Лекарь из Пустоты. Книга 11 - Александр Майерс

А теперь он открыто устраивал боевые операции на чужой территории. Пусть даже с добрыми целями, пусть даже против Чёрной касты, которую Воронцов считал своим личным врагом.

Но человек, способный одним своим словом поднять гвардию итальянского герцога, договориться с сербской разведкой и предотвратить международный теракт — такой человек уже не просто подданный Российской империи.

Такой человек — сила. А сила, которую не контролируешь, рано или поздно оборачивается против тебя.

Полковник не боялся, что Серебров предаст Россию. Граф был предан империи, сомневаться в этом не приходилось. Проблема была в другом. Действуя в одиночку, он мог наломать дров там, где требовалась тонкость. Одна ошибка — и начнётся дипломатический скандал, а разгребать придётся Службе.

Воронцов вернулся к столу и нажал кнопку на селекторе.

— Слушаю, Юрий Михайлович, — отозвался голос помощника.

— Зайди. И вызови Кольцова из аналитического.

Через несколько минут в кабинет вошли двое. Воронцов не стал предлагать им сесть, разговор предстоял короткий.

— С сегодняшнего дня открываем отдельное досье на графа Сереброва, — произнёс он. — Полное наблюдение. Все передвижения, контакты, финансовые потоки, деловые контракты. Особое внимание — заграничным операциям. С кем встречается, кому звонит, куда переводит деньги. Мне нужна полная картина.

Кольцов кашлянул.

— Юрий Михайлович, позвольте уточнить. Мы разрабатываем его как угрозу?

Воронцов покачал головой.

— Нет. Мы разрабатываем его как фактор. Серебров нам не враг, но он стал слишком силён и независим. Я хочу знать о каждом его шаге раньше, чем он его сделает. Пока граф работает на пользу империи, мы ему не мешаем. Но если однажды его самодеятельность создаст угрозу стабильности — мы должны быть готовы вмешаться.

— Понял. Как прикажете, — поправив очки, кивнул аналитик.

— Работать аккуратно, — добавил Воронцов. — Так, чтобы граф ничего не заметил. У него достаточно связей и хорошее чутьё. Если он поймёт, что мы стали пристальнее за ним следить, доверие будет подорвано, а нам с ним ещё работать. Тихое наблюдение, никакого вмешательства без моего личного приказа.

— Будет сделано, — кивнул Кольцов.

— Свободны.

Когда закрылась дверь, Воронцов снова повернулся к окну. Огни города расплывались в вечерней дымке.

Пусть Серебров пока не догадывается, что за ним теперь присматривают. Так будет спокойнее для всех. В первую очередь — для самого графа.

Российская империя, город Новосибирск, усадьба Серебровых

Запахло свежей выпечкой. Я переступил порог, и запах ударил в нос ещё в прихожей. Чувство родного дома захлестнуло меня с головой, и на губах сама собой появилась улыбка.

Я так много работал и мотался то в Петербург, то на Урал, то в Европу — поэтому каждое мгновение в нашей усадьбе стало для меня особенно ценным. Всё, начиная от запахов и заканчивая смехом родных.

— Юра!

Света выскочила из гостиной первой, едва не сбив меня с ног.

— Наконец-то! Мы уже думали, ты навсегда решил остаться в Европе.

— Соскучилась? — я обнял сестру.

— Конечно! Мы в последнее время так редко видимся, — Светлана крепко прижалась ко мне.

Я поцеловал её в макушку.

— Согласен. Надо чаще встречаться. А где моя любимая племянница?

Тут же в коридоре появился Борис с Настей на руках. Малышка спала, и счастливый отец держал её с величайшей осторожностью, будто самое дорогое сокровище. Впрочем, для него, наверное, так оно и было.

Он подошёл ко мне и шёпотом произнес:

— Привет.

— Привет. Какая же у вас всё-таки красавица получилась, — я с улыбкой взглянул на Настю.

— Вся в свою маму, — усмехнулся Борис и поцеловал Свету в щёку.

Дмитрий и Татьяна встретили меня в гостиной. Дмитрий крепко, по-мужски обнял, Татьяна расцеловала в обе щеки и тут же принялась ощупывать, будто проверяя, в порядке ли я.

— Сынок, ты хорошо себя чувствуешь? Выглядишь так, будто три дня не спал.

— Много работы. Всё в порядке, — отмахнулся я.

— Не забывай отдыхать, пожалуйста!

— Именно за этим я и здесь. Как насчёт семейного ужина?

— Уже можем идти за стол, — Дмитрий жестом пригласил всех в столовую.

В этот момент раздался счастливый детский крик. Я повернулся и увидел Алексея, который сидел в люльке и широко улыбался мне беззубой улыбкой.

— Братишка! Неужели ты меня узнал? — я направился к нему.

Алёшка рассмеялся и потянул ко мне руки. Конечно, узнал.

Я подхватил брата. Мальчишка вцепился мне в воротник и потянул к себе с неожиданной силой.

— Богатырь растёт! — я осторожно высвободил воротник из цепких пальчиков.

Ужин накрыли в большой столовой. Только мы расселись, как в дверь позвонили — приехали Иван с Алисой. Курбатов шумно ввалился в столовую сгрёб меня в охапку и хлопнул по спине так, что рёбра затрещали.

— Юра! Живой, зараза! А мы уж хотели венок заказывать.

— Ваня, что ты такое говоришь! — одёрнула его Алиса, но сама улыбалась.

— Да шучу я, шучу… Слышал про заварушку в Италии. Чего меня не позвал? — шёпотом спросил Иван.

— Прости. Одного русского там было более чем достаточно. СБИ и так высказала мне претензии. Потом расскажу, — так же тихо ответил я и кивнул в сторону свободных стульев.

Молодожёны выглядели до неприличия довольными. Иван, кажется, успел немного располнеть — похоже, семейная жизнь пошла ему на пользу.

За столом стало тесно и шумно. Дмитрий разливал вино, Света что-то без умолку рассказывала Алисе про Настю. Борис вставлял слово-другое, но больше молчал, зорко следя, чтобы никто случайно не задел люльку с дочерью.

— Ну, рассказывай, — Иван подцепил вилкой кусок пирога. — Как там Италия?

— Жарковато было, — уклончиво ответил я.

Курбатов единственный понял, что я имел в виду. Все остальные подумали, что я про погоду.

— Давайте лучше про вас. Как медовый месяц? — я быстро перевёл тему.

Алиса покраснела, Иван приосанился и пустился в подробный рассказ про поездку на Байкал, где он, по его словам, поймал «вот такенную» рыбину. Алиса тут же уточнила, что рыбу поймал местный егерь, а Иван только держал удочку. Курбатов возмутился, и все засмеялись.

Вечер тянулся неспешно. Настя проснулась, покапризничала немного для приличия, но быстро развеселилась, когда Татьяна стала с ней играть. Алексей и то умотался быстрее племянницы и уснул на софе. Слуги принесли чай с вареньем, Дмитрий с Иваном затеяли спор о новых двигателях для магомобилей.