Сын помещика - 10 - Никита Васильевич Семин

— Тридцать доставок, — сделал я нехитрый подсчет. — А дальше начнет приносить прибыль своему владельцу за счет сохранения товара от боя.

Конечно ячейки — не панацея, и в них тоже может яйцо разбиться, но шанс на это снижается в разы, по сравнению с деревянным ящиком. И еще один момент — в ящике яйца обкладывают овсом или сеном для сохранности, тем самым снижая объем доступного пространства. Ячейки же позволяют перевозить товар более компактно и за раз перевезти больше.

— То есть и продавать их лучше крупным производителям — тем помещикам или купцам, которые птицефабрики держат или их аналоги.

Тоже дописал эту мысль. У таких людей и деньги на покупку ячеек найдутся. Вот теперь уже все не так грустно выглядит, как поначалу казалось и перспективы использования ячеек из картона видны будут не только мне.

В самом конце «масштабировал» все, чтобы цифры внушительнее выглядели. Сколько таких ячеек помещается в ту же телегу, и сколько для сравнения на нее можно сложить деревянных ящиков, какое количество яиц сохраняется (тут подписал все же два процента на случайный бой). Какова в итоге выгода от применения ячеек для их покупателя, и сколько получит поставщик тары (то есть потенциальная выгода самого Ивана Ивановича). Получалось не мало, суммы выходили трехзначные с одной телеги и не в копейках. И все же жадничать я не стал, решив попросить с Небесчетного сто пятьдесят рублей себе за подачу идеи. Даже место для торга оставил, решив при нужде скинуть до ста двадцати.

Пока делал черновик бизнес-плана, подошло время обеда. Ехать голодным к купцу я не решился. Еще помню, как вот также отправлялся в гости на голодный желудок, а потом терпеть до вечера приходилось, так как поесть в гостях не предложили.

Но через час я наконец выдвинулся на встречу с купцом. Будем надеяться, что все сложится удачно.

* * *

Дом купца Небесчетного

Иван Иванович пил сбитень. Правильно сваренный, по старому рецепту — такой очень хорошо и согревал и голову прочищал. А голова ему сейчас будет нужна. Вчера вечером его жене весть пришла от госпожи Зубовой, что ее племянник хочет с ним встретиться. По какому вопросу — то не сообщалось, и купец лишь терялся в догадках. О Романе он уже был наслышан, но так… мельком. О его дуэли несколько дней судачили во всем городе. Иван Иванович тогда мысленно лишь плечами пожимал — очередной дворянин, который не знает, как свою удаль показать. Без царя в голове — сам сгинет и иных за собой потащит. Но вот когда он же целого князя под арест отправил, это уже заставило купца гораздо внимательнее отнестись к юноше. Да и то, что после дуэли никаких последствий для Винокурова не было — тоже показатель. Понятно, что его тетушка подсуетилась, но все равно — показывает и уровень связей самой Зубовой, и ее отношение к племяннику. Потому послушать, что сей отрок хочет ему сказать, Иван Иванович был не прочь.

— Господин, прибыл Роман Винокуров, — сообщил купцу слуга.

— Проводи его в гостевой зал, — махнул купец рукой и с неохотой отставил недопитый сбитень.

Затем поднялся и выглянул в окно. Оно как раз выходило на главную улицу, куда подъезжали гости. И тут купец удивился — уж больно хорошо выглядела карета, на которой прибыл юноша.

«Не иначе, денежки у Софьи Александровны завелись» — покачал он головой.

Огладив бороду перед зеркалом и смахнув с нее капли сбитня, он пошел знакомиться с гостем. Конечно не очень вежливо встречать его не на пороге, а заставлять ждать в зале, но купец считал, что не того полета птица этот молодой юноша, чтобы ему излишнее вежество выказывать.

Когда Иван Иванович зашел в гостиную, Роман Винокуров сидел в кресле с какой-то тетрадью в руках и задумчиво смотрел на стол, на который слуги поставили поднос с чаем и печеньем. Но при этом не притронулся к угощению, словно и не заметил его.

— Кхм, кхм, — прокашлялся купец, привлекая внимание гостя. Тот обернулся и встал. — Прошу прощения, что задержался. Рад вас видеть в моем доме.

— Роман Сергеевич Винокуров, — как положено отрекомендовался юноша. — И я рад нашему знакомству.

На лице у него Небесчетный не заметил ни подобострастия, что нормально для дворянина средней руки, ни высокомерия, что обычно характерно для аристократов, особенно юных. Последнее купца порадовало.

Первые минуты оба присматривались друг к другу, не спеша переходить к сути. Обсуждали погоду, парень поделился, что хочет посмотреть на новую постановку в театре своей тети, Иван Иванович с сожалением заметил, что ни в театр попасть не сможет, ни на кулинарном турнире не был — здоровье подводит. Не то чтобы у купца действительно все было так плохо, но и годков ему уже не мало — пять десятков разменял уже, не мальчик чай, потому и принимает общество его отговорки. А самому купцу просто не хотелось на это время тратить. Больше по душе было за газетой в кабинете посидеть, или рядом с печкой книгу почитать. И с внуками понянчиться он тоже любил. Это всяко лучше, чем на всякие пышные приемы ходить, до которых его супруга охоча, а Иван Иванович на них только по необходимости теперь выбирается.

Но светская часть вскоре закончилась, и юноша перешел к причине своей просьбы о визите.

— У меня есть для вас, Иван Иванович, деловое предложение.

— Вот как? — удивился купец. — Внимательно слушаю.

— Как вы относитесь к открытию нового дела?

Тут Небесчетный решил, что понял замысел юноши и еле сдержал ухмылку.

— Положительно, если оно принесет доход.

— Принесет, — уверенно заявил Винокуров. — Но не сразу. Вам ли не знать, что чем масштабнее дело, тем больше надо вложить.

— И ты мне предлагаешь вложиться в твою задумку? — не удержался купец. — А прибыль как? Пополам?

— Нет, — удивил Иван Ивановича юноша. — Я хочу вам продать идею. Вся прибыль от нее — ваша.

Тут купец не выдержал и расхохотался. В голос, аж до слез.

— Давно я таких наглецов не видел, — протянул он спустя несколько минут, утирая лицо. — Прожектерством решил заняться, Роман Сергеевич?

Юноша на его смех никак не отреагировал. Не вспыхнул от злости или негодования,