Антология еврейской средневековой философии - Коллектив авторов

еврейском языке имеет четыре значения. Оно относится к познанию истин, наивысшей ступенью которого является постижение Господа. Сказано: «Но где находится мудрость [и где место разума]?»[1261], — а также: «Если будешь стремиться к ней (мудрости), как к серебру [разыскивать ее, как клад, тогда постигнешь страх перед Господом и обретешь познание Бога]»[1262]. Таких мест много. Мудростью называется также освоение ремесел, причем это слово применяется по отношению ко всякому ремеслу или искусству: «И всякий мудрый сердцем [из вас пусть придет и сделает все, что повелел Господь: скинию, шатер ее и покров ее]…»[1263]; «И каждая женщина, мудрая сердцем [, пряла]…»[1264]. Мудростью называется и обретение добродетелей: «И старейшин его учил мудрости»[1265]; «У старцев мудрость»[1266], — ибо пожилой возраст как таковой придает именно склонность к добродетели. И, наконец, мудростью могут именоваться также коварство и хитроумие: «Давай перехитрим его»[1267]; — и в этом же смысле сказано: «И взял оттуда мудрую женщину»[1268], имеется в виду хитроумную женщину. Это же значение имеет слово «мудры» в стихе: «Мудры они делать зло»[1269]. Хитроумие может быть направлено на приобретение познаний, добродетелей и изучение ремесел или же на совершение зла и обретение дурных качеств. Итак, ясно, что понятие «мудрец» может относиться как к тому, кто достиг интеллектуального совершенства, так и к добродетельному человеку, а также к искусному в ремеслах и к хитрецу, творящему дурное.

[Изучение Торы и «мудрость»]

В соответствии с разъясненным нами выше, когда человека называют подлинным мудрецом Торы[1270], это может относиться как к его интеллектуальному уровню, так и к нравственным качествам. Однако поскольку истины, содержащиеся в Торе, излагаются в ней без всякого обоснования, ты увидишь, что пророки и мудрецы отличают знание Торы (то есть того, что записано в Торе и получено нами по традиции) и собственно мудрость. Под последней понимается анализ содержания Торы и подтверждение содержащихся в ней истин. Все, что сказано о значении мудрости и об ее редкости («Не многие мудры»[1271]; «Но где находится мудрость»[1272] и много других подобных мест), относится к этому виду мудрости — к обоснованию воззрений Торы. В изречениях мудрецов, благословенна их память, слова «Тора» и «мудрость» часто употребляются как отдельные понятия. Так, сказано про Моше: «Наставник в мудрости, наставник в Торе, наставник среди всех пророков…»[1273]

Мудрецы, благословенна их память, также упоминали, что от человека требуется вначале обрести знание Торы, затем — мудрость, потом постичь то, что следует в области законов, то есть вытекающих из Торы практических выводов. Итак, порядок должен быть таким: вначале постижение идей, полученных по традиции, затем их обоснование и, наконец, совершенствование действий, выпрямляющих стези человека. Вот слова мудрецов, благословенна их память, по поводу надлежащего упорядочения трех этих предметов изучения: «Когда человек предстает перед [Небесным] судом, его спрашивают: «Установил ли ты себе время для занятий Торой? Упражнялся ли в мудрости? Занимался ли выведением одного из другого?»[1274] Итак, ты видишь, что они отделяли друг от друга познание Торы и обретение мудрости, заключающейся в подтверждении взглядов Торы с помощью справедливых рассуждений.

[Четыре совершенства]

Смотри же теперь, что я скажу тебе после всего, изложенного здесь. Как разъясняют древние и современные философы, существует четыре вида совершенства, доступные человеку.

[Имущественное совершенство]

Первый и самый низменный вид совершенства, в погоне за которым люди проводят всю свою жизнь, относится к владению собственностью — деньгами, одеждами, орудиями, рабами, землями и прочим имуществом, принадлежащим человеку. Быть великим царем — значит обладать совершенством такого рода. Этот вид совершенства носит чисто внешний характер, и, хотя он и связан с его обладателем, большая часть приятных ощущений, получаемых от владения разнообразными вещами, строится исключительно на иллюзии. Я имею в виду, что человек говорит: «Мой дом, мой раб, мои деньги, мои солдаты и моя армия», — но, обратив взор на себя, он обнаружит, что все это отделено от него и существует само по себе. А когда связь между человеком и принадлежащими ему вещами прервется, хотя в последних как таковых и не произойдет никаких изменений, окажется, что нет никакой разницы между великим царем и ничтожнейшим из людей. Философы разъяснили, что все усилия и старания, которые люди обращают на достижения этого вида совершенства, в действительности направлены на то, что недолговечно и носит чисто воображаемый характер. Даже если собственность человека пребудет с ним до конца его дней, это никак не поможет достижению совершенства им самим.

[Телесное совершенство]

Второй вид совершенства теснее связан с его обладателем, нежели первый. Он состоит в совершенстве тела — то есть внешнего облика человека и его материальной природы. Я имею в виду баланс жидкостей в теле человека[1275], силу и гармоничное строение его органов. Этот вид совершенства также не должен быть целью сам по себе, ибо телесное совершенство относится к человеку не постольку, поскольку он человек, но поскольку он животное, ведь оно применимо к человеку в той же степени, что и к любому животному[1276]. И как бы силен ни был человек, он все равно окажется слабее мула и уж тем более — льва или слона. Развивая свои силы, он становится способен переносить тяжелые ноши, разбивать прочные предметы и делать другие вещи подобного рода, которые даже для самого тела не особенно хороши и не приносят особой пользы телу. Этот вид совершенства не содержит в себе никакой пользы для души.

[Этическое совершенство]

Третий вид совершенства теснее связан с его обладателем, нежели второй. Он состоит в нравственном совершенстве человека, обретение которого является целью большинства заповедей Торы. Но и он не самодостаточен, а служит обретению чего-то иного. Ибо нравственность проявляется в отношениях между людьми, и добродетель человека состоит в его готовности быть полезным другим, поэтому она является средством, а не самостоятельной целью. Предположим, что человек пребывает в одиночестве и ни с кем не связан. Тогда все его нравственные достоинства окажутся ненужными. Итак, они придают совершенство не самому человеку, но его отношениям с другими людьми.

[Интеллектуальное совершенство — подлинная цель человека]

Четвертый вид — это подлинное совершенство человека, заключающееся в развитии его интеллектуальных способностей. Я имею в виду восприятие идей, которые приводят к истинным воззрениям касательно Божественного. Такова высшая цель человека, в этом состоит подлинное, присущее только ему совершенство, в котором он удостоится вечной жизни и благодаря которому он и является