Петр Столыпин. Нам нужна великая Россия - Дмитрий Владимирович Табачник

посещений Государя Императора. Обязанности заведовать или контролировать работу розыскных органов, ведавших политический розыск, на полковнике Спиридовиче не лежали, но ввиду существа службы он должен был получать по этому предмету сведения и данные от розыскных, регистрационных органов и даже чинов общей полиции, чтобы сообразоваться с этими сведениями при распределении нарядов охраны. Поэтому если бы начальник охранного отделения признавал необходимым допустить в одно из мест Высочайших посещений лицо, не имеющее право доступа в эти места, то полковник Спиридович должен был быть предупрежден об этом своевременно. При командировании полковника Спиридовича в распоряжение генерал-лейтенанта Курлова мною был дан ему письменный ордер с приложением двух писем товарищу министра, командиру отдельного корпуса жандармов, в которых были указаны предстоявшие мероприятия по охране. Копии этого ордера и писем, упомянутых выше, будут мною присланы к делу. Во время пути в гор. Киев на одной из промежуточных станций мною была получена от полковника Спиридовича записка, в которой он, между прочим, сообщал о полученных Киевским охранным отделением тревожных сведений относительно готовящегося налета боевиков в Киев. Затем, по прибытии моем в Киев, полковник Спиридович доложил мне, что он случайно встретился с сотрудником на квартире подполковника Кулябки, у которого он обедал в этот день. При этом Спиридович пояснил, что встреча произошла после обеда и что Кулябко предложил ему выслушать сообщение сотрудника; последний, по словам Спиридовича, объяснил, что в Киев должна прибыть группа боевиков с целью совершить покушение на статс-секретаря Столыпина и министра народного просвещения Кассо и что один из членов этой группы просил подыскать им квартиру. Докладывая об этом, полковник Спиридович добавил, что ввиду таких сведений охранным отделением производится разработка путем сношений с гор. Кременчугом и Петербургом, и высказал предположение, что хотя сотрудник говорил только о покушении на министров, но он, Спиридович, думает, что этот налет может иметь в виду учинить посягательство на особу Государя Императора. После этого 1 сентября, около 7 ½ часов утра, мною была получена от полковника Спиридовича записка с извещением, что начальник охранного отделения получил сведения о приезде в гор. Киев террористов. Еще раньше, в день прибытия моего в гор. Киев, т. е. 29-го августа, генерал Курлов подтвердил мне все сведения, о которых я узнал из доклада Спиридовича. 1 же сентября, вслед за получением записки последнего, генерал Курлов сообщил мне о прибытии террористов, добавив, что около полудня в этот же день ожидается свидание их с сотрудником охранного отделения. Это же самое мне сообщил генерал-адъютант Трепов, вскоре затем прибывший во дворец. О полученных сведениях мною было доложено министру Императорского Двора, после чего, при участии генерал-адъютанта Трепова, мы обсуждали вопрос о мероприятиях, предстоявших ввиду назначенного в этот день выезда Государя Императора на маневры. Было решено поездки на маневры не отменять, признавая более целесообразным, чтобы во время назначенного террористами свидания Его Величество находился вне гор. Киева среди войск и чтобы в это время в самом городе была произведена ликвидация злоумышленников и были бы приняты соответствующие меры охраны для обеспечения обратного пути. По прибытии на место, где были назначены маневры, приблизительно около 9 ½ часов утра, меня встретил там полковник Спиридович, которому мною было приказано после объезда и проверки района маневров возвратиться в гор. Киев, где совместно с генералом Курловым принять, в зависимости от результатов ожидавшейся ликвидации, надежные меры охраны обратного следования Государя Императора. Подъезжая к Киеву в Святошине, на обратном пути нас встретили генерал Курлов и полковник Спиридович, которые затем сопровождали нас до самого прибытия во дворец, последовавшего в 4 часа 40 минут дня. На подъезде дворца на мой вопрос генерал Курлов мне доложил, что предполагавшееся около полудня свидание в квартире сотрудника не состоялось и по новым агентурным данным должно состояться между 8 и 9 часами вечера, где-то на Бибиковском бульваре. При этом никакого разговора об опасности, могущей угрожать в театре во время спектакля, у нас не было, равно как никто мне не докладывал о необходимости для целей розыска или охраны использовать сотрудника для работы не только внутри театра, но и возле него. После описанного доклада в 5 час. 15 минут дня последовал выезд Его Величества на беговой ипподром, где состоялся смотр потешных. Затем, после кратковременной беседы с генералом Курловым во дворце, по возвращении с ипподрома, исключительно относительно маршрута и порядка следования в театр, я встретился вновь с генералом Курловым в театре, где во время представления мы сидели рядом в первом ряду партера. В течение всего первого действия, интересуясь и будучи озабочены полученными сведения о террористах, мы обсуждали эти сведения и меры, которые приняты для обнаружения и задержания злоумышленников. При этом, как я хорошо помню, придавая большое значение предстоявшему свиданию террористов на Бибиковском бульваре, генерал Курлов успокаивал меня, говоря, что им приняты все меры к ликвидации группы злоумышленников на предположенном месте свидания на бульваре; о том, что означенное свидание не состоялось и что в планах террористов последовали изменения тогда, равно как и впоследствии, до момента выстрелов в театре, мне никто не докладывал. Генерал Курлов также не упоминал о присутствии сотрудника в театре или около последнего. Я уверен, что и полковнику Спиридовичу о нахождении этого сотрудника в зрительном зале, оказавшегося Богровым, не было известно, так как, с одной стороны, допуск сотрудника в район охраны не соответствовал его принципиальным взглядам на службу охраны, известным мне в течение нескольких лет совместной службы, а, с другой стороны, он не решился бы на такой поступок, зная, что даже в случае удачи, он лишился бы моего доверия.

Генерал-адъютант Дедюлин

Сенатор Н. Шульгин

И. о. обер-прокурора сенатор Кемпе

ИЗ СТЕНОГРАММЫ ДОПРОСА ГЕНЕРАЛ-МАЙОРА А. И. СПИРИДОВИЧА В ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ СЛЕДСТЕННОЙКОМИССИИ ДЛЯ РАССЛЕДОВАНИЯ ПРОТИВОЗАКОННЫХПО ДОЛЖНОСТИ ДЕЙСТВИЙ БЫВШИХ МИНИСТРОВ,ГЛАВНОУПРАВЛЯЮЩИХ И ПРОЧИХ ВЫСШИХДОЛЖНОСТНЫХ ЛИЦ КАК ГРАЖДАНСКОГО,ТАК ВОЕННОГО И МОРСКОГО ВЕДОМСТВВРЕМЕННОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА 28 апреля 1917 года

Председатель. — Скажите в общих чертах, какие совещания Вы имели с Кулябко и Курловым по охране тогдашнего царя и какое, в частности, Вы имели отношение к Богрову и к выстрелу Богрова в этой истории, окончившейся смертью Столыпина?

Спиридович. — Относительно охраны императора я делал все то, что нужно было согласно инструкции.

Председатель. — Но сосредоточим Ваше внимание на Богрове, на Ваших совещаниях с Курловым и Кулябко, касающихся Богрова, и на всем том, что происходило в театре. Скажите в общих словах, что Вам Богров сообщил?

Спиридович. — Это все было мною подробно указано на следствии. Разрешите предупредить, что я не могу