О грибах, рыбалке, охоте и братьях наших меньших - Игорь Чупров

его в качестве изолятора. И тут вместо листочка я увидел полянку отличных боровиков. Забыв про кабель, я заорал во всю глотку: «Грибы… Грибы!!!» На мой рев примчались отцы-командиры, тут же все грибы собрали и объявили мне благодарность. Получилось, что за невыполненный мной приказ, так как кабели я так и не соединил.

Совсем недавно я узнал, что грибы, в том числе и белые, растут не только в лесах Западной Украины, но и в Крыму, Сочи. Про сбор боровиков в Крыму рассказали нам соседи по купе в поезде Симферополь – Витебск, бывшие сотрудники службы безопасности М. Горбачева в бытность его генсеком. Они охраняли его резиденцию на Форосе от нападения с моря, а после развала СССР осели в Крыму. Сегодня одним из источников существования бывших охранников нашего генсека является рыбная ловля и сбор грибов, которых, по их словам, для тех, кто знает, где искать, в Крыму изобилие.

О сборе боровиков в районе Красной Поляны до начала строительства там Олимпийского стадиона рассказала жительница Сочи – бывшая наша одноклассница. При встрече с ней в Сочи она сказала, что скучает по Нарьян-Мару, но не по грибам, которых ей и тут, в паре километров от дачи, осенью хватает.

В военные и послевоенные годы грибы в Нарьян-Маре собирали, чтобы сделать из них заготовки на зиму. В конце пятидесятых годов жить стало легче, свободного от забот о пропитании времени стало больше, и многие, наша семья в том числе, стали собирать грибы не только ради заготовок на зиму, но и для удовольствия. Тем более что у многих появились механизированные средства передвижения: велосипеды, мотоциклы и моторные лодки, на которых хотелось поехать не только на рыбалку и охоту, но и по грибы, по ягоды.

Народу в лесу и тундре стало больше, соответственно, грибов попадаться стало меньше. Пешочком до настоящих грибов добираться стало затруднительно. Поэтому мы с женой Ниной, приехав в отпуск в Нарьян-Мар в 1969 году и отравившись в тундру прогуляться пешком, впервые вернулись домой с грибами, которые наша родня обругала поганками. А были это симпатичные темно-коричневые без единого червяка маслята, которые в других регионах СССР ценились на уровне боровиков.

Я к тому времени, прожив шесть лет в Литве и прочитав не одну книжку про грибы, уже достаточно хорошо разбирался в них. Знал, как отличить белый гриб от его разновидностей: польского гриба, шил-боровика, широко распространенного в Литве и Западной Беларуси, и ложного боровика. Знал, что белые грибы, растущие на мхах, преимущественно в сосновых лесах, называют боровиками, а более крупных размеров, растущие в ельниках и в траве, называют травяниками.

Первыми из боровиков в начале сезона вылезают из земли обычно ложные боровики и становятся добычей неопытных грибников. К счастью, они не ядовиты, а всего лишь горькие. В чем легко убедиться, лизнув нижнюю бледно-розового цвета поверхность шляпки. Шил-боровиком в Литве называют одну из разновидностей моховиков, похожих внешне и по вкусовым качествам на боровики. Кроме них в Литве и Беларуси в изобилии растут желтые моховики, у которых шляпка и корень желтые. Также можно найти зеленые моховики, которые значительно уступают по вкусовым качествам не только шил-боровикам, но и желтым моховикам.

Наиболее заядлые грибники в Литве и Беларуси открывают сезон по сбору грибов в апреле, когда на солнечных пригорках в сосновых лесах выскакивают на Божий свет симпатичные на вид сморчки и строчки. И появляется у любителей, истосковавшихся за зиму по свежим грибам, возможность вдохнуть их запах. К сожалению, это, пожалуй, единственные достоинства сморчков и строчков, так как их шляпки похожи на целлулоидные игрушки, полые внутри. Чтобы не отравиться, их желательно выварить в двух-трех водах. После чего в кастрюле остается что-то похожее на куски оболочки детского резинового мяча, разжевывать которые мне большого удовольствия не доставляет.

Следующими в июле во время моего проживания в Каунасе появлялись грибы-колосовики, в основном подберезовики. Появляются они, когда колосится рожь, поэтому и называются колосовиками. Затем летние маслята и лисички. Летние маслята менее качественные, чем осенние. Они более водянистые и часто червивые. К моменту появления лисичек в курортные городки Литвы – Бирштонас, Друскининкай и на хутора Зарасайского края – приезжали большие любители их – евреи из Москвы и Ленинграда. На мой вопрос, почему они любят лисички, один местный еврей ответил, потому что в них не бывает червей, при этом они не ядовиты и достаточно вкусны. «Мои братья-евреи, – продолжил он, – больше любят грибы принимать в пищу, купив их на базаре, чем собирать их в лесу». На базаре каждый гриб на наличие червей проверить затруднительно. Поэтому они предпочитают покупать для приема в пищу заведомо нечервивые лисички.

Вероятно, по той же причине коммерсанты из Польши летом скупают у жителей Литвы и Беларуси лисички, хотя и не только их.

О приближении разгара грибного сезона в Литве мне сообщали своим появлением ложные боровики и калпокасы (колпаки). Многие считают колпаки вкусными грибами, но я старался обходить их стороной, так как они напоминали мне растущие на навозе шампиньоны, да и вкус у них какой-то странноватый, для меня не очень грибной.

С появлением ложных боровиков в окрестностях Каунаса любители грибов начинали смотреть на небо, когда появится растущая луна, чтобы через недельку отправиться на авто за настоящими грибами на юго-запад Литвы – в самые грибные ее районы. У каждого грибника со стажем там были свои заповедные места. У нашей семьи они были в сосняках, тянущихся вдоль границы Литвы с Белоруссией в районе упомянутого выше курортного Друскининкая. Чтобы добраться до места сбора грибов, нам предстояло преодолеть расстояние около ста пятидесяти километров, поэтому выезжали обычно в пять часов утра. Ехали по дороге на Друскининкай. Не доехав до него, перед деревней Грутас сворачивали налево и направлялись по лесной дороге в обширный массив редколесья из старых сосен и елей. Здесь и находились наши места сбора боровиков, подосиновиков и шил-боровиков. Если изобилия грибов там не обнаруживали, то продолжали движение по одной из лесных дорог в сторону Белоруссии, до пересечения с гравийной дорогой, идущей вдоль границы. Далее по этой дороге двигались в восточном направлении до более молодых, рукотворной посадки массивов соснового леса. Возраст этого леса был лет пятьдесят, он был достаточно густой, но разделен на квадраты противопожарными просеками шириной около десяти метров, заросшими молодым березняком. Вот эти просеки и были местом произрастания белых и польских грибов, а также подосиновиков.

Если в результате поездки мы убеждались, что грибы уже пошли, то шли в профком родного НИИ, чтобы взять