Бракованная: Жизнь после... - Марэна Хорс

Но он прерывает ее, он настроен совсем не на разговор.

— Ты уже вся течешь, милая? Хочешь мой член?

— Джейсон, нам нужно поговорить, — резко произносит Малена, а затем зажмуривается и хватается за кресло, когда Джейсон небрежно нажимает ещё пару кнопок и вибрация становится невыносимой. Она скулит. — Ч-чёрт, выруби эту адскую штуковину...

— Иди сюда. — Джейсон кладёт пульт на стол, но не спешит выключаеть его. Он выглядит великолепно, этот засранец. Солнечный свет идеально подчёркивает его фигуру, превращая волосы в золотистые пряди. Он улыбается Малене с горящими предвкушением глазами, в которых похоть смешивается с потребностью.

Малена теряется между своими вспыхнувшим чувствами и пониманием, что она пришла все закончить, у неё в горле застревают невысказанные слова, но в конце концов она, спотыкаясь, подходит к креслу Джейсона. Каждый шаг — настоящее преодоление себя.

— Вот так, умница, — говорит Джейсон успокаивающим тоном, и облизывает губы. Его дыхание учащается, просто от того, что он смотрит на нее. Малена не может не повестись на его просьбу, когда Джейсон протягивает руку и проводит ею по ее бедру, словно успокаивая ее, утешая и даря обещание. Забота в каждом его движении. — Вот так, Тинейшес.

— Вытащи эту чёртову штуку, — ругается Малена шипящим голосом, и Джейсон кивает, широко раскрыв глаза от восхищения.

— Да, — говорит он. Давай, — повторяет он более решительно, а затем встаёт, вплотную прижавшись к Малене. Она издаёт мяукающий звук, когда ее грудь упирается в него, соски слишком чувствительны даже через бюсгалтер. Она хватается за руки Джейсона, чтобы не упасть на свою и без того пострадавшую промежность.

— Иди сюда, — бормочет Джейсон, нащупывая пальцами пуговицы халата Малены, нетерпеливо расстегивая его и вытаскивая блузку из-за пояса юбки. — Иди сюда, дай мне... — Пара пуговиц отлетает в сторону, но ни одному из них нет до этого дела. Малена скулит, когда её раздевают, потом ее плечи упираются в окно за столом Джейсона. Она чувствует тепло солнечного света на своей коже. Она бросает взгляд через плечо и на мгновение ослепляет себя ярким солнечным светом. Она моргает, чтобы избавиться от пятен перед глазами, и смотрит на Джейсона.

Джейсон берёт ее за руку и разворачивает, и Малена оказывается прижатым щекой к окну, а Джейсон тем временем стягивает с ее рук блузку и расстёгивает юбку, потом стягивает все. Она остаётся только в чулках и влажном от смазки белье.

— Чёрт, — говорит Малена, когда понимает, что задумал Джейсон, и сдерживает более крепкие ругательства, когда Джейсон трётся об неё сзади, натыкаясь на трусики и вибратор под ними, который всё ещё жужжит. — Джей...

— Я хотел сделать это с того самого дня, как ты вошла в мой кабинет. — лихорадочным тоном признается он. — Такая великолепная, дерзкая и прекрасная.

— Сейчас середина дня, — возражает Малена, с ужасом глядя на улицу внизу. — Нас могут увидеть...

— Дверь заперта. Я дам тебе освобождение от работы до конца дня. И мы на двенадцатом этаже, — напоминает ей Джейсон, снова прижимаясь к ней сзади. — Им придётся очень постараться, чтобы нас увидеть.

Он избавляет её от бюстгальтера, а потом и от трусиков, оставляя только чулки. от чего у нее перехватывает дыхание.

— Соглашайся, тебе понравится. Ты, ведь, и сама уже очень возбуждённая, правда? Вся течет для меня.

— Придурок, а кто в этом виноват? — рычит Малена отчаянно отталкивая его. — Джейсон... Что ты творишь... — Она испуганно и удивлённо стонет, когда Джейсон запускает руку в её складки и находит набухший клитор.

Рука Джейсона на ее бедре останавливает Малену, и та зажмуривается, почувствовав, как два пальца касаются основания вибратора, слегка проводя по границе между силиконом и сверхчувствительной кожей.

— Черт, — бормочет она, прислоняясь лбом к окну. — Джейсон, давай же. Мне нужно...

— Я знаю, милая, — шепчет Джейсон и, взяв вибратор, аккуратно вынимает его.

Малена стонет от ощущения пустоты и насаживается на пальцы Джейсона, слыша, как он вторит ее стону, когда его пальцы скользят внутрь до костяшек с легким, непринужденным звуком.

— Ох, чёрт, Тинейшес, — говорит Джейсон. — Ты такая горячая и прямо засасывает меня внутрь. — Он трахает её пальцами, и руки Малены хватаются за гладкое стекло, пытаясь удержаться на скользкой поверхности.

— Трахни меня, — выдыхает Малена, отбросив всякое достоинство, и нетерпеливо выгибается. — Клянусь богом, Джейсон, я кончу без тебя...

Она слышит, как Джейсон звякает пряжкой ремня, и на пару секунд его присутствие исчезает из поля зрения Малены, занятой своими возбуждёнными мыслями.

Пальцы Джейсона возвращаются без предупреждения, на этот раз их три, и Малена громко стонет, уже не заботясь о том, что она голая в кабинете своего босса и прижата к окну так, что весь Лос — Анжелес может ее видеть.

— Чёрт, — бормочет Джейсон, а затем вытаскивает что-то гораздо более крупное и горячее, чем его пальцы, и направляет это в киску Малена. — Можешь кончить, Тинейшес, — говорит он, а затем одним плавным движением входит в нее.

У нее перехватывает дыхание и она кончает, едва он входит, стон застревает у неё в горле. Всё, что она может, — это держаться, пока Джейсон жёстко трахает её, через оргазм прижимая левое запястье Малены к окну. Она смутно понимает, что одного оргазма ей будет мало, на подходе ещё. Они двигаются в беспорядочном ритме, Малена раздвигает ноги как можно шире, ее живот напрягается и дрожит при каждом грубом движении Джейсона, при каждом толчке его бёдер.

— Джейсон, — выдыхает она, глядя на солнце, и это всё, что она может сказать, прежде чем напрячься и кончить второй раз. Ее глаза горят от подступивших слез, сердце бешено колотится, удовольствие слишком острое, большое, настоящее. Она не может... Не может больше...

— Чёрт, Тинейшес, — стонет Джейсон, ускоряя темп, и она вслепую тянется назад, нащупывает упругую мышцу на заднице Джейсоа и впивается в неё ногтями, пока тот входит в неё, прижимает к окну и кончает с приглушённым криком.

Они стоят так некоторое время: Малена пытается вспомнить, как дышать, а Джейсон довольно обмякает обнимая её.

— Люблю тебя, — шепчет Джейсон, касаясь губами ее шеи, и у Малены замирает сердце, а в ушах звенит.

Черт. Вот оно.

В последний раз, когда ей это сказали, через некоторое время все полетело в ад.

Джейсон вздыхает и целует кожу под ухом Малены, пребывая в блаженном неведении о том, что он перевернул мир Малены с ног на голову и вывернул ее наизнанку.

Ей становится плохо, до черных мушек перед глазами. Этот контраст с только что испытанным неземным удовольствием и ударом под дых, от его слов,