Соловецкое сидение 1668–1676 гг. - Кирилл Яковлевич Кожурин

границы людей ученых, хотя светских; отправлять молодых людей для обучения в Вильну или лучше туда, где нет отщепенцев, в Италию, в Рим. Позволить москвитянам присутствовать при нашем богослужении.

15) Хорошо, если б поляки набрали здесь молодых людей и отдали их в Польше учиться отцам-иезуитам...»{31}

Подобные «прожекты» еще в XVI веке предлагал царю Ивану Васильевичу Грозному папский посол иезуит Антонио Поссевино, однако великий государь имел тогда мудрость ответить на это: «Греки нам не Евангелие». Ну а в царствование Алексея Михайловича политика иезуитов стала блестяще осуществляться, и заезжие греческие авантюристы в глазах недалекого царя и послушного ему патриарха, похоже, заслонили собою евангельские заповеди. В результате осуществления упомянутого выше иезуитского плана были достигнуты сразу две цели. С одной стороны, втянувшись в «греческий проект», Россия отвлекала на себя значительные военные силы турок, возобновивших как раз в это время экспансию в Европу. В 1650 году серьезные административные изменения в Стамбуле возродили былую воинственность османов. В 1660 году они захватили остров Крит, принадлежавший Венеции, и, сжав кольцо вокруг Венгрии, продолжали продвижение по Дунаю в Австрию. В 1683 году они осадили Вену, находящуюся в самом сердце Европы, на полпути между Стамбулом и Па-де-Кале...

С другой стороны, втягивая Россию в «греческий проект» и непосредственно связанную с ним церковную реформу, европейцы значительно ослабляли своего давнего конкурента: успевшая оправиться после Смуты и начинавшая стремительно развиваться Россия была расчленена — если пока не физически, то, по крайней мере, духовно. Русская Церковь и русский народ раскололись, причем та часть, которая вынуждена была принять под давлением правительства реформы, на столетия заразилась духом латинства, а впоследствии — и протестантизма, усвоив многие западные обычаи и догматы, другая же часть, оставшаяся верной традициям предков, оказалась в положении гонимого и притесняемого меньшинства.

«Вину благословну возимеем

стояния нашего»:

Мирное противостояние

Как же была воспринята церковная реформа, начатая патриархом и царем, в сердце Русского Севера — в Соловецкой обители? Об этом в яркой эмоциональной форме повествует в своем «Житии» инок Епифаний, соузник по пустозерскому заточению и со-страдалец протопопа Аввакума: «Тогда у нас в Соловецком монастыре святии отцы и братия начата тужити и плакати горько и глаголати сице: «Братия, братия! Увы, увы! Горе, горе! Пала вера Христова, яко ж и в прочих землях, в земли Руской двема врагами Христовыми, Никоном и Арсеном». Паче же всех прежреченный Мартирию-священноинок обливашеся горкими многими слезами, возвещая трикратное отречение Арсениево от Христа, Бога нашего, оберегая детей своих духовных и прочию братию от Арсения, отступника и еретика. Тогда и аз, многогрешный, со святыми отцы тужа и плача, пребыл с ними время некое{32}».

В августе 1655 года в монастырь прибывает Иоанн Неронов, сбежавший из ссылки в Кандалакшском монастыре. Архимандрит Илия, лично знавший Неронова и сочувствовавший ему, принял вождя никоновской оппозиции с почетом и снабдил припасами для пути в Москву. «Радушная встреча опального протопопа в монастыре не осталась незамеченной московскими властями. Архимандрит Илья находился даже некоторое время под запрещением. Из этого можно сделать вывод, что первые репрессии против лиц, не подчинившихся реформе, не встретили понимания в обители»{33}.

В 1657 году из Москвы в монастырь были присланы новые богослужебные книги. Это были три «Скрижали» 1656 г.[5] и Служебники 1655, 1656 и 1657 гг. издания[6]. По мнению О. В. Чумичевой, книги были привезены не по просьбе монастыря, а по повелению новгородского и великолуцкого митрополита Макария, хотя о последнем из некоторых источников известно, что он саботировал проведение никоновской реформы в своей епархии. Старый архимандрит Илия передал их 10 октября на рассмотрение «соборным старцам».

Примерно в это время появляется первая реакция соловецких иноков на никоновские «новины» — сочинение Герасима Фирсова «О сложении перстов, еже которыми персты десныя руки подобает всякому православному християнину воображати на себе знамение Честнаго Креста». Это было первое старообрядческое сочинение, написанное в Соловецком монастыре. Перстосложение с древнейших времен было важнейшим знамением, в котором каждая деталь имела глубокое символическое значение, видимым Символом веры, понятным даже неграмотному человеку. Поэтому неудивительно, что именно с вопроса о перстосложении началось идейное противостояние древней обители новолюбцам.

В сочинении Герасима Фирсова, снискавшем широкое признание среди братии монастыря, выдвигались все те аргументы, которые впоследствии не раз будут встречаться в полемике между старо- и новообрядцами. «Для обоснования своей точки зрения он разворачивает две линии доказательств. Во-первых, Соловецкие иноки отвергают никоновские новшества и исправление церковных книг это традиционные средневековые доводы от авторитета — цепь свидетельств в пользу двуперстия. Во-вторых, это логический анализ различных форм перстосложения (двуперстие, трехперстие и пятиперстие) и обоснование того, что именно двуперстие может напомнить верующему верные догматы. Опираясь на подробный анализ основополагающих понятий Троицы и богочеловеческой природы Христа, Фирсов доказывает, что трехперстие неприемлемо лишь потому, что уведет мысли к ереси, внушив недостаточно грамотному христианину, что Троица была на кресте, а Христос обладает одной природой. И в первой, и во второй части трактата Герасим широко применяет и логические доказательства, и исторические сведения (например, анализируя свидетельство Мелетия)»{34}.

Соловецкие иноки отвергают никоновские новшества и исправление церковных книг

По мнению О. С. Сапожниковой, вскоре после получения в монастыре новых Служебников выдающийся соловецкий книжник Сергий Шелонин создал кружок единомышленников, который взялся в короткий срок собрать опровержения по ряду пунктов никоновской реформы: изменение формы креста, введение троеперстия, троение аллилуйи. До наших дней сохранился рукописный полемический сборник, составленный Шелониным и ныне находящийся в собрании Российской Национальной Библиотеки. «Сам Сергий в эти годы лично не переписывал рукописи, а руководил книгописными текстологическими работами, был инициатором разного вида работ с древнерусскими памятниками... Непосредственно в переписке сочинений для полемического сборника... Сергий не участвовал, но именно он выбирал тексты и фрагменты сочинений, которым следовало в нем находиться, он руководил его созданием: им надписаны заголовки сочинений, а также выполнена правка текстов...»{35}

Однако далеко не все в стенах монастыря готовы были оказывать неповиновение властям. Из документов явствует, что уже тогда дала о себе знать прореформаторская группа: священник Герман вместе с архидиаконом Евфимием провели службу по новому чину, за что были наказаны плетьми.

8 июня 1658 года состоялся Соловецкий «черный» (то есть иноческий) собор по поводу разбора присланных из Москвы новопечатных книг. Принесли книги, стали их читать и просматривать, увидели «чины нововводные», хулу на двуперстное крестное знамение, которым знаменовались святые