Республика Корея: в поисках сказки. Корейцы в русских зеркалах. Опыт исследования - Александр Мотельевич Мелихов

задумке японцев, нарушить энергетический баланс во всем дворцовом комплексе и ослабить волю корейского народа. Так оно и произошло. Дорога эта существует и по сей день, а из множества некогда проводимых в храме церемоний до сегодняшнего дня дошла лишь одна. Она проводится в первое воскресенье мая.

На протяжении тысячелетий корейцы не раз демонстрировали всему миру способность находить выход из самых сложных ловушек истории. Помогало им в этом стремление достойно выглядеть перед строгим взором своих предков: становиться честными, правильно оценивать себя и работать на благо семьи, общества и страны в целом.

ВСЕ ВМЕСТЕ НА ПРАЗДНИК ПЭКЧУН

Республика Корея, несмотря на всю её технологическую развитость, по-прежнему остаётся развитой страной и в аграрном плане. Одним из залогов успешного корейского чуда явился самоотверженный коллективный труд. И я уверен, что корни его лежат в аграрном характере традиционного корейского общества. Традиция до сих пор весьма сильна в Корее.

Республика Корея – совсем небольшая по площади страна. На карте мира Корейский полуостров, расположенный на северо-восточной оконечности Евроазиатского континента, не сразу бросается в глаза в силу своих небольших размеров. Тем не менее, каждый раз, когда отправляешься в поездку по Корее, невольно приходишь к выводу, насколько разнообразна эта небольшая по своей площади страна. Меня всегда впечатляла степень сконцентрированности такого богатого разнообразия жизненных укладов на такой маленькой площади.

Жителей России трудно удивить разнообразием регионов, но значительные различия между ними естественным образом продиктованы масштабами нашей страны. Небольшие же размеры Кореи, известная мононациональность, подкрепленная существованием более тысячи лет объединенного государства на одной и той же территории, непроизвольно настраивают на единообразие. Более того, сами корейцы постоянно любят говорить о том, что Корея едина, что «мы жители одной страны». Однако, путешествуя, общаясь с людьми, всматриваясь в окружающую действительность, совершенно отчетливо понимаешь, что Корея очень многоликая страна. В процессе знакомства со страной и ее жителями разбивается стереотип о единообразии корейцев и приходится сталкиваться с парадоксальным противоречием о «разнообразном единстве» Кореи. Каждый регион Кореи, демонстрируя черты, характерные для страны в целом, обладает отличающей его самобытностью и интересен по-своему.

Именно поэтому путешествовать по Корее всегда интересно, несмотря на высокую степень урбанизации страны и практически полное отсутствие дикой природы.

Здесь, мне думается, необходимо сказать несколько слов об оппозиции «Сеул – регионы». Дело в том, что в современной Республике Корея сформировалось своеобразное представление, согласно которому все, что расположено за пределами Сеула, называют провинцией – сиголь. Сеул это не просто столица государства. Сеул – это отдельный мир, живущий по несколько иным, чем остальная Корея, законам. За годы экономических преобразований середины ХХ века Сеул превратился в огромный мегаполис, в котором проживает около четверти населения Республики Корея и где сконцентрирована основная политическая, экономическая, культурная жизнь страны. Сеул олицетворяет современную, интернационализированную, динамичную Корею, центр одного из четырёх «малых азиатских драконов».

В то время как «провинция» – это территория, где можно встретиться с обаятельным обликом традиционной Кореи. При выезде за пределы столицы первое, что обращает на себя внимание – это ритм жизни. Жизнь в провинциальных городках и деревнях значительно медленнее и размереннее. Улицы пустынны, а общественный транспорт никуда не спешит. Таксисты в провинции отличаются от своих коллег в Сеуле простотой общения с клиентами. Если сеульский таксист почти всегда в специальной униформе и в белых перчатках, то таксист в провинции одет в футболку, с сигаретой в зубах и шлёпанцами на босу ногу. Здесь чаще можно встретить людей, спокойно шагающих по своим делам. Прямо на тротуаре сидят корейские старушки, торгующие неведомыми травками и корешками из своих больших пластмассовых тазов. Жизнь в провинции проще, но корейская деревня не создаёт ощущения запустения. Современная инфраструктура развита на весьма высоком уровне. В любой, даже самой отдаленной деревне есть магазинчик, где продаётся всё самое необходимое. Из уличного телефона-автомата без проблем можно позвонить в любую точку мира. Но самое главное в том, что люди, живущие там, выглядят не менее довольными своей жизнью и своим положением, чем жители Сеула. Хотя повод для огорчения тоже имеется – слишком мало на улочках корейских деревень попадается молодых лиц, все больше пожилых людей.

Одним словом в некоторой степени оппозицию «Сеул – провинция» можно отождествить с противопоставлением «современность – традиция».

За время своей учёбы и стажировки в Корее я неоднократно смог побывать не только во всех крупных городах, но и посетить разнообразные отдаленные от Сеула регионы Кореи. Такие путешествия помогают лучше познакомиться с этнической спецификой корейского народа и самобытными особенностями корейской культуры. Особенно много занимательных и красивых мест мне удалось посетить в 2004 году во время стажировки при Государственном исследовательском институте культурного наследия и Государственном музее этнографии.

Здесь мне хотелось бы рассказать об одной поездке в небольшой городок Мирян, состоявшейся вместе с моим главным проводником по лабиринтам корейской культуры, фотографом Со Хон Каном, который уже многие годы работает в качестве основного «фиксатора событий» с ведущими государственными и частными организациями, изучающими культуру своей страны.

Он, как всегда, позвонил рано утром накануне дня отъезда.

– В Мирян поедешь? – задорным голосом спросил Со.

– А что там такое будет? – ответил я вопросом на вопрос.

– Будет весело – праздник пэкчун нори. Тебе понравится, – коротко и с ухмылкой ответил он.

– Конечно поеду, – не задумываясь ответил я.

– Ну тогда, как всегда, я буду ждать тебя в девять утра у заправки Хёндэ на пятом выходе станции Кваннару, – быстро сказал он и повесил трубку.

Признаюсь честно, до поездки об этом празднике я знал не много. Мне было известно, что пэкчун – одно из названий пятнадцатого дня седьмого лунного месяца. В старину это был один из наиболее почитаемых годовых праздников в Корее.

Порывшись в интернете и просмотрев справочную литературу, мне удалось узнать больше. Оказывается в периоды Объединенного Силла (618–918) и Корё (918–1392) этот день назывался пэкчун – «День ста семян». Это название имело буддийскую окраску, а наиболее популярная в народе версия его происхождения была связана с именем буддийского святого Маудгальяяна (кор. Моннён, кит. Мулянь, яп. Мокурэн), о подвиге которого рассказывается в «Сутре об улламбане». Согласно содержанию сутры один из первых учеников Будды Шакьямуни по имени Маудгальяяна, обретя шесть способностей, оглядел различные миры и увидел, что его покойная мать возродилась в мире голодных духов за то, что, съев мяса, отказалась покаяться в содеянном. Будучи самоотверженным сыном, Маудгальяяна решил накормить свою мать и преподнес ей различные угощения, но пища, которую она подносила ко рту, превращалась в горящие угли. Маудгальяяна встретился с Буддой и, выслушав его советы, решил преподнести в пятнадцатый