Краткая история старообрядчества - Кирилл Яковлевич Кожурин

Еще в 1682 году специально для борьбы с «расколом» на Русском Севере была создана Холмогорская и Важская епархия, причем одним из первых шагов новоиспеченной епархии стала попытка упразднения почитания преподобного Евфимия Архангелогородского — небесного покровителя Архангельска и его жителей. На соборе 1683 года преподобный Евфимий был из святых извергнут — как сказано в постановлении, за большую бороду и двуперстие. Однако старообрядцами он и в последующие годы неизменно почитался.

В 1683 году начались волнения среди стрельцов-старообрядцев Архангельского гарнизона. Лишь после того, как были схвачены и отправлены в Холмогоры проповедники старой веры, волнения прекратились. После гонений, начатых в правление царевны Софьи, многие русские люди бежали на Север, и большинство старообрядческих скитов вокруг Архангельска возникло именно в этот период. По количеству скитов Архангельский уезд превосходил все другие уезды губернии. О внутренней жизни и историческом значении Выговского поморского общежительства, а также первых федосеевских обителей в Польше было уже сказано достаточно много. Познакомимся теперь подробнее с жизнью этих и других духовных центров старообрядчества как в России, так и за ее рубежами.

Выговское поморское общежительство

Знаменитое Выговское поморское общежительство (киновия), основанное в Заонежье в 1694 году Андреем Денисовым (князем Мышецким) (1674–1730) и Даниилом Викулиным (1653–1733), оказало огромное влияние на культуру и быт крестьян Русского Севера, став, подобно большинству древнерусских монастырей, центром книжности. Уже через несколько лет Выговская пустынь превратилась в обширное поселение — Данилов, где жило более 2 тысяч человек. Здесь было создано крупное многоотраслевое хозяйство, включавшее в себя земледелие, скотоводство, охоту, морские рыбные и звериные промыслы. В 1710 г. на Каргополье выговцами была основана Чаженгская пустынь площадью около 250 кв верст, которая стала основной житницей Выга, а в 1731 г. — пристань Пигматка на Онежском озере, через которую осуществлялась вся выговская торговля. Выговцы имели свой небольшой флот и занимались рыбным промыслом на Выгозере и Водлозере, на Белом море, между Печорой и Мезенью, на Мурманском берегу, а позднее на Новой Земле и Груманте (Шпицбергене), занимались перепродажей хлеба с Поволжья в Петербург. По некоторым данным, выговские мореходы в своих плаваньях добирались даже до Северной Америки! На Выге появились кузнечный промысел, обработка кож, выгонка смолы и дегтя, изготовление пряжи. Здесь добывались медная и серебряная руда. Даниловские рубли ходили по всему северу и ценились выше казенных. В год вырабатывалось до 300 пудов медных изделий: литых старообрядческих крестов, икон, складней. Уже в 1720-е гг. выговцам удалось добиться экономического процветания пустыни.

Прочная экономическая база позволила выговцам осуществить программу широкого культурного строительства. В пустыни сохранялись древнерусские традиции книгописания, иконописи и знаменного пения, были созданы школы для обучения грамоте и пению, собрана библиотека, включавшая в себя почти все древнерусское книжное наследие. Современники называли Выг староверческими Афинами.

Выговское поморское общежительство ставило перед собой серьезные культурные задачи. Одной из составляющих программы культурного строительства была система образования. Она включала в себя две ступени и предусматривала общее и профессиональное образование. На первой ступени учащиеся обучались чтению по Псалтырю и Часовнику, а также письму и древнерусскому церковному пению по знаменам (крюкам). Второй ступенью системы образования было профессиональное обучение. Проявившие свои таланты и способности могли получить специальное образование, определявшееся нуждами общежительства, — прежде всего требовались писцы, писатели и иконописцы.

Своеобразно и неповторимо изобразительное искусство старообрядцев Выга, в особенности книжная миниатюра, медное литье, иконопись. Рукописные выговские книги распространялись по всей России. Богатейшее культурное наследие Выговской поморской пустыни красноречиво опровергает распространявшийся синодальными миссионерами лживый миф о неграмотности и «серости» старообрядцев. «Тогда как представители официальной церкви презрительно называли поборников древнего благочестия «мужиками и невеждами», старообрядческие писатели создавали сочинения, ни в чем не уступающие произведениям признанных литературных авторитетов петровского времени, таких, как Димитрий Ростовский и Феофан Прокопович. Более того, имел место случай, позволивший выговским книжникам с блеском продемонстрировать свои глубокие филологические и источниковедческие познания. В начале XVIII века для борьбы с расколом были написаны «Соборное деяние на еретика Мартина» и Феогностов требник, выдававшиеся за древние рукописи, якобы обличавшие старообрядчество. Выговцам удалось доказать их подложность. Внимательно изучив рукописи, Андрей Денисов и Мануил Петров обнаружили, что текст написан по соскобленному, начертания букв не соответствуют древним, а листы пергамена переплетены заново»[43].

Выговская поморская пустынь была самой настоящей «культурной столицей» старообрядчества. Вторая половина XVIII и первая четверть XIX в. стали для Выговского обще-жительства временем процветания. Лишь в царствование Николая I последовал ряд карательных мероприятий, закончившихся полным разгромом Выга. Вскоре после поездки чиновника Хомутова в 1835 г. по Олонецкой губернии выговских поморцев сравняли в части землевладения и налогообложения со всеми казенными крестьянами. С часовен сняли колокола, в монастыре было запрещено проживать молодым людям и устраивать моленные. В 1838 г. пашенные дворы были отняты у старообрядцев. В 1844 г. на Выг переселили 53 крестьянские семьи из Псковской губернии, которые были «известны любовию к православию и тверды в вере».

Наконец, последний удар по монастырю был нанесен в 1854–1856 годы. В 1854 году Министерство внутренних дел предписало олонецкому губернатору все молитвенные здания, построенные в Данилове и Лексе между 1722 и 1809 годами, сломать, так как они «пришли в ветхость», а по существовавшему тогда закону ремонт этих построек был запрещен. В 1855 году «записные» старообрядцы были высланы по месту приписки, а Данилово и Лекса обращены в селения государственных крестьян, с открытием в каждом селении прихода господствующей церкви. В апреле 1856 года были закрыты и запечатаны столовые-моленные на женской улице на Выгу и на мужской улице на Лексе. 7 мая 1856 года была запечатана Выговская Богоявленская соборная часовня, а 3 июня 1857 года — Лексинская Крестовоздвиженская соборная часовня, при этом книги, иконы и богослужебные принадлежности частично были конфискованы, а частично уничтожены. Писатель В. Н. Майнов, посетивший руины бывшей «Выгорецкой Лавры» во второй половине XIX века, передает со слов очевидцев чудовищные подробности «мамаева разорения»: «Посреди ограды стояла высокая колокольня с часами, а бок о бок с нею и главная часовня, которую не захотели разорить, а напротив того порешили оставить в назидание, — устроивши в ней православную церковь. Тут-то подле этой часовни и происходил главный погром: тут и били, и секли, и обливали холодною водою упорствующих, отсюда заставили батожьем большака (настоятеля. — К. К.) вынести ключи властям предержащим и т. п. Около 3000 рукописей было сожжено на площадке перед часовней этими новыми варварскими полчищами Омара; массы изрубленных и исковерканных икон подверглись той же участи, причем однако драгоценные каменья и богатые ризы все тщательно сдирались и затем уже никогда и