Компаньон - Garret Hawke Amell

— Я так тобой горжусь! Ты такой молодец! — прошептала она и крепко меня поцеловала в макушку. — И твой отец будет гордиться, когда я ему расскажу! Потомки будут восхвалять тебя в хрониках!

— Для начала до потомков нужно дожить. — с усталой насмешливостью отозвался я и слегка отстранился. — Пойду посплю, если ты не против. Напиши, когда оформишь бумаги. Само собой, было бы хорошо, если бы мне удалось увидеть ритуал.

— Конечно, я сейчас же напишу в банк. — заверила меня мама и улыбнулась, вторично крепко обняв. — Я горжусь тобой, Драко.

— Я тоже тебя люблю, мама. — отозвался я, прижал к губам её запястье и с необычайно лёгким сердцем отправился в подземелья. Получилось! У меня всё получилось! Никакого проклятья на роде Малфоев больше не будет! Несмотря на усталость, я с трудом удерживался от того, чтобы от счастья не запеть.

***

Всё это я постарался рассказать крайне ёмко, избегая подробностей относительно семейного проклятья, так как это касалось только нашей семьи и семьи Уизли. Гарри выглядел впечатлённым и сбитым с толку одновременно.

— Почему ты не хочешь, чтобы я рассказал об этом Рону? — недоумённо уточнил Гарри. — Ведь тогда он поймет, что ты помог близнецам.

— Положим, поймет. — согласился я, сдвигая ладью на позицию. — Вот ты ему рассказал, он понял… И что в итоге?

— Ну, разве так не лучше? — неуверенно отозвался Гарри, растерянно посмотрев на шахматную доску.

— Может и лучше. А может, и нет. Но мне не нужно чьё-либо одобрение. Я сделал то, что считал правильным. То, что было нужно. Так какое мне дело до мнения Рона Уизли? — переспросил я.

— А какой смысл скрывать? Ведь он всё равно всё узнает от мистера Уизли или близнецов. — не понял Гарри.

— Всё, да не всё. — не согласился я. — Ни ты, ни я не знаем, что мистер Уизли и близнецы предпочтут сохранить в секрете. И это их дело. Поэтому, до поры до времени, будет хорошо, если ты промолчишь. Договорились?

— Если ты так уверен. — пожал плечами Гарри и улыбнулся, сделав ход пешкой. — Но не думай, что раз ты такой великий стратег, я тебе уступлю.

— Сыграем! — с азартом согласился я и тоже вернул внимание к шахматной доске. Остаток вечера мы ни о чём серьёзном не говорили, на душе мне было как никогда хорошо.

Черный том. 51. Взвешенное решение

Холодный, промозглый ветер буквально пробирал до костей. Дождь хлестал по лицу. И чем выше приходилось подниматься, тем хуже становились условия. Передо мной назойливо мелькала спина ловца Хаффлпафа, от усталости всё чаще появлялась мысль сбросить его с метлы к Мерлину… Снитч, наконец, сменил направление и полетел вниз, прямо к гриффиндорским трибунам. Я заметил это чуть раньше, и сейчас из-за Нимбуса у меня оставалось небольшое преимущество…

Через какое-то время соперник поравнялся со мной слева, я не стал церемониться и просто пихнул хвост его метлы ботинком. Получилось не слишком сильно, но этого хватило, чтобы он на пару секунд потерял контроль над ситуацией, а мои пальцы сомкнулись на трепещущем снитче и взлетел вверх. С точки зрения квиддичных правил я ничего не нарушил, так как не целился в игрока… Да даже если бы попал по телу вместо метлы, вряд ли бы судья успела засчитать нарушение, учитывая, что она сама находится на другом конце поля.

Комментатор уныло объявил победу Слизерина, трибуны подняли шум… Я сделал круг почета над полем, посмотрел на табло и вернул снитч судье. Судя по очкам, мы уверенно лидируем в школьном соревновании по квиддичу, и в общем зачете по кубку школы держимся на первом месте. Хотя, конечно, многое будет зависеть от того, с каким разрывом гриффиндорцы сыграют с райвенкловцами.

Все эти мысли вихрем пронеслись у меня в голове, пока я вместе со всеми шел в раздевалку. И хотя победа меня по-прежнему радует, сейчас усталость пересиливает все остальные ощущения. К тому уже в раздевалке я снова почувствовал знакомое ощущение: как будто в груди быстро разгорается костёр. Моей выдержки хватило, чтобы не подать вида до того, как все разойдутся в душевые. И кашель снова прорвался наружу, такой сильный, что у меня заложило уши.

Это был самый длинный приступ за последнее время. В итоге я опустился на скамейку напротив своего шкафчика и быстро смочил платок зельем из флакончика, приложив к лицу. Несколько глубоких вдохов принесли огромное облегчение, горло немного болело, как никогда отчётливо я чувствовал собственную усталость. Внезапно за моей спиной раздался голос Крэбба:

— Знаешь, всё-таки эту проблему надо уладить…

— Я работаю над этим. — вздрогнул от неожиданности я и выпрямился, убирая платок от лица. — Только никому, ладно? Не хочу, чтобы косились.

— Да я молчу. — пожал массивными плечами Крэбб и направился к своему шкафчику. — Но, может, ну его, квиддич? Вдруг станет хуже, так и помрёшь на поле? Оно тебе надо?

— Нет, конечно, что за глупости. — поморщился я и убрал флакончик с зельем в свой шкафчик, платок отправился в карман моей мантии. — Но пока я могу играть, не хочу заканчивать. Хотя бы в этом году.

— Год, значит, н-да? — протянул Крэбб. — Ну, давай. Но если вдруг нужна будет помощь, мы рядом.

— Куда я от вас денусь, друзья мои? — насмешливо уточнил я и, взяв полотенце, отправился в душевую. — Всё будет хорошо. Увидимся в гостиной.

— Как скажешь.

***

Ритуал был назначен за день до начала зимних каникул. Разумеется, я тут