Антология фантастики и фэнтези-80. Компиляция. Книги 1-12 - Антон Витальевич Демченко

Я бы, наверное, даже мог поверить, что Дим просто не понял этой демонстрации, если бы мое собственное понимание разыгрываемой гостями пантомимы не было «наследием» памяти моего бывшего носителя. Вурм многому учил своего внука, и подчас преподаваемые ему науки напрочь выбивались из списка дисциплин, кои любой ходок должен освоить в совершенстве. Так было и с этикетом… муторная наука, особенно если учесть, что старик учил не просто правильно кланяться и держать вилку, но распознавать во всех этих расшаркиваниях и экивоках все вкладываемые в них смыслы. И учил на совесть, как делал все, за что брался. Посему я ни на миг не сомневаюсь, что посыл гостей до моего бывшего носителя дошел так же быстро, как и до меня. И реакция Дима совсем не порадовала. Точнее, ее отсутствие. По сути это значило, что он проглотил безмолвное «фи» новоприбывших… и отказался поддержать своего гостя. Меня то есть.

Впрочем, пусть это останется на совести самого барона и его высокого собрания. Молча слушать прожекты и планы этой компании мне уже просто осточертело. Тем более что, судя по некоторым репликам, делать что-то прямо сейчас они явно не собираются, и мне это совершенно не нравится. Ну точно, пошли обсуждения по второму кругу!

— Барон, вы уверены в этих сведениях? — Поджарый, словно гончая, глава стражи вперился в хозяина дома тяжелым взглядом.

— Абсолютно, — кивнул Дим.

— А не мог этот ваш воришка себя оболгать? — ровным, безэмоциональным тоном, напомнившим мне Рауша на допросе, спросил дознаватель. — Все же опрос с применением силы — вещь неоднозначная, а?

— Не мог, заверяю вас сударь Пилам, — мотнув головой, откликнулся барон и резко, неприятно усмехнулся. — Господа, может, хватит ходить вокруг да около? Я понимаю, вам трудно поверить, что в нашем молодом городе могла появиться подобная зараза, но уверяю, вор не лгал.

— И все же… — пряча руки в рукавах дзимарры, самым мирным тоном произнес священник. — Похищение людей — это очень серьезное обвинение, господин барон.

— Знаете, святой отец, если бы вор на допросе брал на себя вину за все кражи и грабежи, совершенные в Горном со дня его основания, я бы, пожалуй, согласился с мнением господина дознавателя. Но признание в похищении людей? Да Раушу пришлось бы превратить его в кусок окровавленного мяса, чтобы добиться ТАКОГО самооговора! Тем не менее, если желаете, можете наведаться в подземелья и взглянуть на пленника своими глазами. Он жив, почти здоров, если не считать пары синяков и одного перелома, и вполне адекватен.

— И будучи во вменяемом состоянии, он признался в якшании с порождениями Тьмы? — фыркнул глава стражи. — Бред!

— Вы невнимательно слушали, должно быть? — холодно бросил Дим. — Мы взяли этого вора, чтобы допросить его о судьбе одного-единственного человека, представляющего определенный интерес для моего гостя. И лишь в ходе самой беседы случайно — подчеркиваю, случайно — выяснилось, что банда этого идиота промышляет не только охотой на удачливых ходоков, но и торговлей людьми. А кто в нашей благословенной империи интересуется подобным товаром? Только темные. Разве я в чем-то не прав?

— Ваш гость определенно везучий человек, господин барон, — недовольно проворчал дознаватель, — только появился в Горном и сразу вляпался в такую кучу дерьма, какую до него в городе и не находил никто.

— Сударь Мид определенно везучий ходок, — согласился Дим, посмотрев в мою сторону аккурат в тот момент, когда я, добравшись до выхода из комнаты, коснулся ладонью дверной ручки. И весьма выразительный взгляд бывшего носителя все же вынудил меня притормозить. — И именно поэтому он пришел в город не с пустыми руками, а с солидной добычей, выручка за которую и послужила предметом интереса для моего пленника и его подельников. Сколько ты выручил за выход, Мид?

— Если считать плату за шкуры гумпов, до сих пор, кстати говоря, не отданную мне твоим мажордомом, получится тысяча восемьсот золотых… с хвостиком, — пожав плечами, ответил я.

Гости Дима переглянулись.

— Тьма! По-моему, я занимаюсь не тем делом, — ошеломленно протянул глава стражи под смешок Томвара.

Ну да, уж кто-кто, а молчаливый командор прекрасно знает, какими суммами оперируют ходоки. Не зря же он в свое время так активно расспрашивал Дима о быте вольных охотников на темных тварей.

— А я склоняюсь к мысли, что члены городского совета даром едят свой хлеб, — куда-то в сторону сообщил дознаватель. — Они же постоянно ноют об остсутствии денег, и это при том, что один только налог на добычу ходоков мог бы удвоить ежемесячные поступления в казну.

— Ходоки платят налог с чистого дохода, сударь Пилам. А он не так велик, как вам кажется, — произнес Дим, вступаясь за бывших коллег. — К вашему сведению, лишь один недельный выход в Пустоши при правильной подготовке обходится в добрую сотню золотых, и то если не считать стоимости соответствующей одежды, оружия и информации. Только расходники. К тому же далеко не каждый выход приносит настоящий доход. Кому-то не везет с искомыми травами или тварями, кто-то теряет в сражении с искаженными броню… так что не все так радужно. В случае Мида да, охота была удачной. Но, боюсь, если бы не наше с ним знакомство, доход от этого выхода у него был бы куда меньше. На тысячу сто двадцать золотых, если быть точным. Именно в эту сумму уважаемый Гилд оценил добытые и выделанные им шкуры гумпов, которые я согласился выкупить у сударя Мида по старой дружбе, так сказать.

— А-а… понимаю, — дознаватель кивнул. — До меня доходили слухи, что ваша милость крайне недоброжелательно относится к людям, промышляющим в его землях.

— Именно так, — согласился Дим. — И не вы один слышали что-то подобное. Но с Мидом нас связывает старое товарищество, к тому же он просто не знал, что охотится на моих землях. Именно поэтому я решил выкупить у него трофеи с Гумповой реки. Представьте, какова была радость подельников ныне сидящего в подземелье вора, когда осведомитель сообщил им, что ходок, притащивший в город целый мешок шкур бесхвостых выдр, не просто не лишился своей добычи, но вовсю гуляет в компании с бароном, который, вообще-то, и должен был эту самую добычу у него отобрать?

— Ну, по крайней мере, это объясняет поспешность их действий, — задумчиво произнес Томвар, пожалуй впервые с момента сбора этой компании решивший открыть рот.

— Вор так и сказал, — кивнул Дим. — Их компания решила, что уж своего друга-собутыльника я точно не стал бы записывать в браконьеры и,