Русские народные сказки и суеверные рассказы про нечистую силу - Александр Евгеньевич Бурцев

дьякон в длинной белой рубахе прижался в угол и стоит. Работник давай его стегать, этого дьякона. А потом пришел в избу и говорит попадье:

— Какой у вас тут белый баран упрямый. Насилу вытыкал его из хлева.

Потом работник и пошел в поле. Приходит туда. Поп и спрашивает:

— Что принес поесть?

— Матка, — говорит, — дала вина бутылку и пирог. Велела сегодня выпить с посевом.

Поп обрадовался, как был любитель пить водку и сам.

— Матка, — говорит, — дала вина бутылку и пирог (рис. Л. Альбрехта)

— Как, ин, Иван, вы в любве это матке пришлись. Она скупа была — послала вина.

Этот день проводили благополучно и приехали ночевать домой. На второй день утром надо было опять ехать в поле. Поп мигает работнику: опять есть не возьмем — ты сбегаешь. Вчерась попаило. И отправились пахать.

Поработали. Время опять на обед стало.

— Батька, — говорит работник попу, — не пора ли мне опять идти домой за едой?

— Ступай скорее. Опять неси чего-нибудь, — ответил поп.

Работник отправился. Приходит в коридор и слушает — нет ли опять дьякона. Слышит — дьякон опять тут и собирается уже уходить:

— Надо мне идти домой, работник придет скоро. Вчерась он меня больно настегал.

А работник опять в стену застукал из коридора.

Дьяком испугался:

— Ой, леший, кажется, опять его несет. Куда я деваюсь?

А попадья и говорит ему:

— Ступай скорее на чердак — там много шерсти в плетушке.

Дьякон убежал и лег там на шерсть.

Работник приходит в избу.

— Давай, матка, нам что-нибудь поесть.

Матка наложила им пирогов корзину. Работник взял пироги и пошел.

— Да, матка, я опять чуть не забыл штуку. Батька велел мне вывалить шерсть на солнце — ее нужно высушить.

— Это я сама все сделаю, — говорит попадья.

— Нет, ин, мне приказано, то я, ин, должен слушать попа.

Работник, придя на чердак, увидел там ведро со смолой. Он взял эту смолу и вылил ее в ту плетушку с шерстью, в которой лежал дьякон. Потом он взял крышку, закрыл плетушку и завязал ее веревкой и пошел обратно в поле к попу.

Сели с попом, пообедали, пирогов закусили. Работник и говорит попу:

— Батька, ин, что я слышал, что в городе старые пестери из цены вон. А я у вас на вышке видел много старых пестерей. Отпустите меня в город — я страшные деньги привезу вам за эти пестери.

Поп ответил ему:

— Ступай завтра, поезжай. Время еще рано. Поспеем.

Этот день проводили благополучно. Переночевали.

Утром работник стал складывать пестери на воз, положил и ту плетушку, в которой лежал дьякон. Вот, завязал воз и поехал в город.

Город был недалеко. Подъезжает работник к городу, а навстречу ему попадает барин на паре с колокольцем и спрашивает его:

— Чего везешь?

А он ему отвечает:

— Давай, — говорит, — кажи (рис. Л. Альбрехта)

— Я черта везу.

Барин тот не признавал ни черта, ни Бога.

— Какой у вас, — говорит, — деревенщина, черт? Посмотрел бы я и показал бы.

— Давай сто рублей, покажу.

А барину было любопытно. А денег у барина было много. Подал мужику, этому работнику, сто рублей.

— Давай, — говорит, — кажи.

А попов работник говорит:

— Я буду отвязывать, а ты помаленьку крышку снимай. Он больно боек — надо, чтобы не убежал.

Дьякон думал сам себе: «Как бы открыли — скорее выскочить!»

Как открыли крышку — дьякон выскочил и побежал, весь в смоле и шерсти.

Барин «заойкал», руками замахал.

— Какой, — говорит, — нехороший. Не дай бог и никому видать такого черта.

Барин и уехал, куда ему было нужно.

Работник взял воротился и поехал обратно к попу домой.

Поп увидал работника, что едет домой и много пестерей везет обратно, и говорит:

— Ну, что, не продал?

А работник ответил:

— Торг был мал — людей было мало. Одну плетушку продал — взял сто рублей.

Подал попу деньги. Поп обрадовался и говорит работнику:

— Ладно, в следующий раз свозишь, продашь и эти.

Время было вечер. Ночевали.

Утром опять надо было уехать пахать. Там опять пришло время на обед. Надо работнику за обедом идти домой. Работник опять приходит к попу в дом, остановился в коридоре и слушает, нет ли у попадьи опять дьякона. И слышит, что дьякон тут, и попадья говорит ему:

— Некогда нам с тобой сейчас заниматься, скоро работник придет за обедом.

А дьякон попадье отвечает:

— Я поеду пахать. Ты туда мне принеси вина и пирогов.

— Я не знаю, — говорит попадья, — мне ведь не нидти.

Дьякон сказал ей:

— Я поеду, буду вешки влипать. По вешкам ко мне и иди.

Вот дьякон взял, из квартиры бегом побежал, а работник ухоронился за двери, чтобы дьякон не увидал его.

Работник приходит к попадье.

— Давай, матка, чего-нибудь мне поесть.

Попадья ему отвечает:

— У меня ничего нет. Бери хлеба.

— Хлеба не возьму. Когда день и так пропашем.

И пошел опять к попу в поле.

А дьякон уехал впервое работника и по дороге ставил вешки. А работник вехи переставил к себе в поле, где они с попом пахали.

Поп увидал работника, что он без еды пришел.

— Что, — говорит, — ничего не принес поесть?

А работник ему отвечает:

— Матка скоро сама будет. Принесет всего: вина и пирогов.

А день был красный, жаркий. Мух было много. А у дьякона лошадь была пегая, а у попа вороная. Работнику надо было сделать пегой лошадью и попову.

— Батька, мне больно жалко лошадь, ее мухи едят. Я свои подштанники сниму и на лошадь надену, чтобы мухи не кусали.

Он так и сделал.

Работник смотрел в ту сторону, откуда нужно было попадье идти. Увидал: попадья идет.

Она признала, что не дьякон, сама себе сказала: «Ой, ведь неладно!»

Работник говорит:

— Нет, матка, мы здесь.

Ей деваться было некуда.

Сейчас поп и работник уселись к корзине, водку стали наливать и выпивать. Выпили и закусили. Попадья пошла домой. Ей стало больше делать нечего.

Поп говорит:

— И я счастлив из-за тебя: попадья тебя любит, и мне водочки