Роковой 53-й. Смертельные игры - Елена Анатольевна Прудникова

сокрытия от партии положения дел в МГБ, являлось составление так называемых обобщенных, по существу сфальсифицированных, протоколов допроса арестованных на основании накопленных следователями заметок и черновых записей.

В следственной работе, кроме того, АБАКУМОВ и его сообщники насаждали вредную антигосударственную практику нарушения сроков расследования, при которой, несмотря на имевшуюся возможность заканчивать следствие своевременно, оно затягивалось на многие месяцы, а нередко даже на несколько лет.

Спасая себя от разоблачения, АБАКУМОВ, при помощи своего сообщника ЧЕРНОВА, проявлявшего враждебное отношение к советскому строю, не выпускал за пределы МГБ СССР адресованные в директивные органы заявления арестованных, содержавшие жалобы на нарушения советских законов в ходе следствия.

Широкий размах вредительская работа изменника АБАКУМОВА и его сообщников приняла в области контрразведывательной деятельности органов государственной безопасности за границей.

АБАКУМОВ при помощи своих сообщников после создания в 1947 году Комитета Информации прекратил всякую разведывательную работу за границей, чем оторвал контрразведывательную службу органов МГБ от разведки и сознательно сузил ее возможности по внедрению агентуры в разведывательные центры противника.

АБАКУМОВ вредительски подошел к выполнению постановления ЦК ВКП(б) от сентября 1949 года о создании в МГБ СССР 1-го Управления, на которое возлагалась контрразведывательная работа по советской колонии за границей, разработка закордонных центров антисоветской эмиграции и внедрение агентуры МГБ во вражеские разведывательные органы.

Арестованный бывший начальник 1-го Управления МГБ СССР УТЕХИН на допросе показал:

«В результате вредительских действий АБАКУМОВ с моим участием повел дело так, что 1-е Управление не решило важнейшей задачи — надежного проникновения своей агентуры в разведывательные и контрразведывательные органы иностранных разведок и антисоветские центры за границей».

АБАКУМОВ и поставленные им во главе 1-го Управления УТЕХИН и БЕЛКИН, являвшийся, как теперь установлено, английским шпионом, вредительски саботировали дело комплектования кадрами этого важнейшего в системе МГБ СССР органа, в результате чего это Управление не могло выполнять возложенных на него Правительством задач.

Большой вред безопасности Советского Союза АБАКУМОВ и его сообщники нанесли тем, что свернули разведывательную работу в главнейших странах империалистического лагеря — США, Англии, Франции, а также в Турции и других государствах.

Арестованный УТЕХИН показал по этому поводу:

«Я виноват также в осуществлении преступного указания АБАКУМОВА о прекращении связи с агентурой, работающей по внешней линии в таких странах, как США, Англия, Франция.

В результате АБАКУМОВЫМ и мною был нанесен большой ущерб контрразведывательной работе в указанных странах».

Наряду с этим АБАКУМОВ и его соучастники осуществляли вредительство по линии спецслужбы МГБ СССР, призванной внедрять свою агентуру в капиталистических странах. Эта служба своих прямых функций не выполняла, специальных чекистских мероприятий за границей не проводила, а ее коллектив фактически никакой полезной работы не вел.

Арестованный еврейский националист ЭЙТИНГОН на следствии показал:

«Специальная служба МГБ СССР, где я был заместителем начальника, по воле бывшего министра государственной безопасности СССР АБАКУМОВА не выполняла своей прямой функции — не проводила специальных чекистских мероприятий за границей».

Вражеская деятельность группы АБАКУМОВА в области разведывательной работы за границей распространялась и на органы военной контрразведки частей Советской Армии.

В 1948 году обвиняемый АБАКУМОВ вместе со своими сообщниками ликвидировали в органах контрразведки отделы, проводившие чекистскую работу за линиями демаркации в Германии и Австрии.

