Сталкер - Кира Сорока

Мах, волна, прыжок, поворот... мах, волна, прыжок... Внезапно моя нога врезается в матрас у стены, я падаю и приземляюсь на постель сводного. Уф...

Нос зарывается в одеяло, которое буквально пропиталось его запахом. Невольно вдыхаю поглубже. «Четыре дня», — снова звучат в голове слова Макса.

Но нет, уже три осталось. Потому что этот день неумолимо катится к ночи.

Я танцую в наушниках, чтобы не разбудить Марину Захаровну. Очень надеюсь, что моего падения она тоже не слышала.

Тяжело дыша, лежу на его матрасе. В ушах звучит Monster in the Machine, и я тихо подпеваю треку. Взгляд падает на сумку Макса.

Он вообще вернётся? Хотя бы вещи забрать...

Трек меняется, начинает звучать Мияги. Я встаю с матраса. Закутавшись в одеяло, выхожу на балкон. Сажусь на коврик на полу и смотрю на небо. Сегодня теплее, чем вчера. И снега нет. Небо такое звёздное...

Листаю плейлист на телефоне, когда надо мной вдруг нависает тень. Резко поднимаю голову, выдёргивая наушники.

Макс.

— Привет, — говорит он еле слышно и садится рядом.

Протягивает мне какой-то пакетик.

— В качестве извинения, — произносит довольно небрежно. — Хорошо?

Похоже, извиняться Максим совсем не умеет.

Верчу в руках пакет, который оказывается упаковкой желейных мишек.

— Ладно. Извинение принимается.

Раскрываю пакетик и с наслаждением закидываю горстку мишек в рот. Макс садится ближе. Тоже зацепляет горсть мармелада из пакета. Мы синхронно поднимаем глаза на небо.

Тихо тут. Умиротворённо...

Максим глубоко вдыхает морозный воздух и выдыхает клубы пара. Тянет одеяло на себя.

— Эй... — пытаюсь отвоевать его обратно.

— Я же вижу, что это моё одеяло. Не жадничай.

Ла-а-дно.

Максим в одной футболке и джинсах. Без одеяла быстро замёрзнет. Впрочем, как и я.

Он теснее прижимается ко мне. Наши локти и плечи соприкасаются. Странные разряды проносятся по телу.

— Слушай, ты меня тоже извини... — выдыхаю я, покосившись на Максима. — Наверное, мне не стоило так взрываться из-за клуба. Просто... — вздыхаю. — Мне хотелось остаться... Но по сути ничего смертельного не произошло.

Макс снова тянется за мишками. Закидывает в рот целую горсть.

— Не хочу об этом говорить. У нас перемирие, Полина.

— А я не хочу, чтобы из-за ссоры со мной ты динамил бабушку.

Он усмехается.

— Так значит, дело в бабушке?

— Ну конечно.

А что ещё я должна ему сказать? Что переживала за него?

Да ни за что!

Из лежащих рядом наушников все ещё слышна музыка.

— Что слушаешь? — Макс вставляет один себе в ухо. — Ооо...

Беру другой и тут же краснею до кончиков ушей. Потому что там звучит песня, которую он вечно включает в своей машине.

— Просто случайно скачала, — говорю, не глядя на парня.

— Дай-ка свой телефон!

Выхватив из моей руки смартфон, пролистывает плейлист.

— Многовато у тебя случайно скачанных песен... — самодовольно скалится он. — Но одной точно не хватает.

Вижу, как Максим печатает что-то в браузере и быстро скачивает новый трек. Врубает. Вроде тоже Мияги. Мне сложно сразу разобрать слова у этого исполнителя, однако тембр узнаваемый, и он всегда притягивает. А когда начинается следующий куплет, всё становится понятно.

Макс негромко подпевает, устремив взгляд в небо:

— Сердце забрала

На небо, лупили звёзды, уплетая мармелад.

С тобою дышу свободой, без тебя я в кандалах...

Прыскаю от смеха.

— Что? Лупили звёзды, уплетая мармелад? Я не ослышалась?

— Тсс, дай песню послушать.

Он прижимает палец к моему рту, и его взгляд моментально меняется. От игривости ничего не остаётся. Между нами сейчас совсем другие эмоции.

Макс медленно скользит подушечкой пальца по моей губе и жадно следит глазами за этим движением. А я замираю в каком-то ступоре...

Ничего подобного со мной никогда не было. Почему я не могу его оттолкнуть?

Встрепенувшись, подскакиваю.

— Всё. Уже поздно.

Пытаюсь забрать своих мишек. Макс держит пакет с мармеладом в одной руке, а второй обхватывает мою талию, не давая сбежать. Рывком усаживает к себе на колени. Подтыкает под нас одеяло со всех сторон. Теперь я будто в мягком коконе.

Надо бежать!

Максим зарывается носом в мои волосы и снова подпевает:

— Всё, что я копил с добром, отдаю тебе.

О, мой мир, мы ведь стали ближе.

Поднимаюсь выше...

Мне нравится эта песня. Видимо, буду крутить её на репите.

— Ну не убегай... — каким-то больным голосом шепчет Макс.

И я остаюсь. «Всего на минуточку», — убеждаю себя.

Максим отдаёт мне мишек, а сам обхватывает руками крест-накрест и прижимает к своей твёрдой груди. Меня накрывает ощущение, что он никогда меня не отпустит.

Пытаюсь расслабиться, до конца не осознавая, зачем вообще это делаю. Не хочу снова ругаться? Может быть...

Отложив упаковку мармелада и телефон, прячу руки под одеяло и смотрю на небо.

— Большая медведица, — указываю подбородком на созвездие.

— Угу, — выдыхает Макс в мои волосы.

— И малая.

— Да...

Его грудь размеренно двигается подо мной. Максим проводит рукой по моей шее, немного убирая волосы. Утыкается носом в часто бьющуюся венку на ней.

— Ты приятно пахнешь, принцесса.

— Я танцевала, — смущённо говорю я, вспомнив про запах пота.

— Здесь? В моей комнате? Ммм... Жалко, что я пропустил.

Трек уже сменился дважды. Ещё одна песня Мияги, потом Хчё, а теперь звучит Red Hot Chili Peppers.

— У тебя довольно странные предпочтения, — хмыкает Максим.

— Я меломан, — мой голос звучит обиженно.

— Мы лучше не будем с тобой говорить. Кажется, без слов мы понимаем друг друга лучше.

Я немного поворачиваю голову, чтобы заглянуть в глаза сводного. Возможно, увидев его лицо, получится стряхнуть этот дурман, в который я угодила, как в капкан.

Глаза Максима из серо-голубых превратились в чёрные, зрачок почти полностью поглотил радужку. А на его губах нет обычной самодовольной улыбки.

Пока я смотрю на него, Максим проводит рукой по моему предплечью, потом по плечу и шее. Положив ладонь на щёку и не позволяя отвернуться, молниеносно ловит мои губы своими.

Я... я... Я не сопротивляюсь почему-то. И Максим, почувствовав мою расслабленность, начинает медленно углублять поцелуй, словно поедая мой рот.

Господи... Кажется, его губы везде. И на губах, и в центре груди. А ещё внизу живота, где оживают давно уснувшие бабочки.

Макс быстро распаляется, поцелуй становится настойчивым. Он словно пытается вовлечь меня в какой-то танец, который я давно не танцевала. Моё сердце стучит как ненормальное. Или это его?

Надо бежать! Но вместо этого я поворачиваюсь к Максиму ещё больше. Скольжу рукой по шее, провожу пальцами по короткому ёжику