Невеста Бога - Валентина Ad

можешь предложить взамен ценной информации? — Людка красиво упала в старенькое кресло на территории курилки, закинув нога на ногу, медленно достала сигарету и собиралась насладиться своей властью.

— Пожалуй, веревку и мыло я тебе не стану предлагать, я тебя повешу на твоих-же шикарных волосах! — Выкрикивая все это, Ярослава набросилась на совершенно не ожидавшую ничего подобного Людку, схватила ее модную французскую косу, которую всего несколько часов назад самолично заплетала, и обмотала вокруг тонкой шеи почти два раза. — А какую информацию теперь можешь предложить ты, взамен собственной жизни?

— Э-э-э-э, Яра, мне реально больно! — моментально выбросив сигарету, Людка тщетно пыталась высвободиться из маленьких, но таких цепких рук. — Яра, отпусти!

Кто знает, чем могло бы все это закончится, если бы не вмешалась — мама Катя.

— Девчонки, вы что вообще?!!! — впервые в жизни, Катя закричала по настоящему, испуганно и пронзительно. — Вы в своем уме? Где вы, черт побери, находитесь?! Как вы себя ведете! Обе оштрафованы на дневную зарплату! А сейчас быстро брысь в зал. Ты посмотри на них, что устроили, пока другие не знают куда бежать и кого обслуживать в первую очередь, эти красавицы находят время чтобы сойти с ума! Вы же вроде девчонки, а ведете себя хуже многих парней.

— Ты просто ничего не знаешь!.. — начала было оправдываться Ярослава.

— Не знаю, и знать не хочу. Говорю — марш на рабочие места, а то будете работать не один, а два дня, а то и три, на добровольных началах, за «спасибо».

Обе опустив голову, и только изредка косясь друг на друга, девушки побрели в зал.

— Сучка, — зло прошипела Ярослава.

— Сама такая, — незамедлительно парировала Людка.

ГЛАВА 8

— Не может быть…

Веря, но не до конца, собственным глазам, прошептала Ярослава. Слова сорвались с губ неосознанно, а глаза застыли в одной точке.

— И вправду, быть того не может, что я так и не смогла воспользоваться таким шансом получить от тебя все что угодно. Это мурло, снова все испортило.

Люда, обозленная на весь мир, а в первую очередь на саму себя, решительно рванула работать, а Ярослава, превратившись в каменную статую — продолжала стоять на входе в роскошный зал. Он вернулся. Валера, такой желанный и такой родной, вернулся, чтобы дать ей шанс все исправить, все изменить. Его серые глаза с рыжеватыми вкраплениями, казалось отображают ту, о чувствах которой он даже не догадывается, но ее веснушки все равно поселились в его веселом взгляде. Его сильные ухоженные руки, задумчиво потирают подбородок а едва заметная улыбка выгодно оголяет белоснежные зубы. Взъерошенные русые волосы, великолепно подчеркивали и дополняли его излюбленный стиль кэжуал. Его внешность не была на столько мужественной, как у Ильи, лицо не было таким смазливым как Лешино, а мышцам было далеко до уровня Роминых, но он все равно был, есть, и будет — самым-самым для Ярославы. Валера легко включился в разговор, а Ярослава продолжала съедать его своим пристальным взглядом изо всех сил сдерживая бешенное желание прямо сейчас, при всех, выпалить все, что наболело. Она устала от этой непосильной ноши — безответной любви. Ей лишь хочется, чтобы ее чувства стали взаимными. Ей так хотелось простого, человеческого счастья. Она должна открыться, освободить томящееся чувство.

— Эй, подруга, ты еще долго будешь медитировать, словно удав на кролика? Или все же поработаешь? — Людке не нужно было применять ни дедуктивный метод, ни интуицию, ни психологию, чтобы заметить восторг и решительность в глазах подруги. Она знала ее достаточно хорошо, поэтому мгновенно оценив ситуацию, принялась ее спасать. — Ярослава, сейчас не время. Они полностью погружены в разговоры о своих командировках. Обсуждают, вспоминают, что-то решают, и тут ты… с ватой в голове.

— Люд, я понимаю что некстати, но если не сейчас, то когда? Вдруг он снова исчезнет, что тогда? — у Ярославы на лице отчетливо промелькнул панический страх, стоило ей об этом лишь подумать.

— Не переживай, в ближайшие полгода они будут радовать нас своим регулярным присутствием.

— Правда?

— Правда.

— А что еще ты знаешь, может все-же расскажешь, о чем вы беседовали? — Ярослава только сейчас вспомнила, что Людка ей так ничего и не сказала.

— Да ни о чем. Просто Илья рассказал, что они были в каких-то командировках, а в ближайшие полгода ничего не намечается и «слава Богу, так как они без нашей стряпни жить не могут».

— Что так и сказал?

— Почти.

— А что еще? — Ярослава не хотела успокаиваться, ей хотелось в подробностях все услышать.

— Ничего. Наш разговор я тебе уже озвучила, а сейчас мне работать пора. Тебе, кстати, тоже советую, а то ведь если мама Катя опять на нас нарвется, останемся в этом месяце вообще без зарплаты.

— Ну и пусть, мне все равно, — продолжая завороженно посматривать в Валерину сторону, прошептала Ярослава, и мечтательно закатив глаза сладко вздохнула.

— Яра, это-то понятно, что тебе СЕЙЧАС ничего не нужно, но ведь будет завтра, и послезавтра, и после-послезавтра, что тогда? Ты ведь на машину копила, или тебе уже и это не нужно? — внешний вид Ярославы, которая откровенно напоминала зомбированного осла, Люду просто выводил из равновесия. Как она, оптимистка и материалистка, в некоторой степени, может так меняться при виде ЭТОГО?

— На машину мне совсем немного осталось подкопить, и уж точно не за счет своей зарплаты я смогу это сделать, тебе ль об этом не знать. Так что Катей ты меня не напугаешь, пусть подавится моей «компенсацией за моральный ущерб», или зарплатой, как она любит ее называть.

— И что, теперь ты только на Валеру глазеть будешь?

— Нет, не только глазеть, нужно ведь как-то и внимание обратить на себя. А то я подойду к нему со своей запиской, а он даже не вспомнит — кто перед ним и откуда я его знаю.

На этом разговор был окончен, Ярослава решительно схватив с барной стойки меню, направилась встречать только-что прибывших гостей.

— Ну вот, так-то лучше, — погрузив на разнос заказ Воробьевых, Людка тоже принялась за работу, даже не догадываясь о шоу, которое ей вскоре предстоит увидеть.

Чего только не исполняла за эти полтора часа Ярослава, одному Богу известно. Ее обслуживание было на высоте. Ее щебет был слышен всем, кто имел уши, а смех ручьем разливался по всему заведению. Она танцевала с разносом, она напевала непонятные никому песни и светилась изнутри ярче любого солнышка. Она привлекла внимание к собственной персоне всего персонала и всех клиентов, у нее три раза попросили номер телефона, но самое