Его тайная землянка - Татьяна Гончарова

Я старательно гнала эти мысли от себя, но нет-нет да и всплывали эти страхи и сомнения.

Сколько мне отвели свободы и есть ли она вообще для меня?

Вот что меня заботило, когда моя эйфория немного утихла. Во время нахождения в Миграционном центре у меня не было возможности подумать, а сейчас я обкатывала и обкатывала эти мысли и находила новые причины для тревоги.

Я теперь жила одна. Снимала небольшую квартиру неподалеку от работы. Мне нравился район. Нравилось ощущение уюта, которое я создала в своем новом жилище. Но это уютное чувство постоянно нарушалось.

Появилось отчётливое чувство слежки.

Я могла ощутить чужой взгляд внезапно. И это было не простое совпадение или случайно соскользнувший интерес прохожего.

Успокаивала себя, но проявившиеся странности продолжались. И я не могла больше игнорировать их, как и списывать на манию преследования.

Я никогда не видела самих наблюдателей, но вот некоторые события все же выбивались из привычного ритма моей жизни.

Нет. За мной точно следили. Следили качественно.

глава 10. Пропажа

Я никогда не была параноиком. Манией преследования тоже не страдала на Земле.

Сейчас, вспоминая свою жизнь там, на родной планете, она казалась мне слишком иллюзорной, будто бы не настоящей. Как взрослый, наверно, смотрит с высоты своего возраста и опыта на свое детство.

Там не было и десятой доли тех трудностей и переживаний, с которыми я сейчас столкнулась. Да я будто разом лишилась розовых очков, и меня вытолкнули из защитного пузыря в суровую беспощадную реальность.

Вот как я ощущала себя сейчас.

Вокруг одни чужаки. И я чужая. Чужая для этого мира, этой планеты, этого окружения. Я барахталась, как могла. Но ощущение безысходности не отпускало. Или это меня резко депрессией накрыло?

Но упадка сил не было. Я продолжала ходить на работу. Мне нравились те проекты, которые я вела. И радовалась, что мне вообще что-то поручают для самостоятельного разбора.

Никаких нареканий ко мне пока не было. Наоборот, Ругил Аенатис, мой непосредственный начальник, хвалил меня пару раз за подробные отчеты. Знал бы он сколько времени я проводила за ними, чтобы они выглядели идеально.

Но у меня все равно было море свободного времени помимо работы. Семьи, друзей или каких-то увлечений здесь я еще не приобрела, поэтому целиком отдавала себя карьере. Я поставила себе цель: накопить достаточную сумму для того, чтобы перебраться куда-то на другую планету.

Вот такое спонтанное решение у меня возникло, когда я в очередной раз проснулась в холодном поту посреди ночи. Мне снова приснился Зодиак, и захотелось оказаться от него как можно дальше.

Глупость, возможно. Если за мной так плотно и незаметно следили, то вряд ли я смогу обмануть своих наблюдателей. Но все равно эта цель придала мне новые силы.

Я решила не думать пока ни о чем, что вызывало у меня тревогу. Работать и не обращать внимание на странности. И копить. Тратиться мне тоже было особо не на что, поэтому это было здравой мыслью. Кто его знает, что может случиться в будущем. Пусть у меня будет финансовая подушка безопасности.

В Центр как раз привезли новые образцы и экспонаты, которые требовалось быстро, но скрупулезно разобрать, описать и занести в каталог. Мы готовили новую выставку. А меня первый раз назначили ответственной за большой участок по тиупальской мозаике.

Необходимо было рассортировать предметы по их сохранности, назначению и ценности. А потом выбрать те, что требуют реставрации, они отправятся в архив. Часть коллекции собирались выставить на аукцион. Это была обычная здесь практика.

Вырученные средства шли на покрытие расходов новых экспедиций и изысканий. Так Центр находился на самообеспечении и успешно функционировал. Плюс его активно спонсировали правительства различных систем. Многим хотелось пропиарить свою культуру в более широком охвате.

А Центр имел филиалы почти на всех более менее крупных планетах, и завоевал и сохранил свою репутацию еще со времен старой империи, от которой сейчас остались одни осколки.

Все-таки мне повезло, что я выбрала этот курс на адаптации. Да, сложность была максимальная, и я выматывалась страшно, чтобы просто закрыть все подтемы. Зато к нему, помимо основного, полагался дополнительный очень подробный курс по новой истории. И теперь я разбиралась хоть немного в том, что творится в мире, и что было совсем недавно.

— Виталисса, закончим сегодня с третьим блоком? — вклинилась в мои мысли Гания.

Я незаметно поморщилась. Мне еще резало слух новое имя. Работали мы в тройке. Я была старшей. А в помощниках у меня была новенькая Гания и уже вполне опытный сотрудник Ирниц.

Мне нравилось, что мы как-то смогли поймать нужную волну и теперь продвигались с опережением графика, который я себе составила. Было бы хорошо разобраться с нашим участком быстрее. Мне хотелось вернуться к работе над еще одним проектом, что я вела, когда нас сдернули разбирать поступившие экспонаты.

Взглянула на часы.

— Да, думаю успеем, — улыбнулась ей и хотела вернуться к своим записям, но у Гании случился приступ любопытства.

— А почему нас не поставили на шестой участок? Там намного интереснее. От мозаики уже в глазах все пестрит. Было бы правильнее менять группы, чтобы мы могли попробовать сортировать разные предметы, — предложила она, стрельнув глазками в сторону Ирница.

Так, понятно. Не любопытство, а желание показать себя самой умной.

Я мысленно вздохнула и попробовала быстро объяснить ей, чтобы закрыть эту тему и вернуться к работе.

— Целесообразно как раз именно такое распределение нагрузки. Мы бы тратили лишнее время на то, чтобы разобраться с записями предыдущих сортировщиков и на то, чтобы погрузится в саму тему. А на шестой участок допускают только с уровнем Ис. Там самые ценные находки. У нас ни у кого его