Демон - Михаил Алексеевич Ланцов

— И мне тоже не стоит?

— Так ты и не спрашивала, — пожал плечами брат. — Мне казалось, что ты всегда рвешься в бой. Тебе просто нравиться это развлечение.

— Это верно, — усмехнулась Василиса. — Так куда мы идем?

— Как ты знаешь, Фридрих сейчас сражается в Ломбардии с непокорными городами, являющимися важной часть экономического фундамента, на котором стоит власть Папы. Поэтому — он должен их разбить и выбить из-под Святого Престола этот табурет. Для этого — с одной стороны тартары должны вторгнуться в Венгрию и продемонстрировать свою силу, дабы вокруг Императора сплотились даже его противники. С другой стороны — не позволить им по настоящему навредить Священной Римской Империи и опустошить ее.

— И как ты собираешься это сделать?

— После взятия Киева войска Батыя разделятся на пять корпусов. Самый малый, с приличной задержкой пойдет в Венгрию через русские ворота в Карпатах. И именно там будет находиться Батый во время начала вторжения. Остальные атакуют раньше и с юга. По крайней мере, в моем мире было именно так. Думаю, что тут Субэдэй, что продумывал ему стратегию, поступил аналогично. Тем более, кто-то должен присматривать за обозом награбленного, идущего с Киева и Чернигова…

— И ты хочешь его встретить и обезглавить армию тартар?

— Именно так. Пока сведения дойдут до остальных корпусов, они уже слегка порезвятся. А потом дело встанет, ибо передерутся. Им придется вернуться. Кроме того, у меня в руках окажется все, нажитое тяжелым трудом, что смогли отнять тартары в Киевском и Черниговском княжествах. Золото, серебро, меха, драгоценные камни… понятия не имею, что конкретно и сколько там взято, но вряд ли это бедный улов.

— Ну что же, хороший план, — кивнула Василиса. — Но мне не понятно одно, как Фридрих поймет, что вторжение тартар — просто военная хитрость? Письмо?

— Конечно. Я его уже написал и отправил через Мартина Шварца. Потом, после битвы, отправлю еще одно, заодно расписав твои подвиги. Он должен зацепиться за такую невестку, способную переломать хребты любым имперским князьям-избирателям.

— Погоди-ка, — удивленно произнесла Василиса. — Что ты имеешь в виду?

— Ты же хотела как-то попробовать свои силы в разведении бастардов. Судя по всему, перед тобой открываются горизонты…

— Ты что, издеваешься? Какое разведение бастардов?

— У Фридриха есть сын — Конрад. Он законный наследник. Есть еще Генрих и Фридрих, но они малыши, которые неизвестно — выживут ли. А вот Конраду уже двенадцать лет и он вполне здоровый на вид. Еще пару лет подождать и можно под венец. Да, попахивает педофилией, но в эти времена подобный возраст — норма для вступления в брак и рождения детей.

— Ты что, хочешь выдать меня замуж? — С каким-то диким недоумением на лице, спросила Василиса, явно не желавшая услышать слова брата.

— Именно так.

— Ты охренел?!

— Священная Римская Империя — это самое могущественное на данный момент государство в Европе и далеко не последнее в мире. Ты разве не хочешь принести дому Эрдо в руки такое ценное приобретение? Или ты думаешь, что не сможешь себе подчинить этого юнца, да так, чтобы он тебе в рот заглядывал и только и мечтал — услышать твою волю?

— Скотина ты, — фыркнула сестра. — Может этот Конрад уродец?

— Ой, нашла проблему. Вылечим. При большом скоплении людей во время свадьбы. И назовем моим благословением.

— А ты уверен, что Фридрих действительно это задумал?

— А что еще? На кой ты ему была бы в другом плане интересна? Мартин Шварц прямо таки землю роет, расспрашивая про тебя и вероятные брачные союзы. Мало ли, ты уже кому обещана. Такая эффектная женщина как ты очень помогла бы Конраду править и держать в руках крупных феодалов Священной Римской Империи. Да и союз со мной Фридриху пригодиться.

— Хорошо. Допустим. — Чуть нервно произнесла Василиса. — Но зачем нам нужна Священная Римская Империя?

— Помнишь, я говорил о потенциале занятой территории для научно-технического и промышленного скачка? Так вот. Славянские земли мне ближе, но они довольно слабы. Если установить свой контроль над ними, а также над Священной Римской Империи потенциал и могущество такого фактического владения станет вполне приличным. Людей больше, земли больше, ресурсов больше. Поэтому мы банально сможем освободиться быстрее из этой клетки. Я еще Швецию постараюсь завоевать с Данией и Норвегией. Так что центр, восток и север Европы окажется у нас в руках. А местами и юг. Ведь Фридрих вполне может суметь разгромить Ломбардцев…

— Даже и не знаю, — покачала головой Василиса. — Столько столетий живу, еще ни разу женой не была. Не поверишь — даже не рожала ни разу.

— Тебе страшно?

— Да… — чуть потянув время, ответила сестра. — Я знаю, что со мной никаких проблем случиться не может. Но все равно… внутри легкий трепет.

— Я тебя понимаю. Но — это хороший шанс успеть сделать все дела быстро и свалить из этого проклятого мира. Признаться, сидеть здесь мне не очень нравиться.

— Только рожать детей, не тебе придется. Одно дело обрюхатить прорву баб, а другое — оказаться на их месте. Не забывай — у нас несколько разные позиции…

— Смотри сама, — после минутной паузы произнес Максим. — Если решишься, то просто просидим тут на столетие меньше. Но я не хочу на тебя в этом вопросе давить.

— Да ты уже это делаешь! Шантажист! — Наиграно возмутилась Василиса.

— Никак нет! Ты и сама хотела обзавестись бастардами, пока мама с дедом не стоят над душой. А я просто помогаю осуществить твое желание, — произнес, подмигнув ей брат.

— Я же говорю — шантажист. Ладно. Что мне нужно делать?

— Как что? Мартин Шварц регулярно обращается к нам за разъяснениями по тому или иному вопросу. Вот и расспроси его при случае о Конраде, дескать — любопытно тебе как такой юный мужчина справляется с замещением своего отца. Намекнем Фридриху, что его интерес замечен.

— Перемигивание? — Усмехнулась сестра.

— Своего рода.

— И что потом? Он пришлет сватов?

— Только после моего венчания на царство или коронации… я ума не приложу, что там патриарх выдумает. В этой истории, полагаю, могут возникнуть и православные короли из опасения обидеть Императоров приравнивания к ним какого-то барона.

— В смысле?

— Царь — это русская форма 'цезарь', которым именуются и в Византии, и в Священной Римской Империи. Фактически — один из высших титулов. Конечно, там знатная путаница, но ассоциация очень устойчивая между словом цезарь и Император вне зависимости от формы. Будь то византийский Басилевс или германский Imperator. В