Примирение - Альбе Альбертова

— Я не странная, а нормальная эльфийка, — возмущенно заявила я, пытаясь прийти в себя от подобного натиска.

— Вы злобная эльфа? — удивилась она еще больше, ее глаза стали совсем черными, рот приоткрылся.

Отойдя на шаг и рассматривая меня внимательнее, увиденное ее явно не порадовало. Почему-то на Ирику она вообще не обратила никакого внимания, хотя та стояла рядом и улыбалась, как будто здесь только одна я. Непонятно.

— Да — да, я злобная и страшная эльфа, — я протянула к ней руки, словно пытаясь поймать. — Сейчас я тебя схвачу и съем.

Та сделала еще шаг назад и отрицательно покачала головой:

— Не похожи, они вот такие... - ребенок широко распахнул руки, обрисовывая круг. — У них большие уши, черные зубы и вот такие клыки, — показанным клыкам от всей души позавидовали бы тигры и волки.

— Я правда эльф, — возмутилась я, уже обидевшись.

Ребенок тяжело вздохнул, отвернулся и пошел к дому. Через мгновение из-за кустов раздался ее обиженный голос говорящий:

— Мама, тут такая странная орка, вот...

Ирика рассмеялась, орки тоже улыбались. Нашли бесплатное представление за мой счет. Затем подруга дружески хлопнула меня по плечу:

— Не расстраивайся. В следующий раз придумаешь что-нибудь получше, по реалистичнее, а то тебе даже дети не верят. "Злобная и страшная" эльфа, — она улыбнулась.

— Ничего не подумаешь, я ее завтра напугаю...

— Потом придет ее мама и сделает из тебя вечное пугало, — согласилась она, продолжая улыбаться. — На меня можешь не рассчитывать.

Я промолчала. Что на это можно ответить? Мало ли какая у нее мама?

— Точно сделает, — добавил один из орков. — Она раньше тоже в отряде была.

Мы подошли к Совету, орки стояли полукругом и приветствовали нас. Один из них чересчур пристально рассматривал Ирику, затем тяжело вздохнул. Внешне он был очень похож на Нывура, приглядевшись к бусинкам, я поняла, что не ошиблась — это его отец.

Молчание затянулось, никто не решался нарушить его первым, вернее меня крепко — накрепко держала за руку подруга. Ирика слегка изменив цвет на фиолетовый, спокойно смотрела на Совет, чувствовалось, что ей не ловко, но она не отступит. Я решила высказаться и попытаться разрядить обстановку, но для начала вырвала руку из легкой железной хватки подруги, а то мало ли что. Удалось это с трудом, судя по ощущениям, выхватила я только кость, ну да ладно, как нибудь. Отойдя на полшага, вроде как с ней, но в тоже время сама по себе, сказала:

— Да, она скоро войдет в ваш дом. Правда замечательно?

Судя по лицу орка он так не думал, но промолчал. Нет, так дело не пойдет:

— Я буду подружкой на свадьбе. Представляете все это в лентах и цветах. А так же большой эльфийский оркестр...

Передо мной мигом оказался молодой орк с ятаганом. Наши сопровождающие напряглись, в руках оказалось оружие, только свалки здесь на хватало:

— Хорошо, будет сводный эльфо — оркский оркестр, — согласилась я, как можно миролюбивее.

Ятаган оказался на уровни груди, этого я не могла оставить так:

— Что же ты сразу не сказал, я согласна на прогулку средь деревьев, — моя попытка кинуться орку на шею закончилась провалом. — Мужчины всегда так, сначала лезут лапаться, а как жениться их сразу нет.

Он отступил назад.

— Надеюсь, ты никогда не войдешь в мой дом, — вдруг сказал отец Нывура.

— Это предложение? — не поверила я и не зря.

Орк промолчал, но глаза опасно сузились, тут вперед выступила Ирика:

— не обращайте на нее внимания, ее прислали специально, чтобы свой Совет не повесил. Они уже пару раз пытались...

— Вот и не пытались, — не согласилась я.

— Лире, помолчи. Мы не будем уточнять ничего — хорошо?

— Ладно, — я отвернулась. — Можно прогуляться? — вежливо спросила я.

— Пока не надо, — мне улыбнулась пожилая орка. — Не все из нас отличаются завидным терпением и могут не так отреагировать...

— Да у нас тоже не все были рады, но как только высказали мысль, что может быть Правительница получит Лиственную Корону с идей союза смирились почти все, — сказала Ирика.

— Особенно если орки у нас не появятся, — добавила я.

— И Лире на ближайшие пару сотен лет останется здесь, — с милой улыбкой сказала подруга.

Я обиженно на нее посмотрела.

— Это вряд ли, — не согласилась орка. — Мы не будем мешать Лире увидеть родные Леса.

— Не переживайте. Для меня весь Лес родной.

— Это мы обсудим потом, — дипломатично увела разговор орка. — Что-нибудь еще?

— Нет, спасибо, — поблагодарила Ирика.

Я была с ней не согласна:

— А у меня будет пара просьб. Дело в том что Правительница обещала жилье. Вы знаете?

— Да, — согласилась орка.

— Хорошо. Значит вы уже все согласовали? В общем если это возможно мне хотелось бы получить просторное дерево, с большой лужайкой, водоемом и садиком. А так же при возможности чтобы это было где-то в центре и не очень близко к остальным, я плохо переношу постоянный шум, спасибо!

Орков из Совета перекосило. Те что пришли с нами тихо посмеивались, но в слух никто не выражал свои мысли. Затем та же милая орка с полуулыбкой разочаровала меня:

— К сожалению мы не сможем предоставить вам Дом Совета, а больше ничего подобного у нас нет. Но мы подберем максимально удобный вариант. К сожалению только завтра, а сейчас вам придется заночевать на улице.

— На счет сегодня не волнуйтесь, я переночую у Нывура, он нас пригласил, но спасибо за беспокойство.

Орка из совета аж передернуло от предстоящей радостной перспективы, чувствовалось, что он с трудом сдерживает себя. Остальные орки беспокойно взглянули на него, но никто не сделал попытки за нас вступиться, жаль, зато какое поле деятельности впереди. Все промолчали и мы, вежливо попрощавшись, под ручку с Ирикой отправились за Нывуром. Нам предоставили дорогу, перед нами все расступались, это было просто замечательно и, хотя Ирика приветливо всем улыбалась, но, судя по объятию, она стремилась сломать мне руку, причем сразу в нескольких местах. Надо будет с ней об этом поговорить, подобные дурные привычки появляются легко, а избавиться от них потом трудно. Пару раз, повернув, мы, остановились у большого раскидистого старого дерева.

— Прошу, будьте моими гостями. Лире, пожалуйста, веди себя прилично, отец был категорично против объединения, — попросил Нывур. — Он ко мне привязан, но старое ломается с трудом, не стоит его провоцировать.

— Это заметно. Хорошо, — пообещала я, тяжело вздохнув.

Эмоции ушли, осталось слабость и усталость. Дом действительно