Гогенцоллерны. Начало. От первых Цоллернов до Тридцатилетней войны - Отто Хинце

Если во времена Асканиев восток был пространством для немецкой колонизации, то теперь здесь сформировались крупные игроки, которые угрожали границам Бранденбурга. В первую очередь речь, конечно, идет о Польше. Мощь Тевтонского ордена оказалась сломлена ею в битве при Танненберге — поражение далеко не случайное, а отражавшее закономерные процессы. Дни Ордена после этого были сочтены. Торуньский мир 1466 года окончательно решил его судьбу: Западная Пруссия была уступлена Польше, Восточная Пруссия признала польское покровительство. Остатки орденских земель, отрезанные от других немецких княжеств, больше не играли в регионе никакой роли и в XVI веке превратились в светское герцогство, полностью зависимое от Польши.

В Богемии австрийский дом Габсбургов пытался утвердить свои права, однако на данном этапе не слишком успешно. Главным событием здесь стало мощное гуситское движение; итогом было образование могущественного государства во главе с королем Йиржи из Подебрад, с которым Гогенцоллерны вынуждены были считаться до самой его смерти в 1471 году. Венгерский трон занял Маттиас Корвин; перед лицом турецкой опасности он приступил к усилению своей власти и могучей рукой отнял у Богемии Моравию, Силезию и Лаузиц. Как в Померании, так и в Силезии его интересы столкнулись с интересами Гогенцоллернов. В 1490 году Богемия и Венгрия объединились; богемский король Владислав женился на вдове Маттиаса Корвина и был провозглашен венгерским королем. Владислав происходил из польской династии Ягеллонов и был тесно связан с польско-литовским государством. Могущество Ягеллонов в конце XV века несло в себе большую опасность для Гогенцоллернов, являвшихся их соседями.

Однако вернемся к Фридриху I. Прежде чем вступить в свои права, ему нужно было взять их силой. В 1411 году он отправил в Бранденбург своего представителя, рыцаря Венда фон Изенбурга, который, однако, столкнулся с сильным сопротивлением местного дворянства и ничего не смог сделать. Местные юнкеры с насмешкой говорили о «нюрнбергской безделушке», которую направил к ним император. В следующем году Фридрих лично явился во главе большой свиты в свои новые владения. Города и часть рыцарства присягнули ему, однако многие дворяне под предводительством Путлицев и Квитцовых сопротивлялись, не желая признавать власть нового маркграфа и отдавать захваченные ими замки.

Бургграф проявил себя в этой ситуации как искусный политик. Для начала он постарался изолировать своих противников от любой помощи извне. Речь шла в первую очередь о померанских герцогах, которые претендовали на прилегавшие к их владениям части марки и фактически осуществляли там властные полномочия. 24 октября 1412 году между их войском и рыцарями Фридриха произошло столкновение, в котором погиб один из ближайших сподвижников бургграфа Ганс фон Гогенлоэ. В результате этого столкновения, однако, померанские герцоги умерили свой пыл. Фридриху удалось тем временем договориться с другими соседями и привлечь их на свою сторону. В частности, мейссенский герцог Рудольф, один из союзников Сигизмунда, с самого начала поддерживал бургграфа; этот союз был подкреплен династическим браком. 9 сентября 1412 года было подписано соглашение с магдебургским архиепископом, который обязался в течение двух лет оказывать Фридриху помощь в борьбе против дворянства. Аналогичное обещание дал герцог Бернгард Брауншвейг-Люнебургский, которому Зигмунд согласился выплачивать дотацию. Союзы были заключены с герцогами Ангальта, Мекленбурга, Померании и Глогау.

Укрепив таким образом свои позиции, Фридрих смог выступить против мятежников. К началу 1413 года последние, включая Каспара Ганса цу Путлица и Ганса фон Квитцова, согласились на компромисс. Они признали Фридриха главой марки и вернули некоторые из захваченных маркграфских владений, сохранив за собой другие. Бургграф, таким образом, отказался от своего первоначального плана выкупить все города и замки, взятые дворянами в залог; впрочем, на это у него в любом случае не хватило бы денег. Важнее всего было то, что активное организованное сопротивление прекратилось. Недавние противники Фридриха даже помогли ему захватить и разрушить замок Треббин, являвшийся базой рыцарей из семейства фон Мальтиц, своими грабительскими набегами опустошавших окрестные территории.

Однако мир царил недолго. Юнкеры[17] не собирались отказываться от своего прежнего образа жизни и соблюдать законы. Путлицы и Квитцовы вступили в конфликт с магдебургским архиепископом из-за принадлежавшего последнему монастыря Цинна. Фридрих вмешался в происходящее на стороне архиепископа и в союзе с ним и с саксонским герцогом Рудольфом организовал зимой 1414 года поход против мятежников. В его распоряжении имелись осадные пушки, стрелявшие каменными ядрами и прекрасно зарекомендовавшие себя при штурме замков. В феврале 1414 года был захвачен замок Фризак, владелец которого, Дитрих фон Квитцов, смог спастись бегством. Следующим был взят Гольцов, владелец которого, Ганс фон Рохов, в рубище и с петлей на шее вынужден был молить бургграфа о пощаде. Еще больший эффект произвело взятие замка Плауэ, который благодаря толстым стенам считался неприступным. Оборонявший его Иоганн фон Квитцов, пытавшийся сбежать, был захвачен в плен на одном из окружавших замок болот. Следом пала еще одна твердыня, принадлежавшая Квитцовым, — замок Бойтен.

Покончив с Квитцовыми, Фридрих двинулся в Ноймарк и захватил замок Гарделеген, принадлежавший Альвенслебенам. После этого сопротивление местного дворянства было сломлено и юнкеры вынуждены были признать власть бургграфа. Это стало поворотным пунктом в отношениях между князьями и дворянством: стало ясно, что даже самые мощные замки бессильны против новых осадных орудий. Независимость рыцарей получила сильнейший удар.

20 марта 1414 года на собрании сословий в Тангермюнде Фридрих организовал суд над мятежниками и провозгласил новые законы, которые должны были обеспечить мир и спокойствие в марке. Теперь считалось преступлением укрывать мятежников; Вернер фон Хольцендорф, приютивший у себя Дитриха фон Квитцова, был в наказание лишен своих владений. Все сословия марки обязались преследовать разбойников и помогать друг другу в борьбе с нарушителями внутреннего мира. Рыцари, желавшие содержать вооруженную свиту, были обязаны отчитываться о ее численности перед маркграфом и отвечать за поведение своих слуг. Была восстановлена система местного судопроизводства, пришедшая до этого в совершенный упадок.

Создав таким образом основу для восстановления порядка в Бранденбурге, Фридрих оставил здесь свою умную и энергичную супругу, которой помогал берлинский священник Иоганн фон Вальдов, ставший вскоре епископом Бранденбургским. Сам он отправился в сентябре в Нюрнберг к королю Сигизмунду, который только что вернулся из Италии и был крайне раздражен непокорностью имперских князей. Фридрих сыграл решающую роль на переговорах с последними, сумев в итоге организовать коронацию Сигизмунда в Аахене 8 ноября 1414 года и его последующую поездку в Констанцу на церковный собор, который должен был покончить с расколом и провести реформу Церкви и Империи.

Однако 20 марта 1415 года Папа Иоанн XXIII, уже согласившийся на свое отречение, без которого было невозможно восстановление единства Церкви, бежал из Констанцы под