Бывшие. Ненавижу. Боюсь. Люблю? - Аелла Мэл

малышки, сразу же включается в игру с Муслимом и Селимом. Я не могу сосредоточиться, мысленно возвращаясь к девочке, к её лицу, к этому леденящему душу сходству. Но надо взять себя в руки! Надо!

— А это брат Залины, Марат, — знакомит меня Селим, и мне приходится отложить все вопросы на потом, спрятав смятение, ужас и надежду за маской вежливости. Я чувствую, как мышцы лица деревенеют, пытаясь изобразить нечто, отдалённо напоминающее улыбку.

— Рад знакомству, — говорю я, и мой собственный голос кажется мне чужим, доносящимся издалека. Я протягиваю руку мужчине, и мои пальцы на мгновение сжимаются.

— Взаимно. Айнушка, — сразу же поворачивается он к девушке, и я ловлю на себе его короткий, оценивающий взгляд. — Слышал, ты решила остаться у родителей. Сбежала от нас.

— Ненадолго, брат, — отвечает она, и её улыбка снова становится натянутой, искусственной. Она снова бросает на меня короткий, полный немой тревоги и предостережения взгляд.

— А где твоя невеста, дядя? — склоняет голову набок малышка, и снова это движение, эта манера — всё до боли знакомо, каждый жест — удар по сердцу. Не могу поверить в то, что вижу! Всё ещё кажется, что это какая-то жестокая, безумная иллюзия.

— Они скоро придут, и ты с ней познакомишься, — щёлкает её по носу Муслим, но его глаза при этом пристально смотрят на меня. — Марат, не позовёшь их?

Его взгляд — проницательный, изучающий, полный немого вопроса — вперился в меня. Он даёт мне время прийти в себя, хоть и не до конца понимает, что со мной происходит. Да что уж там — я и сам ни черта не понимаю! Во мне бушует ураган из эмоций — невыносимая боль, жгучее любопытство, леденящий страх и какая-то безумная, пугающая надежда.

— Сейчас, извините, — киваю я, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Мой кивок обращён всем и никому конкретно одновременно. Разворачиваюсь и быстрым, почти бегущим шагом ухожу, оставляя за спиной этот смех, эти улыбки и эту страшную, неразгаданную загадку в образе маленькой девочки.

Ворвавшись в наш дом, я с силой захлопываю за собой дверь, прислоняюсь к ней спиной и закрываю глаза, пытаясь перевести дух. Потом, почти не помня себя, поднимаюсь в свою комнату. Ванная. Я с силой поворачиваю кран, и ледяная вода с шумом бьёт в раковину. Я набираю полные ладони и с ожесточением брызгаю в лицо. Холод обжигает кожу, но не может охладить пожар внутри. Я должен прийти в себя! Я схожу с ума! Эта малышка, которая так похожа на мою сестру… Её глаза, её лицо, её улыбка, каждый её жест… Всё это — моя Айка, воскресшая в этом ребёнке, моё потерянное счастье, моё незаживающее ранение.

Как такое возможно, чёрт побери? КАК?

Глава 12

Схватив телефон, я с такой силой впиваюсь в него пальцами, что костяшки белеют. Набираю номер друга. Он должен помочь. Я не смогу оставаться спокойным, пока не выясню всё. Даже то, что я обещал себе — ждать, пока они сами не придут к моему порогу, — я готов нарушить, если выяснится, что у меня есть дочь.

Моя дочь…

Возможно ли это?

Вероятность ужасающе высока. В ту ночь я не предохранялся. В ту проклятую ночь мне было не до этого. Всё, чего я хотел, — это отомстить. И я сделал это! Но эта… малышка. Как я мог не подумать, что она могла забеременеть? Как? Я же не идиот, не тупица! На Джамала орал, что тот мозгами не думает, а сам… Сам оказался ничем не лучше!

Чёрт!

— Джамал, отправь мне номер Алтая, — без предисловий бросаю в трубку, едва он отвечает на звонок.

— Что случилось? — его голос мгновенно становится настороженным.

— Просто отправь мне номер! — кричу я, нервно проводя рукой по волосам. Мысль о том, что у меня может быть дочь, не даёт покоя, сверлит мозг, лишает рассудка.

— Ладно, но потом жду объяснений! — твёрдо заявляет он и отключается.

Получив номер, я тут же набираю его. Трубку не берут. Раз за разом. И наконец-то он отвечает.

— Алтай?

— Слушаю. Кто это?

— Марат.

— Ты? — в его голосе слышится удивление и тревога. — Брат, не впутывай меня в это снова! Я лишь показал тебе фото, за последствия отвечаешь ты сам!

— Заткнись! Мне нужно, чтобы ты разузнал об их семье всё! Про каждого члена семьи!

— Марат, я не хочу неприятностей! Я живу спокойной жизнью, и проблемы мне не нужны.

— Алтай, я не прошу тебя идти в их дом и расспрашивать! Просто найди информацию, и всё. Мне это нужно, чёрт тебя подери! — я почти рычу в трубку, чувствуя, как теряю контроль.

— Марат…

— Не вынуждай меня приезжать туда! Если я приеду, ты уже не отвертишься и пойдёшь со мной в этот проклятый дом! И мне плевать на последствия и на то, что будет с тобой!

— Какая муха тебя укусила? — рычит он в ответ. — Я только женился, начал спокойную жизнь, а ты… Чтоб ты провалился! Ладно, узнаю.

— Час времени!

— Чего? Охуел? К завтрашнему утру!

— До вечера! Если сегодня до полуночи ты не дашь мне информацию, завтра утром я буду стоять у твоих ворот! Что будет дальше, ты отлично знаешь.

— Чтоб я сдох, когда согласился связаться с тобой! Хорошо, будет тебе всё! — он бросает трубку.

Полдня. Мне нужно продержаться полдня, и я узнаю хоть что-то. Узнаю…

— Брат? — в комнату заглядывает Залинка. Заметив моё состояние, она хмурится. — Что-то случилось?

— Нет, всё хорошо, мышка, — обнимаю её и целую в макушку, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Всё хорошо.

— Точно? — она поднимает на меня глаза, полные беспокойства.

— Точно. Небольшие проблемы на работе, — выдавливаю улыбку, чувствуя, как сжимается сердце.

Как я скажу ей и маме, что у меня, возможно, есть дочь? Как я расскажу им о том, что натворил? Я упаду в их глазах ниже некуда. Мама… Она возненавидит меня!

Но если эта малышка и правда моя дочь… Я согласен на всё, пусть только она окажется ею! И чтобы выяснить это, у меня есть всего несколько дней. Через два дня — свадьба сестры, а после…

— Нас ждут у