Важность знаний - Хайдарали Мирзоевич Усманов

Каждый такой камень хранил отпечаток духа демонического змея. Не чистую энергию стихии, не природную силу земли или огня, а редчайший тип – силу, сформированную пожиранием аур, переработанную, очищенную и переплавленную в нечто новое. Опасное. Нестабильное. И оттого – невероятно ценное для тех, кто знал, что с этим делать.

Уже в который раз Максим постарался перелопатить обрывки чужих знаний. О том, что астральных червей уничтожали без разговоров. Об этом в данном мире знали буквально все. Даже простые дети. Так как такие существа были опасны буквально для всех. О том, что секты объявляли охоту на любые формы подобных существ. О том, что даже Великие школы предпочитали не рисковать и стирать такие логова с лица мира. Потому что сила, пожирающая ауру, ломает все возможные каноны. Так как она не вписывается ни в одну чистую систему сил Дао. Но именно поэтому находки из таких мест становились легендами.

Этот лабиринт, явно бывший логовом того самого змея, тянулось глубже, разветвляясь, закручиваясь, словно отражая путь его тела не менее чем за десяток тысяч лет существования. В некоторых залах потолок был испещрён следами ударов – местами камень был буквально отполирован гигантским телом. В других – наоборот, стены были исполосованы, будто змей в приступах ярости или боли рвал своими клыками саму породу.

И чем дальше, тем отчётливее Максим чувствовал, что это место не было мёртвым. Даже сейчас. Оно помнило. И эта память была именно о существе, которое жило здесь слишком долго. О силе, которую боялись. О демоне, рождённом из червя, пожирающего души. И если он решит забрать отсюда дары, казалось, что сами пещеры это заметят…

……….

Но ещё до похода в этот лабиринт, Максим решил перепроверить трофеи, которые за всё это время собрал на ближайшей к этому месту территории. Тут было всякое. Одежда, целая и не очень… Оружие, начиная с копий и мечей, заканчивая какими-то кинжалами… И даже полноценные доспехи, в виде кольчуг и чешуи, нашитой на кожу. Но больше всего в этой куче вещей сейчас его интересовали именно мешочки – хранилища. Так как в них могло храниться буквально всё. Хотя сейчас его в первую очередь интересовала еда. Но и от других находок он тоже не отказался бы.

Этот мешочек-хранилище поддался не сразу. Максим возился с ним почти целый вечер, сидя у слабого костра, то и дело возвращаясь к медитации, чтобы успокоить дыхание и выровнять течение силы в меридианах. Этот мешочек отличался от остальных – не столько внешне, сколько по ощущениям. Он не “молчал”, как простые хранилища, и не пульсировал агрессией, как более дорогие, и расшитые драгоценностями. Он словно наблюдал, терпеливо, без спешки, ожидая, когда к нему прикоснётся тот, кто способен понять.

Когда защита наконец ослабла, мешочек раскрылся почти беззвучно. Внутри обнаружилось немного предметов, но каждый из них был уложен аккуратно, с тем вниманием, которое выдают либо фанатичную педантичность, либо глубокое уважение к содержимому. Среди аккуратно сложенных свитков, маленьких шкатулок и узелков с порошками взгляд Максима сразу зацепился за книгу.

Не толстую – скорее, плотный трактат, переплетённый тёмной кожей, потёртой, но явно не дешёвой. Обложка была испещрена тонкой гравировкой, изображающей растения, кости, кристаллы и странные символы, похожие на упрощённые схемы меридианов. От книги исходило слабое, ровное ощущение силы – не опасное, не агрессивное, а скорее… осмысленное.

Когда он открыл её, память бывшего владельца тела словно ожила. Буквы были незнакомыми – и одновременно понятными. Рука сама знала, как следовать строкам, как различать оттенки значений, как улавливать намёки, скрытые между символами. Это был не художественный текст и не философия. Это был сборник практических знаний. описания ингредиентов… мест их произрастания… способы сбора… хранения… очистки и применения… Камни духа… Коренья, напитанные чуждой энергией… Останки существ, которые формально считались демонами, но по сути были лишь иными формами существования силы…

Отдельные главы были посвящены артефактам – не легендарным, а именно полевым. Амулетам… Клинкам… Инструментам, которые создавались не в великих кузницах, а руками тех, кто ходил по таким вот местам, как это ущелье и эти пещеры.

Эту книгу Максим читал медленно, перечитывая абзацы по несколько раз, привыкая к стилю и терминологии. В свободное от медитации время он даже пытался переписывать отдельные фрагменты на обрывках ткани и камнях, выводя символы неровной, но уже осмысленной рукой. Он чувствовал, как постепенно набивает руку, как язык перестаёт быть чужим.

Разбирая содержимое мешочка-хранилища дальше, Максим всё яснее понимал, что это был не просто случайный трофей и не имущество наёмника или воина, погибшего в ущелье. Слишком уж специфичным было его наполнение. Перед ним был мешочек ученика алхимика. Причём не лавочника и не шарлатана, а человека, прошедшего пусть и неполное, но системное обучение у настоящего мастера. Об этом говорило буквально всё. Внутри, помимо трактата, обнаружился целый набор небольших ящичков – одни из тёмного дерева с металлическими вставками, другие из камня, третьи вовсе напоминали прессованный панцирь какого-то существа. Каждый был снабжён простейшей, но продуманной защитой. Не боевой, а именно сохраняющей. Где-то удерживалась влага, где-то – наоборот, создавалась сухая среда, а в некоторых ощущалась слабая, но стабильная циркуляция энергии, не дающая содержимому “выдохнуться”.

Несколько шкатулок были откровенно хороши. Не роскошные, но крепкие, с вложенными печатями, которые не кричали о себе, а работали молча. Такие делают не для продажи, а для многолетнего использования в полевых условиях. Максим с удивлением отметил, что некоторые из них пережили не только сражение, но и воздействие ледяной воды ущелья, почти не потеряв своих свойств.

А потом он добрался до записей. Они были… рваными. Не в смысле повреждений, а по стилю. Обрывки мыслей, схемы, короткие пометки на полях, перечёркнутые строки, исправления, вставки сбоку другим почерком. Часть страниц была исписана аккуратно, почти каллиграфически, а часть – наспех, словно автор писал на колене, прячась от дождя, холода или даже чужих глаз. Но именно в этом и была их ценность. Там не было красивых описаний. Только практика.

“Корень чёрного звёздного лишайника выкапывать только после третьего цикла дыхания. Если сделать раньше – сила распадётся.”

“Кристаллы, найденные рядом с логовами астральных червей, не хранить в обычных мешках. Даже ослабленные, они пожирают ауру соседних ингредиентов.”

“Собирать мох с южной стороны камня. Северный – уже мёртв.”

Отдельные пометки сопровождались грубыми, но понятными