Возвращение домой - Ирис Белый

На миг я заметила в его глазах боль, но потом снова появилось безразличие.

— Ты забыла, я богатенький сынок привыкший получать все что хочу, — ответил он мне словами, которые я когда-то давно бросила ему — а я хочу вас. — он встал и пошел в сторону выхода из дома — у тебя есть неделя на принятия решений. Я приеду завтра, чтобы побыть с ними, а теперь мне пора, меня ждет работа, мы открываем тут филиал.

Он ушел, а я так и стояла, глядя в никуда вспоминая тот день, когда сказала ему эти слова.

Это было через два месяца после того поцелуя. Из-за того, что я хорошо училась, я смогла устроиться на платное репетиторство для младших классов. Вот и в этот день я тоже занималась с детьми. Деньги, полученные с таких занятий, очень помогали нам с мамой, но при этом эти занятия съедали много моего времени. Вот и сегодня я задержалась и уже темнело. Чтобы выйти, из школы надо было пройти узкий коридор, вот я и шла, когда вдруг услышала голос Виктора и директрисы.

— Твое предложение очень поможет школе, я уверена, что даже ваш поток сможет использовать эту возможность — говорила директриса.

— Нет необходимости так спешить со строительством — ответил Виктор, спокойным тоном — мы с отцом, всегда рады помочь этой школе.

Я не хотела ни с кем встречаться, слишком устала сегодня, поэтому спряталась и постаралась не слушать этот разговор. Но вот директриса ушла, я уже подумала, что и Виктор уйдет, но он, достав телефон, набрал чей-то номер.

— Это я! Нет просто задержался. Все в порядке, договор подписан. Я в школе. Помнишь, мы хотели сделать школе пожертвование. Да, на новый спортзал оборудованный тренажерами. Да я говорил с директрисой, она будет рада. Сейчас поеду, я помню, что обещал присутствовать. Пап, я все помню, договариваться на триста не меньше. Все мне пора. Позвоню, когда закончу.

Наконец он отключился, и я уже подумала, что вот сейчас он уйдет, когда услышала его слова.

— А тебе никто не говорил, что подслушивать не хорошо? — спросил он

Я поняла, что меня вычислили, и мне пришлось выйти из укрытия, чувствуя себя крайне неловко.

— А тебе никто не говорил, что если хочешь уединиться, то не стоит останавливаться на проходе — в тон ему ответила я, проходя мимо и идя с гордо поднятой головой на выход.

Только сейчас, я заметила, что его куртка расстегнута, а под ней деловой костюм, вместо привычных мне брюк и рубашки, а еще от него изумительно пахнет. Прогнав от себя эти мысли и мысли о том, каково было бы снова ощутить его губы на своих губах, я пошла в сторону метро.

Я не успела дойти до ворот школы, когда он догнал меня и преградил путь. Открыв окно, он сказал.

— Уже темно, садись, подвезу.

— Я и сама дойти могу, — ответила я, пытаясь обойти машину, но он чуть отъехал, так, что я не могла обойти его — дай пройти! — рассердилась я.

— Сядь в машину, уже темно, а юным девушкам опасно ходить по городу в такое время — настаивал он.

Я уже собралась послать его куда подальше, но встретившись с ним взглядом поняла, что это бесполезно, поэтому просто села в машину.

Спросив, куда ехать и получив ответ, он завел мотор и тронулся вперед. Мы ехали, молча минут десять, а потом он вдруг спросил.

— У нас занятия часов пять назад кончились, я уже успел контракт для фирмы заключить, а ты все еще в школе, почему?

— Я работаю, — подумав немного и решив, что в этом нет ничего постыдного, ответила я — я репетитор для тех, кому тяжело дается учеба.

— И часто ты допоздна сидишь? — спросил он, глядя на дорогу.

— Два дня в неделю, — пожала я плечами — а ты давно машину водишь и вообще права у тебя есть? — вдруг спросила я.

— Запоздало у тебя инстинкт самосохранения сработал, ты со мной уже во второй раз едешь — усмехнулся он, чем меня рассердил — ладно погаси свои глазки, у меня права и я признан совершеннолетним так, что я не украл эту машину, она моя, паспорт показать?

— Не надо — ответила я, и мы снова замолчали.

Остаток пути мы проехали, молча, а когда он остановился, я сказала.

— Спасибо, что подвез, до свидание — и начала открывать дверь, когда вдруг услышала его слова.

— Васи, завтра в центральном дворце молодежи будет бал имитирующий балы девятнадцатого века, ты не хочешь пойти со мной.

Я замерла, не зная, как мне реагировать.

— Во-первых, меня зовут Василиса — начала я тихо и медленно — а во-вторых, с чего это ты вдруг, решил меня пригласить, у тебя вроде есть девушка.

— А это здесь причем? — удивился он

— Я не понимаю, зачем ты меня приглашаешь?

О долго молчал, а потом вдруг сказал.

— Просто ты не такая, как все и с тобой хочется провести время, ведь ты не юлишь и честно говоришь, что думаешь. Мне туда идти не хочется, особенно с Агатой, но надо для дела, а с тобой мне кажется, будет весело.

Я удивленно смотрела на него, а потом спросила.

— Если Агата тебе так не нравится, почему ты с ней?

Он опять замолчал.

— Мы с детства дружим, а родители ожидают, что мы поженимся, вот я и исполяю, так сказать волю отца.

Я впала в еще большее недоумение.

— А я тебе, тогда зачем — спросила я.

Он посмотрел на меня, потом поднял руку и провел пальцами по моей щеке.

— Ты мне нравишься, ты как глоток воды в пустыне — сказал он таким нежным голосом, что я заслушалась его.

— Но если она тебе не нравится, почему ты просто не бросишь ее? — пытаясь держать себя в руках, спросила я.

— Я думал об этом и решил, что если найду ту, к которой мое сердце потянется, я брошу Агату и буду с ней, а потом появилась ты, и я растаял — улыбнулся он и вдруг наклонился и поцеловал меня.

Я снова тонула в удовольствии и снова ощущала, как он прижимает меня к себе, а потом его рука проскользнула мне под куртку, и коснулась моей груди. Я застонала и начала извиваться под ним. И тут мимо проехала машина, осветив нас фарами. Это привело меня в чувства.

— Нет! — вырвалась я из его рук. Меня