Арестованный КОРОЛЕВ на допросе показал:

«Свою долю участия я в это преступное дело внес. Несмотря на вред, нанесенный чекистским органам в результате ликвидации специальных отделов военной контрразведки, я выполнил указание АБАКУМОВА и по этому вопросу».

Таким образом, подрывник АБАКУМОВ и участники его вражеской группы игнорировали указания партии о направлении острия советской разведки вовне страны, ограничив возможности органов государственной безопасности для нанесения эффективных ударов по иностранным разведкам, особенно американской и английской.

Доказательствами, собранными по делу, установлено, что наряду с развалом контрразведывательной работы за границей участники возглавлявшейся АБАКУМОВЫМ изменнической группы дезорганизовывали контрразведывательную работу внутри страны и в Советской Армии.

АБАКУМОВ и его сообщники ввели преступную систему массовых вербовок и исключений агентуры, чем широко расшифровывали методы агентурной работы и превратили ее из острого чекистского оружия в политически вредное дело.

Вместе с тем эти враги партии саботировали проведение мероприятий по вербовке агентуры из числа англичан и американцев, проживающих в СССР, и внедрение квалифицированных агентов в иностранные дипломатические представительства.

Будучи допрошен по этому вопросу, бывший начальник 2-го Главного управления ШУБНЯКОВ показал:

«…в ряде иностранных посольств отсутствовала агентура из числа иностранцев. Причем это в первую очередь относится к таким важным посольствам, как английскому, где последнее время мы не имели ни одного агента, и к американскому…»

Для выявления и разработки американских и английских разведчиков, действовавших в СССР, АБАКУМОВЫМ и его сообщниками не использовалась агентура из числа сотрудников посольств других стран, находящихся под влиянием США и Англии.

Обвиняемый РАЙХМАН, непосредственно осуществлявший вредительство в контрразведывательной работе, признал, что:

«Возможность организации активной борьбы против американских и английских разведчиков с помощью агентуры МГБ в других посольствах не использовалась, и в частности не было организовано должной вербовочной работы среди находящихся в СССР подданных южноамериканских стран и английских доминионов с целью использования их для работы против США и Англии».

В силу преступной организации АБАКУМОВЫМ контрразведывательной работы агентурно-осведомительная сеть была засорена двурушниками и предателями, которые, являясь секретными сотрудниками органов МГБ, в то же время активно работали на иностранные разведки и вражеское подполье.

Комиссия, обследовавшая работу 2-го Главного управления МГБ СССР, установила, что:

«…за последние 3 года 2-м Главным управлением арестовано более 100 своих агентов. Из них 67 человек признались в проведении шпионской деятельности в пользу иностранных разведок».

Признавая свою вину в насаждении преступных методов работы с агентурой, обвиняемый РАЙХМАН показал:

«Агентурная сеть, работавшая против иностранных разведок и в первую очередь против американской разведки в силу преступных установок АБАКУМОВА… а также моих, была засорена двурушниками и предателями».

Произведенным по делу расследованием установлено, что, пользуясь прямой поддержкой и покровительством АБАКУМОВА, обвиняемые ШВАРЦМАН, РАЙХМАН, СВЕРДЛОВ, БРОВЕРМАН срывали борьбу органов МГБ с еврейским националистическим подпольем, консервируя важные в оперативном отношении разработки и оставляя без внимания сигналы о вражеской деятельности националистов.

Комиссия, проверявшая в 1951 году работу 2-го Главного управления МГБ СССР, в своих выводах констатировала:

«…Имеющееся большое количество разработок по еврейским националистам ведется неактивно, без учета выявления их нелегальных связей с закордонными сионистскими центрами и иностранными разведками…»

Обвиняемый СВЕРДЛОВ, являющийся еврейским националистом и кадровым троцкистом, о своем участии в саботаже агентурной разработки еврейских националистов показал:

«…Вследствие моей враждебной практики длительное время лежали без движения агентурные разработки на еврейских националистов…»

В тех же случаях, когда еврейские националисты арестовывались органами МГБ, предатели ШВАРЦМАН, БРОВЕРМАН, СВЕРДЛОВ,