Рыжая бестия для мистера Совершенство - Анна Миральд

- Я не хотела толкать вас в торт, - оправдываюсь, но не перед Романом, а перед его сестрой. Мне так хочется, чтобы хоть она мне поверила. – Мне подставили подножку.

Скептичным хмыканьем Горецкий выражает неверие, не прерывая при этом общения с сестрой.

- Если бы ты соизволила появиться в ресторане, то сейчас этой неловкой ситуации можно было бы избежать, - бросает в мою сторону жесткий взгляд Горецкий.

- О какой неловкой ситуации ты говоришь? - вскидывается Мирослава.

- Наверное, о той, где он прыгал передо мной без штанов, - понурив взгляд, словно до сих пор нахожусь в шоке. А вот хмыкать мне не нужно было! Лишил мои глаза невинности, получай!

- Рома?! - вроде возмущается Мирослава, но я вижу, что ситуация ее веселит и я решаю добавить остроты. И пусть Горецкий не убивает меня взглядом.

- А за минуту до этого он собирался съесть сладость своей девушки на моих глазах, - доверительно нашептываю немного искаженную информацию.

- Я не знал, что ты за нами подсматриваешь! – орет Роман, а Мирослава уверяла, что он умеет держать эмоции под контролем.

- Видимо, после неудачной попытки съесть торт, у него нехватка сахара в организме, - изображая притворную жалость, прощаюсь со своей новой работой. Но зато отомщена. И спать в этой ночью я буду без слёз!

Глава 13 Алиса

Алиса

- Ты… - то ли прорычав, то ли простонав от бессильной ярости, Роман Андреевич пригвоздил меня свирепым взглядом к месту. Судя по тому, как горели его глаза, он много чего собирался сказать, но поиграв желваками, произнес всего одно слово: - Помолчи, - а потом тут же обратился к сестре: - Мира, объясни, что эта девушка делает в моем доме? – от его тона у меня даже морозец побежал по коже.

- В твоем доме, - недовольно и даже яростно пропела Мирослава, складывая руки на груди. – Утром мы с Кириллом уедем, в чужом доме нам…

- Мира, не начинай! - даже я поняла, что это чистой воды шантаж, но Роман Андреевич на него повелся. – Этот дом и твой тоже!

-Нет, Рома, не мой, - в глазах Мирославы заблестели слёзы. Не знаю, кто стал их причиной, но разговор точно свернул не туда. Это понял и Горецкий. Тяжело вздохнув, прикрыл на пару секунд глаза.

- Ты можешь просто ответить на мой вопрос? - много мягче, будто раскаиваясь за свой грубый тон, спросил Горецкий сестру. Мира долго думала отвечать или нет. Роман вел себя так, будто никуда не спешит. У мужика просто вагон терпения.

- Алиса согласилась заниматься с Кириллом вокалом, - заявила Мирослава, упрямо смотря на братца.

- Больше преподавателей в этом городе не было, - пробурчал себе под нос, но мы обе прекрасно его слышали.

- Ты сам сказал, выбрать лучшего преподавателя, я выбрала, - произнесла Мирослава таким тоном, что я бы не стала с ней спорить. В этой хрупкой девушке имелся железный стержень. Роман не стал спорить, но каждая частица воздуха в комнате наполнились разлитым им скептицизмом, который нам пришлось молча вдыхать.

Вслух спорить с ней Грецкий не стал, но и без слов его прекрасно было слышно. Мои щеки заалели, но не от смущения, а от злости. Что за пренебрежение ко мне? Роман взглядом требовал уволить «меня, а сестра отвечала: «И не подумаю».

– Я мог бы…

- Кириллу нравится Алиса, - перебила брата Мирослава. Что он там мог так остается только догадываться.

- Ну, если нравится… - сдаваясь, он смотрел на меня так, будто я ведьма, которая наложила проклятие на маленького Кирилла. – Мира, ты не будешь против, если я пообщаюсь с Алисой наедине?

- О чем? – тут же насторожились мы, но спросить осмелилась Мирослава.

- Ты познакомилась с ней только что, а не доверяешь мне? – вздернув брови, он удивленно смотрел на сестру. Концентрата скептицизма в воздухе стало в разы больше.

- С чего ты решил, что мы с Алисой познакомились недавно? – теперь вздернула брови Мирослава, и этот жест был так похож на жест брата, что я невольно улыбнулась. Хоть в чем-то они похожи.

- Ма-а-а-ма… - раздался встревоженный голос Кирилла.

- Разбудил, - бросив обвинением в Рому, Мира забыв обо всем, поспешила к сыну. Горецкий стойко принял обвинение, хотя было понятно, что мы все приложили руку к пробуждению малыша.

- Пройдем в кабинет, - предложил, а точнее приказал Роман Андреевич.

- А где ваша невеста? – следуя за ним, поинтересовалась я.

- Алия уехала домой, - холодно и почти равнодушно ответил он на мой вопрос. Я даже с шага сбилась. Как уехала? Почему? Поругались? – Заходи, - открыв дверь, первым прошел в комнату, заставленную книжными шкафами. Посередине стоял стол их красного дерева, но садиться за него Роман не стал. – Дверь закрой, - последовал мягкий приказ. Присев на край стола, рукой указал на небольшой диван в нише.

Если бы я так сильно не нуждалась в работе, не стала бы терпеть его барские замашки!

- О чём ты хотел поговорить? – специально не став переходить на «вы», прошла к дивану и удобно в нем расположилась.

Закинула ногу на ногу, но тут же опустила стопы на пол. Полы халата разъехались, открывая длину ног до самых бедер.

Своей внешности я не стеснялась, ноги, как ноги, кожа только бледная, солнце ее практически не берёт. Поправляя полы халата, замечаю, что Горецкий не сводит взгляда с моих ног.

Совесть есть вообще? Он про невесту не забыл? Или в семье Горецкий считается нормой иметь девушку, но при этом флиртовать и заигрывать со мной?

- Собеседнику нужно смотреть в лицо, - произношу достаточно громко, чтобы отвлечь Горецкого от спрятанных под халатом ног.

– Мужчина не может остаться равнодушным к женской красоте, - изрекает философски, продолжая рассматривать мое тело под халатом.

Кожа начинает гореть от его недвусмысленно внимания и это очень сильно отвлекает. Есть подозрение, что Горецкий это делает специально. Хочет смутить, чтобы я отсюда сама сбежала?

Нам обоим понятно, что его уступка была временной мерой, чтобы не ссориться с сестрой. А теперь он перешел в наступление? Отправил невесту домой, чтобы, не смущаясь, соблазнять «певичку»?

- Твоя красота сейчас на полпути домой, а эта красота… - указываю на себя. – Не для