, постилают на кровать постель; потом, подняв больного, надевают на него верхнее платье, все тело накрывают белою тафтою, дабы ни пыль, ни насекомые не могли прикоснуться к нему. Случается, что иные после одевания выздоравливают, а другие до сего еще умирают; но вообще при кончине отраднее сердцу, если умирают уже совершенно одетые. Платье обыкновенно надевают стеганное на вате, а после надевания вторично уже не тревожат покойного. При одевании насыпают в гроб золы и ставят в нем скамейку с семью отверстиями. Гроб снаружи оклеивают шелковою тканью, потом кладут в него покойника и покрывают его покрывалом; а пустое место по бокам наполняют известкою и золою. Это делается для того, чтобы известка и зола вбирали в себя влажность в гробе, и когда гробовое дерево истлеет в земле, то коренья и насекомые не могли бы проникать к телу, потому что помянутые вещества не содержат в себе растительной силы. И так северные обряды при наполнении и закрытии гроба несколько отличны от южных.

Что касается до обрядов при смерти родителей, то сын в приготовлении одежд и гроба всегда поступает соответственно своему достатку, дабы в сих обрядах совершенно выполнить долг сыновний. Коль скоро отец или мать скончаются, то и сын и жена его надевают на себя глубокий траур. Семью семь, то есть сорок девять дней он не должен брить волос, не знать супружеского ложа, но денно и нощно неотлучно быть при гробе, что называется опережением праха. Сто дней не должен он выходить из дома. Если родственники и друзья приходят к нему для утешения, то, не разбирая, равные ли они ему или младшие, при каждом должен проливать слезы, повергшись ниц на соломенном матраце по левую сторону гроба, а женщины и девицы должны рыдать за траурною занавесью, что называется оплакивать кончину. По уходе утешающих плач женский прекращается, а сын остается сидеть на соломенном матраце, подогнув ноги под себя.

По прошествии ста дней сын снимает с себя глубокий траур, а до окончания 27 месяцев употребляет одеяние белого цвета, шляпу без кисти. Если нужно выйти из дома, то употребляет на шляпе черную