Сколько раз открывали Америку? - Валерий Иванович Гуляев

Однако большинство специалистов-филологов не согласились с доводами С. Гордона. Профессор Фрэнк М. Кросс из Гарвардского университета убедительно продемонстрировал на чисто лингвистических основаниях поддельный характер нового варианта надписи из Параибе. По его словам, это — мешанина из букв, существовавших в различные периоды истории Финикии и поэтому абсолютно несовместимых в рамках одного текста.

Чтобы тезис о финикийских колониях в Америке звучал более убедительно, Гордон ссылается на яркие параллели между культурами Ближнего Востока и Нового Света в доколумбову эпоху: «Ацтеки знали математику и умели вычислять движение Солнца, Земли и Венеры. У них был также календарь из 360 дней и пяти дополнительных, как и у египтян... Трудно объяснить происхождение этой архитектуры (пирамиды неподалеку от Мехико и от Каира) и науки».

Ему на помощь пришли «наблюдения» и «факты», собранные до этого другими сторонниками регулярных походов финикийцев в Америку. Чарльз Боланд обнаружил в заброшенном селении в Нью-Хемпшире (США) каменные постройки, жертвенные камни и следы железоделательного производства, принадлежащие якобы карфагенским колонистам V–II вв. до н. э. Есть такие же следы финикийской «колонизации» ив штате Пенсильвания. Что же заставляло финикийцев — этих отважных «покорителей морей» бросать милую их сердцу родину и бежать через океан к суровым берегам Северной Америки? Боланд считает, что объяснение может быть только одно: стремление «сынов Ханаана» свободно отправлять свою фанатичную и изуверскую религию. После ряда поражений Карфагена, понесенных им от греческих и римских армий, в городе начались притеснения сторонников мрачной религии, требующей постоянных человеческих жертвоприношений. И чтобы иметь возможность спокойно отправлять кровавые обряды предков, наиболее ревностные последователи старой веры решили якобы бежать в Новый Свет.

А в 146 г. до н. э., когда Карфаген был окончательно разгромлен победоносными римскими легионами, остатки его жителей на уцелевших кораблях благополучно спаслись, уплыв через Атлантику на запад в поисках «земли обетованной». И, конечно же, следы их отыскались не где-нибудь, а в тех же США: несколько сотен камней с «пуническими» надписями, оказавшиеся при ближайшем рассмотрении подделкой; аморфные куски железа неизвестного возраста и происхождения и т. д. — вот все, что составляет пока арсенал доказательств наиболее ревностных приверженцев «финикийской гипотезы».

«Время от времени, — пишет советский ученый И. Ш. Шифман, — в газетах и научно-популярных изданиях появляются сообщения о том, что где-то в Америке найдены финикийские надписи. Чрезмерно доверчивые журналисты спешат поразить мир сенсацией: оказывается, это финикийцы, вероятнее всего карфагенские, первыми посетили Америку. Мы вынуждены разочаровать читателей: при ближайшем рассмотрении эти надписи обычно оказывались очень примитивно сработанной подделкой. Не стоит приписывать финикийцам того, что они не делали. Они внесли большой вклад в освоение морских путей Старого Света. И этого вполне достаточно».

По следам античных мореходов

Финикийская морская держава находилась еще в зените славы, когда на каменистых берегах Балканского полуострова появилась новая восходящая звезда — греческие города-полисы. «Особенности географического положения Греции, — пишет историк из ГДР Хельмут Ханке, — определяли и общественную потребность ее в морских судах. Ни один город Греции не удален от моря более чем на 90 км. Большинство селений расположено еще ближе к берегу. К этому следует добавить множество мелких островов и островков, которые, не имея средств сообщения по морю, не могли быть ни заселены, ни обеспечены снабжением... Кроме того, активного регулярного снабжения товарами требовали и многочисленные расположенные вдали от метрополии поселения и колонии».

Для того чтобы связать воедино все свои многочисленные владения на суше и на море и защищать их, грекам был необходим большой и сильный флот. И они его создали. Греческие триеры (парусно-гребные суда с тремя рядами весел) наголову разгромили в битве при Саламине (480 г. до н. э.) огромную эскадру персидского царя Ксеркса, состоявшую в значительной мере из финикийских кораблей.

«Греки не только превзошли финикийцев в области судостроения, — подчеркивает Ханке, — но и соперничали с ними в колонизации Средиземноморья и Причерноморья. Ими основаны такие города-колонии, как Тарент, Сиракузы, Марсель, Трапезунд, Херсонес Таврический и многие другие».

Еще больший вклад внесли греческие мыслители, ученые и моряки в развитие географии. Пределы ойкумены сразу же значительно раздвинулись. Пытливый ум античных мудрецов, тщательно взвесив все имеющиеся крупицы достоверных сведений о далеких и таинственных землях, проникает на западе за «Столбы Геракла», на севере — до приполярных районов современной Норвегии, на востоке — до самых потаенных глубин Азии (Индия, Алтай и т. д.).

Тогда же появились в античной литературе и первые смутные упоминания о сказочных островах, затерянных в голубых водах океана.

Гесиод, живший в VIII в. до и. э., был первым, кто дал этим островам название «Блаженных». Говоря о «божественной расе людей-героев», которые жили до нас на земле, он сообщает, что часть из них погибла в ходе великих сражений, таких, как осада Трои, но другим «отец Зевс предоставил на краю земли место для жизни, вдали от людей и бессмертных богов. На этих «Островах Блаженных», окруженных кипящим водоворотами Океаном, они живут без забот и печали. И плодородная земля трижды в год приносит им урожай плодов, сладких как мед».

Эти острова, известные также как «Острова Счастливых», «Геспериды» и «Елисейские поля», упоминаются в эпоху классической древности и средневековья почти во всех трудах по географии.

Много сведений о землях, лежащих к западу от Гибралтара, почерпнули греки и от финикийских мореплавателей. В IV в. до н. э. анонимный греческий автор, известный как Псевдо-Аристотель, писал в своем сочинении «О чудесных слухах» следующее: «Говорят, будто по ту сторону Столбов Геракла карфагеняне обнаружили в океане необитаемый остров, богатый лесами и судоходными реками и изобилующий плодами. Он находится на расстоянии нескольких дней пути от материка (выделено мной. — В. Г.). Но когда карфагеняне стали часто посещать его и некоторые из них из-за плодородия почвы поселились там, то правители Карфагена запретили под страхам смерти ездить к этому острову». Это было сделано и для того, чтобы воспретить отток населения из Карфагена, и для того, чтобы держать открытие новых земель в тайне.

Какой же это остров? Может быть, Америка? Диодор Сицилийский — историк, живший в I в. до н. э., говорит на этот счет вполне определенно: «В середине океана... лежит остров, выделяющийся своей величиной Он находится от Африки лишь на расстоянии нескольких дней пути (выделено мной. — В. Г.)....Финикияне, обследовавшие побережье по ту сторону Столбов и плывшие на парусах вдоль Африки, были сильными ветрами отнесены далеко в океан. После многих дней блуждания они достигли, наконец, названного острова».

Таким образом, в обоих случаях речь идет о землях, расположенных в непосредственной близости от африканских берегов. Что здесь имелось в виду? Мадейра? Острова Канарской группы? Азоры? Для нас в данном случае не