Единое целое - Наталья Анатольевна Захарова

предложил Баки, насмотревшийся на панорамы Набу. — С корнями. А мужское —

голубой сейбер, очень просто. Или женское сейбер, а мужское дерево? — Да. Так

правильно, — кивнул Оби-Ван. — Партнѐры носят на себе суть супруга. И гравировки

внутри. Имена со всеми титулами, это важно для набуанцев. Статус. Ювелир выслушал

пожелания и начал предлагать дизайн. В конце концов он и Баки определились, и теперь

осталось только дождаться заказа и поправить мастеру память. А для обоснования визита

Баки заказал ещѐ пару колец, простых, с надписями. Пусть будут. Если что, подарит кому.

Зато в памяти и записях мастера не будет противоречий. Приходил? Да. Заказывал? Да.

Вот эскизы и прочее. Баки не собирался хоть что-то пускать на самотѐк. Сразу после

получения колец Баки повесил их на цепочке на шею и начал собираться. Вот теперь

можно и на Набу лететь. А там — родню обаять и записи о свадьбе Скайуокера

уничтожить. Мелочи. А уже после визита Баки планировал навестить дорогую сестру.

Плана беседы с ней у него пока не было, но пряников Лея от него точно не получит. Тоже

мне, цаца! Брат-фермер еѐ не устраивает! Сила подсказывала Баки, что, узнав о смене

статуса, Лея кардинально изменит своѐ отношение и планы на Люка. И Баки

предвкушающе потирал руки, представляя себе, как он еѐ обломает. Но сейчас на первом

месте стояли Наберрие. Что сказать… Прогнозы Оби-Вана оправдались, как и Баки.

Наберрие ухватились за новоявленного родственника руками и ногами сразу же, как

получили результаты теста на генетическое родство. Теперь оставалось ответить на

вопросы и выработать стратегию признания. Ну и документы. На сообщение о

джедайском браке набуанцы только моргнули. С одной стороны, доказать нельзя никак, с

другой, открывается возможность выправить документы с их стороны. Невзначай

обмолвившийся о кольцах родителей Баки выжал из женской части родни целый водопад

слѐз. Джобал прижала к груди кольца и разрыдалась. Руви вздохнул, обнимая супругу. Он

горе от воспоминаний переживал молча. Понадобилось время, чтобы всех успокоить, и

беседа вновь перешла в деловое русло. — Мы сделаем записи о домашнем браке, —

наконец изрѐк Руви. — Есть вариант. Понтифик Братства Познания. Он имеет право

венчать. В то время им был… — мужчина задумался, — Максирон Аголерга. Да. И раз

брак тайный, семейный, то записи в Братстве отсутствуют. Или… Надо подумать, как

лучше. Баки решил, что наведается в Братство сегодня же. И любые записи, где

упоминаются Падме и Скайуокер, изымет. Тут ему помогут Сила и Оби-Ван. Визит в

архив неожиданностей не принѐс. Запись они нашли быстро. Баки засунул еѐ в карман и

пошѐл искать дальше — ему нужны были личные дневники Аголерги. Они тоже нашлись

в архиве: несколько полок, подписанные и пронумерованные. Баки в два счѐта нашел

записи за нужный год и принялся листать толстую прошитую книгу, исписанную чѐтким

почерком с затейливыми завитушками. Запись имелась: двадцать листов восторгов.

Детальное описание платья и украшений невесты, описание жениха, описание природы и

поместья… Восторги насчѐт романтики и прочего. Баки осмотрел дневник: записи можно

было осторожно вырезать, что он и сделал. Немного предусмотрительно взятого с собой

клея, правильно прижать листы — и вот уже всѐ выглядит нетронутым. Хорошо, что

священник страницы не нумеровал! Вернулся он в поместье с добычей и первым делом

развернул свидетельство. Два идиота, вот первая мысль. Никаких тебе псевдонимов, которые отлично были слышны на записи. Бумага хвасталась настоящими именами. О чѐм

они думали?! Всѐ добытое полетело в чашу, стоящую на столе, и сгорело. Пепел Баки

смыл, чашу вымыл и поставил на место, после чего пошѐл спать. Всѐ. Никаких

подтверждений, что Падме Наберрие и Энакин Скайуокер сочетались браком, больше не

существует. А Вейдер пусть удавится в своѐм посмертии. Порядка через боль Баки

нажрался по самые гланды, и хоть как-то оправдывать геноцид не собирался.

Часть 8. Перспектива сияющего песца

К проблеме отдыха Люк подошѐл со всей ответственностью рыцаря-джедая: мастером он

пока что себя не считал, хотя его именно так и называли. Проблемы с продуктами

решились с помощью доставки, вода, электричество и прочее в доме имелись, подключѐнные, уборка тоже не напрягала совершенно: отличное медитативное занятие.

Они спали вволю. Завтракали. Убирали дом: протереть пыль, помыть полы, если

требуется — убрать на кухне. Обедали, очень плотно. После чего шли знакомиться с

окружающим миром. Знакомился не только Люк, но и Стив. Как выяснилось, его

понимание окружающей реальности было достаточно однобоким, так что он теперь

восполнял пробелы в знаниях и учился отдыхать. Они гуляли по улицам, заходили в

магазины — крошечные частные лавки и огромные моллы, посещали кафе и кофейни.

Пробовали новое, сравнивали. Ходили на фермерский рынок, где можно было не только

купить продукты, но и вволю почесать языки. Знакомились с людьми. Смотрели фильмы.

Даже пару раз посетили концерты. Их никто не узнавал: без пафосных костюмов

Капитана и Солдата, причѐсанные, неторопливые, одетые как подавляющее большинство

молодых мужчин, они просто стали одними из. Не супергероями, а просто сильными и

красивыми парнями, на которых заглядываются девушки. Естественно, они знакомились и

углубляли знакомства, благо в средствах не нуждались: память Баки хранила в себе много

полезного. Стив начал рисовать. Люк заинтересовался комнатными цветами. А вечерами

они проводили спарринги: полный контакт, без ограничений. Единственное, на протез

Люк надевал перчатку для кикбоксинга. Память тела Баки была потрясающа и невероятна.

В драках и умении убивать он был уникальным специалистом. Стива он размазывал за

пару минут просто за счѐт своих навыков. — А на авианосце ты был слабее, — жаловался

Стив, утирая кровь с разбитой губы или текущую из носа. — Там я тебя жалел, — заявлял

Люк. То, что жалел не он, а Баки, его не смущало совершенно. И жалеть Стива он не

собирался: пусть шевелится, пусть учится не продавливать массой или брать силой и

скоростью, а понимать, что и как делать. Да, Стива учили, но недостаточно жѐстко и мало.

А потом Люк купил тренировочные мечи — боккены, как назвал их продавец, и Стив

начал огребать в пять раз больше. Люк теперь часами тренировался, повторяя ката одно за

другим, благо регулярно появлялся Оби-Ван, информировал, что и как, и помогал

осваивать науку обращения с сейбером. И пусть вместо сейбера просто палка в форме

чуть изогнутого меча, это сути не меняло. Стив, поглядев на такое дело, тоже

подключился. Медитации ему