Мастер пилюль 1-8 - Роман Романович

Мир замедлился. Сталь копья сверкнула у самого глаза. Рука сама рванулась вперёд, перехватило древко. Мышцы напряглись, раздался хруст — обломок древка остался у меня в пальцах. В тот же миг последовал удар в спину. Один из Волков зашёл сзади, ударил копьём. Как знакомо!

Я зарычал, чувствуя, как разгорается внутри ярость. Развернулся и вбил острие обломка к плечо напавшему. Он закричал, брызнула кровь, попала мне на лицо, но не смутила, не сбила настрой, а лишь раззадорила.

Я выпустил переполняющую меня силу, оттолкнув тех, кто стоял рядом. Слабаки разлетелись в стороны, как и призванные ими стихии. Капитан в это время поднялся, встряхнулся и двинул на меня.

— Твои фокусы не помогут, — сложил он ручные печати.

Пламя закружилось вокруг него, на меня накатила волна жара.

— Сжечь меня собрался? — оскалился я.

Сложив схожие печати, я призвал своё пламя. Две волны рванули друг на друга. От жара остальные Волки бросились врассыпную. В один миг между мной и капитаном разразился ад. Камень трещал и плавился, а мы продолжали щедро вливать силу.

Отпустив огонь, я послал волну ветра, сдвинув буйство пламени в сторону капитана. Тот утратил контроль над совместной техникой, отскочил в сторону и в несколько прыжков ушёл в сторону.

— Ты ещё и пламенем повелеваешь⁈ — крикнул капитан. — Сколько же у тебя стихий, малец⁈

— На тебя хватит, старикан! — ответил я, чувствуя прилив азарта.

Это было непривычно для меня, но личная обида и переход на новый ранг пьянили.

— Талант пасует перед опытом! — крикнул он в ответ. — Что скажешь на это⁈ Техника четвёртого ранга!

Мужчина сложил подряд не меньше десятка печатей. Я ударил воздушным тараном, но вмешались другие Волки. Кто-то послал в меня несколько разных техник, и пришлось уйти рывком в сторону. Продвинутая техника была готова, и в мою сторону полетел огненный ястреб, наполненный духовной силой.

Я топнул ногой, поднимая каменную стену. Сам провалился вниз, ушёл глубоко в камень, наращивая защиту сверху.

Грянул взрыв, и меня оглушило духовной волной. Камень раскалился, стало тяжело дышать. У меня из носа брызнула кровь и… В тот момент я слишком потерялся, чтобы понять, что ещё произошло.

Внезапно меня качнуло вверх, и я выскочил наружу, +на каменном столбе. Один из мужчин стоял рядом, сверля меня злым взглядом, сложив ручные печати.

В тот же момент всё ещё целый ястреб сделал круг над скалами и спикировал ко мне. Я прыгнул со столба, направил поток ветра вниз и пролетел с десяток метров, чудом увернувшись от атаки. Камень сзади взорвался, меня толкнуло в спину ударной волной, и я полетел вниз, ударился о скалы, покатился вперёд, собрав по пути все шероховатости голым телом. Врезался в камень, отскочил от него, упал на четвереньки.

Мне бы отдышаться, но куда там. Кто-то метнул вслед воздушное лезвие. Промазал всего немного, прошло над макушкой, врезалось в камень.

Вскочил, рванул в сторону, прыгнул за камень. Птица выстрелила в меня потоком огня, что взорвал кусок скалы. Один из осколков угодил в плечо, отчего я запнулся и кувыркнулся ещё разок. Болью так и прострелило, но я не обратил внимания, спеша разорвать дистанцию.

Сложил печати на ходу, поднял пылевую бурю. Кто-то призвал ветер, смахнув её. Я выиграл себе несколько секунд, концентрируя воду.

Когда птица устремилась ко мне и сзади дохнуло жаром, направил поток воды на неё. Внезапно вмешался змей. Потоки воды изменились, сила духа влилась в них, и обычная вода превратилась в змею, что метнулась вверх, вцепилась в птицу.

«Беги», — скомандовал змей.

В тот же момент ощущение могущества покинуло меня. Иллюзия, что ещё смогу отбиться, сохранялась, пока отступал, но вдруг вся духовная сила схлынула. В один миг навалилась тяжесть, тело налилось свинцом, восприятие сузило, и я перестал ощущать, что происходит вокруг.

Сзади громыхнуло, меня накрыло волной обжигающего пара. Я заставил себя продолжить движение. Преодолевая слабость и боль, набрал скорость и почти наугад побрёл среди скал.

«Тот капитан потратил большую часть сил, — продолжил говорить змей. — Ты же только пробудился, прыгнул выше головы, за что и поплатился. Тебе надо было их убить быстро, теперь шанс упущен. Если хочешь, я могу утопить их».

«Наверное, мысль не такая уж и плохая», — подумал я.

Казалось, всё тело терзало болью. Я успел рассадить себе лоб, и лицо заливала кровь. Ноги едва слушались, а дыхание… Что дыхание, я хрипел, словно больной при смерти. Гнев тоже никуда не делся. Заглушался болью и желанием жить. Я упорно шёл вперёд, пытался бежать, но едва справлялся.

Так что да. Возможно, и стоит их утопить.

Принять решение я не успел. Облако пара после взаимного уничтожения двух техник-зверей рассеялось. Набежал порыв ветра, открыл обзор, и я вдруг понял, что вышел к краю обрыва. Остановился в считаных метрах, увидел слева от себя площадку для медитаций, что располагалась чуть выше. Бежать отсюда было уже некуда.

Развернувшись, я собирался приготовиться к бою, не зная, как далеко смогу зайти. Так просто я не…

Мне в грудь прилетело огненное копье, которое швырнуло меня назад.

Прямо с обрыва вниз.

* * *

Чуть ранее.

В момент формирования духа внутренний храм претерпел изменения. Развернувшись, он раздался в стороны. Появилось семь колонн, наметилась крыша. Чаши для стихий стали глубже и основательнее. Это те изменения, которые Эл успел заметить.

Но он не заглядывал под основание храма. Вместе с переходом на новый ранг с обратной стороны фундамента появилась сложная печать. Которая замерцала, поглотив часть духовной силы.

В тот момент, когда Эл вступил в битву и ощутил гнев, печать тускло засветилась. Каждый обмен ударами заставлял разгораться её всё сильнее. Пришедшее вскоре отчаяние, бессильная ярость и осознание скорой смерти подстегнули этот процесс.

Змей, находящийся внутри, что-то такое почувствовал, но основная часть его внимания уходила на то, чтобы защитить парня. Он прикрыл того от огненного копья, но не от падения, оказавшись вместе с учеником в сложном положении.

Печать тем временем перестала светиться и снова исчезла, впитавшись в основание внутреннего храма.

* * *

Грудь разорвала ослепительная боль. Огненное копьё вышибло из меня воздух, а следом и опору из-под ног. Я оказался в невесомости, видя, как стремительно удаляется край скалы. Поток ветра подхватил и завертел моё тело, как щепку. Паника, дикая и всепоглощающая, сжала горло. Но глубоко внутри сквозь боль и ужас пробился холодный огонь ярости. НЕТ! Инстинкт самосохранения вырвался наружу. Руки, повинуясь ему, резко взметнулись, ловя потоки воздуха. Падение