Сколько раз открывали Америку? - Валерий Иванович Гуляев

египетским фараоном Нехо вокруг Африки. Карфагенец Ганнон в V в. до н. э. выходит на нескольких судах за «Столбы Геркулеса» (Гибралтар) и, плывя строго на юг, открывает западное побережье Африки где-то южнее островов Зеленого Мыса.

Море уже перестало вызывать в сердцах людей ужас, овладевавший ими, когда они теряли из виду землю, которую считали своим единственным домом. И тем не менее океанские плавания были сопряжены в то время с большим риском. Римский поэт Гораций писал в одном из своих стихотворений:

Знать, из дуба иль меди грудь

Тот имел, кто дерзнул первым свой

хрупкий челн

Вверить грозным волнам.

За эти века люди научились составлять карты, измерять глубины, определять координаты различных мест на побережье, точно вычислять по звездам пройденные расстояния, использовать силу ветров, приливов и морских течений. Но самое главное, человек научился строить прочные мореходные корабли для далеких походов.

Таким образом, уже в- I тысячелетии до нашей эры в Средиземноморье были и люди и суда, способные совершать дальние морские путешествия, а значит, была хотя бы чисто теоретическая возможность трансокеанских плаваний к берегам Нового Света. Благоприятствовали этому и природные факторы. Африка и Америка отделены друг от друга в наиболее широкой части 3500 милями водного пространства (от мыса Сан Роке в Америке до африканского побережья). Расстояние же между городом Наталь в Бразилии и Фритауном в Сьерра Леоне (Африка) составляет всего 1600 миль. В этой же зоне, т. е. в средней части Атлантики, с востока на запад дуют большую часть года постоянные ветры (северо-восточные пассаты), примерно в том же направлении пробивают себе путь и два мощных океанских течения — Канарское и Северное пассатное. Средняя скорость их составляет от 15 до 30 миль в день. Из Экваториальной Африки океанские плавания к берегам Нового Света облегчены попутным юго-восточным пассатом и южным пассатным течением.

«Таким образом, — говорит советский географ В. И. Войтов, — в Атлантическом океане имеется несколько маршрутов, которыми могли бы следовать древние мореходы как из Европы в Америку, так и из Африки».

Здесь-то и наступает самое сложное. Теоретическая возможность для трансатлантических плаваний, безусловно, существовала, но была ли она реализована на практике? Что знали древние об окружающем их бес предельном и таинственном мире? Какой бы народ мы здесь ни взяли, говорится в морской энциклопедии, «границы плаваний определялись знаниями и легендами его времени. В греко-римскую эпоху этой границей были «Геркулесовы Столбы», выход из «Моря Тьмы» (Атлантический океан. — В. Г.); в средние века — непреодолимый «черный котел» (у восточноафриканского побережья, в районе экватора. — В. Г.); вначале эпохи Воз рождения — Мыс Бурь и Магелланов пролив».

Уже в XVIII–XIX вв., в связи с успехами классической (античной) археологии, некоторые ученые упорно искали истоки американских цивилизаций в культурах Европы, Древнего Востока и Средиземноморья. Так родилась гипотеза о проникновении в Западное полушарие египетских, финикийских (карфагенских), а позднее греческих н римских мореплавателей, основанная на свидетельствах современников о высоком мореходном искусстве этих народов, а также на туманных сообщениях древних авторов о далеких морских путешествиях на запад, за пределы «Геркулесовых Столбов».

Египетские пирамиды

и мексиканские теокалли[1]

В XIX в. после ряда крупнейших археологических открытий, перед миром предстала во всем своем блеске одна из наиболее ярких цивилизаций древности — египетская. У большинства людей само слово «археология» и поныне вызывает в воображении гигантские пирамиды, загадочно улыбающегося Сфинкса, золотые украшения из гробницы Тутанхамона и зеленую долину Нила на фоне бескрайних песков пустыни. Отсюда вполне естественно, что когда ученые открывали где-нибудь древние памятники, имевшие хотя бы отдаленное внешнее сходство с египетскими, их, даже если они находились по ту сторону океана, все равно связывали с «могучим» влиянием Египта. Наиболее ярыми приверженцами этой гипотезы были французы Ле-Плонжон и Брассер де Бурбур, а также англичанин Эллиот Смит.

Концепция Ле-Плонжона была довольно путаной и эклектичной; в ней ясно видны обрывки уже хорошо знакомых нам теорий и гипотез. Он считал, что древнеегипетскую цивилизацию принесли в долину Нила в готовом виде колонисты из Нового Света, а высокие американские культуры происходят, в свою очередь, с затонувшей Атлантиды. По его словам получалось, что Америка и Египет поддерживали между собой контакты по меньшей мере с X тысячелетия до нашей эры.

Схематическая карта с указанием основных направлений древних контактов Старого и Нового Света

В свою очередь, английский медик Эллиот Смит и его сторонники выдвинули так называемую «гелиолитическую» теорию (гелиос по-гречески — солнце, литое — камень; теория названа «гелиолитической», поскольку ее приверженцы придавали большое значение распространению таких черт культуры, как поклонение Солнцу и постройки из больших глыб или плит камня), согласно которой все высокие культуры земного шара происходят из одного источника — Египта. Здесь и только здесь родились, оказывается, важнейшие достижения человеческого разума. А затем их понесли по морям и океанам во все уголки нашей планеты «дети Солнца» — высокоцивилизованные обитатели долины Нила. Главной целью их таинственных путешествий были поиски золота, серебра и жемчуга.

Согласно Э. Смиту, распространение характерного комплекса египетской культуры (с собой они несли культ Солнца, постройки из крупных каменных блоков и мумификацию) в другие части света происходило в течение сравнительно короткого времени, около X в. до н. э., и шло через различные районы Азии в Полинезию, Австралию, а затем и в Америку. Эта теория призвана была доказать диффузию «тесно связанного комплекса странных обрядов... который около 30 столетий назад распространился вдоль побережья большей части земного шара, пробуждая к новой жизни местные дикие племена...».

Помимо названной выше триады, египетское влияние на другие области проявлялось якобы и в наличии там таких черт культуры, как бумеранг, ирригация, земледелие на террасах, предание о потопе, татуировка, обрезание, массаж, искусственная деформация черепа, культ змеи, вера в божественное происхождение царей, использование пурпурной краски и т. д.

Учитывая то большое место, которое занимает в данной теории вопрос о происхождении и последующем распространении мегалитических построек — дольменов или «погребальных ящиков», сложенных из гигантских глыб и плит камня, давайте проследим их историю по материалам археологических раскопок.

В неолите и в начале эпохи бронзы дольмены в большом числе известны на западном побережье Европы. Много их на Кавказе, в Южной Индии, Китае и Японии По словам сторонников «гелиолитической» теории, все эти гигантские каменные сооружения происходят в конечном счете от египетской гробницы — мастабы, исчезнувшей в самом Египте где-то в середине III тысячелетия до нашей эры. Любой дольмен рассматривался просто как упадочная, пережиточная форма мастабы.

Если носители «гелиолитической»