Маруф-башмачник - Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

перстень, и Камар аз-Заман увидел, что перстень по его мерке, и сказал: «Да благословит тебя Аллах, о господин из мастеров! Оправа подходит, но камень не такой, как я хочу, у меня есть лучшие. Возьми этот и отдай его кому-нибудь из своих невольниц».

И он вынул другой камень и сто динаров и сказал «Возьми твою плату и не взыщи с нас, — мы тебя утомили». И ювелир сказал ему: «О купец, то, из-за чего мы утомлялись, ты нам отдал, и ты пожаловал нам многое. К моему сердцу привязалась любовь к тебе, и я не могу с тобой расстаться. Заклинаю тебя Аллахом, будь моим гостем сегодня вечером и залечи мое сердце». — «Это недурно, — сказал Камар аз-Заман, — но я обязательно должен отправиться в хан, чтобы предупредить моих слуг и сказать им, что я не ночую в хане, чтобы они меня не ждали». — «А ты стоишь в каком хане?» — спросил ювелир. И Камар аз-Заман сказал: «В таком-то хане». И ювелир воскликнул: «Я к тебе туда приду!» — «Это недурно», — сказал Камар аз-Заман. И ювелир отправился в этот хан перед закатом, боясь гнева своей жены, если он придет домой без гостя, и взял Камар аз-Замана и привел его к себе в дом. И они сели в комнате, которой нет подобной, а женщина увидела Камар аз-Замана, когда он входил в дом, и пленилась им. И Камар аз-Заман с ювелиром разговаривали, пока не принесли ужин, и они поели и попили, а потом им принесли кофе и напитки. И ювелир не переставал развлекать Камар аз-Замана беседой до ночной молитвы. И они совершили обязательную молитву, и потом вошла к ним невольница, неся две чашки с питьем, и когда они выпили, их одолел сон, и они заснули. И тогда пришла та женщина и, увидев, что они спят, стала смотреть в лицо Камар аз-Замана, и его красота ошеломила ей ум. И она воскликнула: «Как может спать тот, кто любит красавиц!»

И потом она повернула его навзничь и села ему на грудь, и от сильной ярости в страсти к нему она осыпала его щеки градом поцелуев, так что они оставили след на его щеках, и усилился румянец Камар аз-Замана, и его щеки заблестели. И женщина припала к его губам и стала их сосать, и она до тех пор сосала ему губы, пока кровь не выступила у нее на губах. И при всем этом огонь в ней не погасал, и ее жажда не утолялась. И она не переставала его целовать, и обнимать, сплетать ноги с ногами, пока не засияло чело утра и не заблистала сияющая заря, и потом она положила в карман Камар аз-Замана четыре бабки, и оставила его, и ушла.

А после этого она послала свою невольницу с чем-то вроде нюхательного табака, и невольница вложила его им в ноздри, но они чихнули и пришли в себя, и невольница сказала им: « Знайте, господа мои, что молитва обязательна. Поднимайтесь же на утреннюю молитву!»

И она принесла им таз и кувшин, и Камар аз-Заман сказал: «О мастер, время пришло, и мы перешли предел сна». И ювелир сказал купцу: «О друг мой, сон в этой комнате тяжелый. Всякий раз, как я в ней сплю, со мной случается такое дело». — «Твоя правда», — сказал Камар аз-Заман. И потом он принялся за омовенье, и когда вода коснулась его лица, у него начали гореть щеки и губы. «Чудеса! — молвил он. — Если воздух в комнате был тяжелый и мы погрузились в сон, то почему у меня горят щеки и губы? О мастер, — сказал он потом, — щеки и губы у меня горят». И ювелир ответил: «Я думаю, что это от укусов комаров». — «Чудеса! — сказал Камар аз-Заман. — А с тобой случается в этой комнате подобное?» — «Нет, — ответил ювелир, — но когда у меня бывает гость, такой, как ты, он утром жалуется на укусы комаров, и это бывает только, если гость, как ты, безбородый, а если он бородатый, то комары к нему не слетаются, и от комаров спасает меня только моя борода. Комары как будто не любят людей с бородами». — «Твоя правда», — сказал Камар аз-Заман. А потом невольница принесла им завтрак, и они поели и вышли.

И Камар аз-Заман отправился к старухе, и, увидав его, она сказала: «Я вижу следы счастья у тебя на лице. Расскажи мне, что ты видел». — «Я ничего не видел, — сказал Камар аз-Заман, — я только поужинал с хозяином дома в комнате, и мы совершили вечернюю молитву, а потом легли спать и проснулись только утром». И старуха засмеялась и сказала: «Что это за следы у тебя на щеках и губах?» — «Комары в той комнате сделали со мной такие дела», — сказал Камар аз-Заман. И старуха сказала: «Твоя правда! А случилось ли с хозяином дома то же самое, что случилось с тобой?» — «Нет, — сказал Камар аз-Заман, — но он мне рассказывал, что комары в этой комнате не вредят людям с бородой и летают только над безбородыми, и всякий раз, как у него бывает гость безбородый, он жалуется утром на укусы комара, а если он бородатый, с ним ничего такого не случается». — «Твоя правда, — отвечала старуха. — А заметил ли ты что-нибудь, кроме этого?» — «Я нашел у себя в кармане четыре бабки», — сказал Камар аз-Заман. «Покажи их мне», — попросила старуха. И Камар аз-Заман дал ей бабки, и она взяла их и сказала смеясь: «Это твоя возлюбленная положила их тебе в карман». — «Как так?» — удивился Камар аз-Заман. И старуха сказала: «Она говорит тебе знаками: «Если бы ты был влюблен, ты не спал бы, ибо тот, кто любит, не спит, а ты еще маленький, и тебе подходит играть в бабки. Что же побудило тебя влюбляться в красавиц?» И она пришла к тебе ночью, и увидела, что ты спишь, и изранила тебе щеки поцелуями, и положила тебе этот знак. Но только ей не будет достаточно этого — напротив, она обязательно пришлет к тебе своего мужа, и он пригласит тебя сегодня вечером, и когда ты пойдешь с ним, не засыпай скоро. Захвати с собой пятьсот динаров и иди, а мне расскажи о том, что случится, и я доведу для тебя эту хитрость до конца». И Камар аз-Заман сказал: «Слушаю и повинуюсь!» И пошел в хан.

Вот то, что было с ним. Что же касается жены ювелира, то она спросила своего мужа: «Ушел