Русские народные сказки и суеверные рассказы про нечистую силу - Александр Евгеньевич Бурцев

Она высидела 12 мальчиков. Последнего они назвали Поскребышком. Сыновья выросли. Однажды мужик заметил, что кто-то крадет у него овес. Он посылал по очереди всех своих сыновей ловить вора. Старшие 11 ничего не заметили. Когда пришла очередь Поскребышка, он захватил с собой петуха и кошку. В полночь они разбудили Поскребышка, и он поймал лошадь, евшую овес. Но лошадь обещала помогать ему, и он отпустил ее. Вскоре мужик отдал своих сыновей в солдаты, и Поскребышек поехал на чудесной лошади. На ночь все сыновья остановились на постоялом дворе, хозяйка которого оказалась ведьмой. Лошадь предупредила Поскребышка, что ведьма хочет их всех убить, и велела ему и его братьям лечь к стене, а девушек, которых они получили на ночь, положить с наружной стороны. Ночью ведьма пришла и, убив вместо братьев девушек, высосала из них кровь, а братья убежали. Король сделал старших братьев солдатами, а Поскребышка офицером. Братья были недовольны и сказали королю, что Поскребышек может достать лиру, которая им сама играла на постоялом дворе. С помощью лошади Поскребышек достал ее от ведьмы и в награду получил 100.000 руб. и титул сенатора. Затем Поскребышек освободил с помощью коня<…> [141]

Про двух сирот

Юноша и девушка — сироты — встречают в лесу старика, который за несколько кусочков хлеба и мяса дает юноше ружье, кольцо, свисток и маленькую роту. Затем юноша убивает разбойников и селится с сестрой в их доме. Пощадив носорога, волка и медведя, он получает от них по детенышку, и эти спасают его, когда сестра, связавшись со спасшимся разбойником, пробует убить его. Он запирает сестру в комнате и обещает выпустить ее, когда она съест бочку угля и наполнит ее слезами. Убив затем змея и женившись на освобожденной царевне, он возвращается и находит уголь съеденным, а бочку — полную слезами. Сестра же его, улетая в виде облака, благодарит его за то, что он доставил ей блаженство.

Рассказ про овинника

Крестьянин деревни Окарыхи жестоко поплатился за непочтительность к овинному. Хороший, степенный и умный был мужик Тихон Сосипатрович. Деревенское общество много раз выбирало его в сельские старосты, но он всякий раз отказывался от этой чести.

— Ослободите, православные, — говаривал мужик. — Выберите другого. Ежели я приму на себя такой чин, то мне придется с добрыми людьми ссориться, браниться и в грех вступать, а я этого не желаю, мне охота с вами в мире пожить.

Ну, прошение его и уважают, потому — первый человек в обществе, а главное, человек больно нужный, всякого он из нужды выручит, хлеба даст и деньгами ссудит и никогда тебе не напомнит, ждет, пока сам не вернет. Был он человек бездетный, жил с одной женой Маврой. Хотя оба и в летах, но здоровые, работать злые, и всего у них было много. Справные люди, жили хорошо. Каждое воскресенье и праздник в церковь ходили, нищую братию оделяли. Одним только Тихон Сосипатров пренебрегал: лет пять не справлял именины овинника.

Соскочил с печи, вон из избы, бежит на гумно, а овин так и полыхает (рис. Л. Альбрехта)

— Самое пустое это дело, — говорил Тихон. — Разве есть какие овинные?

Ну, тот и дал о себе вестку.

Сняли они хлеб, насадили сушить овин на ночь, а чтобы утром, на зорьке, обмолотить. Насадил Тихон овин, потушил огонь и пошел домой, чтобы отдохнуть на печке; только он лег, не успел глаза сомкнуть, как слышит крик:

— У Тихона Сосипатрова овин горит.

Соскочил с печи, вон из избы, бежит на гумно, а овин так и полыхает. Народ сбежался, стройку растаскали, а хлеб, рожь, до последнего зерна испепелился.

— Экое несчастье, — говорил народ. — Все погорело.

Тихон изладил заново овин, опять снопов насадил, а сам по дворам пошел. Не успел на печь залезть, как на поле кричат:

— Овин Тихонова горит, овин горит.

Дотла и другой овин сгорел, ровно корова языком слизнула. Поставил третий овин, такая же участь и этот постигла. Тихон с хозяйкой советоваться: как быть, что делать? Мавра баба разумная, посоветовала к попу сходить:

— Он наставит уму-разуму.

Точно, батюшка-покойник, царство ему небесное, наученье такое сделал:

— Построишь новый овин, — сказал покойник, — станешь сушить хлеб и покарауль: это, по моему мнению, овинный бедокурит, озорничает нечистый.

Тихон за наученье сунул в руку батюшке и исполнил, что тот ему приказал. Построил новый овин, ночью высушил снопы, огонь в полаз потушил, взял кол и сел за пеледу[142]; поджидает, не покажется ли где овинный с огнем. Недолго пришлось ждать. Смотрит: идет гумном сосед его Иван, идет спешно и по сторонам озирается; подошел к овину, выхватил из подзастрехи[143] пучок соломы, чиркнул спичкой и стал зажигать. Тихон Сосипатров выкатил из-за пеледы да как хватит колом соседа. Тот — дралка; Тихон с колом за ним, бежит да сыплет. Сшиб с ног Ивана, а сам знай накладывает да приговаривает:

— Так-то по-соседски-то поступаете? — шумит. — Четвертый овин удумал спалить.

Тихон как хватит колом соседа (рис. Л. Альбрехта)

А Иван, вместо того чтобы скорее повинную принести и замиренья просить, все матерком, матерком Тихона-то. Ну тот, известно, в сердце вошел, пуще колом насаживает. Оставит на малое время, думает, будет с него, а Иван опять бранится, растравляет Тихона-то. Даст себе передышку Сосипатров и еще угощает доброго соседа. Бил он соседа, бил, инда сам весь изнемог. Иван перестал браниться, лежит и уже не дышит. Тихон нагнулся к нему, полагал, не притворился ли. Где, весь дух вышиб, кончину принял от кола-то. Тихон домой — бабу зовет:

— Пойдем-ка поскорее, тело убрать.

По дороге к овину Тихон говорит:

— Ведь я соседа убил. Иван овин пытался поджечь, а я подкараулил и колом попотчевал. Надо подальше куда его оттащить.

Прибежали к тому месту, где убитый лежал, а его уж и нет.

— Ах ты, грех какой, — вскрикнул Тихон. — Знать, уполз. Беда теперь моей головушке, на каторжные работы сошлют.

Вернулись, до утра не спали: пойдет ли уж тут сон, когда эдакое страшное дело стряслось. Утрочку Сосипатров вышел на улицу, чтобы узнать стороной про соседа, гребтится[144] на сердце-то,