Весь Карл Май в одном томе - Карл Фридрих Май

— Какую цель она преследует? Что может дать ей наше пленение?

— Многое, очень многое. Она пошлет краснокожих к своему Джонатану, чтобы они вернули его. Мы окажемся в ужасном положении, а он выиграет свою игру.

— Так, значит, ей известно, где он?

— Конечно, известно!

— Как бы нам узнать это!

— Погоди немного! Тут требуется хитрость.

— Что ты собираешься сделать?

— Я выдам себя за старшего Мелтона.

— Но она узнает тебя. Юдит не так легко провести!

— Но ей еще неизвестно, что он в плену. И она, уж конечно, сообщит ему, где находится его сын. Это нам и требуется.

— И все же я не приветствую твою затею!

— Пойдем со мной к ней вниз. Интересно, какое лицо будет у нее, когда она увидит меня. Скажи ей для начала, что хочешь поговорить со мной.

Мы спустили лестницу вниз и прислушались. Юдит находилась в своей комнате. Эмери шел впереди, я следовал за ним до самой занавески. Отодвинув ее, вошел в комнату.

— Это вы, сеньор? — услышал я ее голос. — Я жду индейцев. Когда же они придут?

— Я еще ничего им не говорил.

— Почему? Сеньор Шеттерхэнд очень спешит!

— Я прежде хотел поговорить с ним самим. Где он?

— Там, на другой стороне. Но почему вы не выполняете его распоряжение? Зачем вам понадобилось сейчас говорить с ним?

— У меня появились кое-какие подозрения, сеньора. Зачем ему индейцы? Разве не достаточно того, что рядом с ним сам Виннету?

— Сейчас не время это выяснять.

— Но я хочу это знать! Проведите меня к нему!

— Не могу. Он запретил его беспокоить.

— Беспокоить? Вот это да! Я его друг и не доставлю ему беспокойства. Наоборот, индейцы могут принести ему неприятности. Итак, где же он?

— Я же вам уже сказала, там, на другой стороне!

— Так вы решительно отказываетесь проводить меня к нему?

— Отказываюсь, потому что мне это запрещено.

— Тогда я пойду один.

— Вы не найдете его.

— Непременно найду, и немедленно!

— Попытайтесь!

— Секунду, сеньора! Сейчас он будет здесь.

Он резко отдернул занавеску и взял меня за руку. Казалось, от неожиданности она навсегда лишилась дара речи.

— Видите, сеньора, — сказал я, — меня не пришлось долго искать, как вы ни старались подальше меня спрятать, заперев нас в преисподней. И заметьте, я обошелся без всякой лестницы.

— Да, да, я рада вас видеть, чрезвычайно рада! — яростно закричала она, сжав кулаки.

— Тогда я удвою вашу радость. У меня есть новость. Наверху находятся Виннету и Фогель. Подземный канал принес свободу не только вашему жениху, но и нам!

Она превратилась в тигрицу.

— Что ж, торжествуйте, если хотите! А потом, если немного подумаете, может быть, сообразите, что я сыграла с вами прекрасную шутку.

— Какую?

— Я помогла Мелтону выбраться отсюда. Он да и никто вообще ничего не знал о канале, не догадывался, что можно выбраться из пуэбло по воде. Мне одной был известен этот ход. Мой муж, предводитель индейцев, поделился такой тайной на случай крайней необходимости.

— И сегодня как раз представился такой случай?

— Да, я показала Джонатану спасительный путь, и через полчаса явились вы. Но Джонатан ускользнул от вас!

— Ему повезло, надо сказать, но его персона меня совсем не интересует! Деньги-то он оставил здесь!

— Вы так думаете? Нет, вы в самом деле так думаете? Как вы умны! Надо же, а я держала его за дурака! Но на этот раз вы заблуждаетесь. Деньги он взял с собой.

— Какую их часть?

— Да все, все! В его кожаной сумке полно денег и ценных бумаг.

— Тысяча чертей! Какая досада, что мы разминулись! И старика, как назло, тоже нет! — сказал я как можно более гневно.

— Тоже? — спросила она, и ее глаза блеснули. — Откуда вы это знаете?

— Его хижина пуста.

— Вы хотите сказать, что вам известно ее расположение?

— Она расположена точно над вашей. Мы пришли сюда не через теснину, а спустились в котловину при помощи связанных между собой нескольких лассо, когда нас заметили и позвали на помощь, старый Мелтон вышел к посту возле костра и через теснину улизнул за пределы пуэбло.

— Замечательно, великолепно! — ликовала она. — Почти в то же время его сын сбежал по каналу. Теперь они встретятся и дальше пойдут уже вместе.

— Куда?

— Куда? Вам очень хочется это знать?

— Конечно. Я любопытен не менее вас! Вам же хотелось бы знать, куда собирался сбежать от вас ваш любовник?

— Сбежать от меня… Любовник… Ха-ха-ха!

— Ах, вам смешно? Странно, по-моему, вы должны испытывать грусть. Не обманывайте себя. Вам больше никогда не видать ни его денег, ни его самого!

— Никогда? Сеньор, я скажу вам, что увижу его сразу же, как только захочу этого!

— Вздор! Вы не знаете, куда он повернет!

— Я знаю не только это, но даже и то, где он будет меня ждать.

— Ах, вот оно что. Но мне это тоже известно.

— Вам? Вряд ли. Это место знаем мы двое, только он и я.

— Нет, трое! Считая меня… И прежде чем уйти из пуэбло, я назову вам это место.

— Теперь мне понятно, чего вы хотите. Вы провоцируете меня на гнев, как дети, которым очень хочется что-то выведать. Но вы напрасно решили, что я настолько глупа, чтоб взять да все вам и выложить! Вы здорово просчитались. Сегодня для вас, видимо, такой день выдался — что поделаешь! — за что ни возьметесь, все не так. Джонатан смылся от вас с деньгами, его отец тоже. И старик захватил все с собой, что у него было. Да, вы хотели его схватить. А теперь ему надо только снять сапоги, чтобы разложить деньги по двум голенищам.

— Черт возьми! — выругался я, хотя обычно старался не сквернословить. — Деньги в сапогах! Я мог уже несколько раз поймать его. Это крах для меня!

— Увы, вам не повезло! Но вы не представляете, как я этому рада! Я ненавижу вас каждой клеточкой моего существа, до самых кончиков пальцев! Поэтому я бесконечно рада тому, что вы похожи сейчас на лисицу перед пустым курятником. И более всего меня радует то, что вы больше никогда их не увидите.

— Ого! Вы считаете, что ваши проклятья будут преследовать меня?

— Да, и так будет всегда. Ручаюсь, будут! Курятник пуст, пуст навсегда, сеньор.

— Неужели? Но вы же еще находитесь в нем!

— Какой вам толк от меня? У меня ничего не осталось. Я бедна. Конечно, я беззащитна перед вами…

— Да, вы теперь полностью в моей власти.

— Вашей власти? Я не признаю ее. Что я такого сделала, что бы дало