100 великих военных стратегов - Алексей Васильевич Шишов

Вне всякого сомнения, свои первые героические деяния на полях брани он совершил до того, как стал популярным военным вождем цийского войска. Но чтобы стать им, Сунь Пину пришлось не просто воевать на различных командных должностях, но и «простажироваться» в роли главного военного советника царского полководца Тянь Цзи.

Эпоха «Сражающихся царств» (по-китайски — Чжан Го) или «эра сражающихся царств» привела к тому, что из большого числа древнекитайских государств наиболее сильными стали Вэй, Ци, Чу, Янь, Чжао, Хань и Цинь. Эти царства постоянно враждовали между собой, стремясь расшириться территориально за счет более слабого соседа или вовсе поглотить его.

Одной из самых крупных войн эпохи «враждующих царств» стала война между Вэй и Хань. Она началась с того, что вэйская армия внезапно вторглась на территорию соседа и стала традиционно ее опустошать: грабить то, что можно разграбить, и жечь то, что можно было предать всепоглощающему огню. Население же уводилось в рабство.

Статуэтка всадника эпохи «Сражающихся царств». IV–III вв. до н. э.

Правитель государства Хань не был готов к достойному отпору врагу и потому попросил военной помощи у царя Ци, который до того кроваво враждовал с Вэй. Ханьский царь был искусным дипломатом своего времени: он знал, к кому и почему можно обратиться с просьбой о союзничестве. На свои же военные силы в той ситуации ему рассчитывать не приходилось.

Правитель Ци согласился оказать помощь, опасаясь, что в случае поражения Хань царство Вэй значительно усилится и станет смертельно опасным для него. Для вторжения на вэйскую территорию направляется многотысячная армия, усиленная отрядами боевых колесниц под командованием способного полководца Тянь Цзи. Ему предписывалось нанести удар по самой столице враждебного царства. Главным его советником становится стратег Сунь Пин со славным боевым прошлым.

Однако выступление цийской армии не стало большим секретом для противной стороны. Вэйский главнокомандующий Пань Чуан, узнав о походе своего старого знакомого по войнам полководца Тянь Цзи, срочно покидает со своими войсками ханьские земли и спешит на защиту своей столицы. Возможно, на то он получил строжайший приказ правителя Вэй возвратиться назад. По всей видимости, вэйцы в спешке не смогли прихватить с собой значительную часть награбленного добра. Но благодаря этому они, не обремененные богатой военной добычей, совершили быстрый переход.

Полководец Тянь Цзи, следуя советам мудрого стратега Сунь Пина, приказал своей армии ложно отступить, оставив в походном лагере многие «вещественные» свидетельства паники и беспорядочного бегства. Они выглядели весьма убедительно.

Не первый и не последний вэйский главнокомандующий Пань Чуан попался на военную хитрость противника: он и его военачальники решили, что вэйцы испугались их войск, так успешно действовавших на земле царства Хань. Пань Чуан приказал без промедления начать преследование отступавших «в большой панике» к своей границе войск Ци.

Вэйская армия, поспешая, двигалась за цийцами, которые все так же «отмечали путь своего панического бегства». Пань Чуан при всем своем опыте, уповая на «страх» цийцев перед ним, совсем забыл об элементарной на войне бдительности и о том, что разведка в походе должна вестись хотя бы ближняя.

Около 353 года до н. э. при Малине состоялось генеральное сражение, в котором древнекитайский стратег Сунь Пин продемонстрировал высокое искусство организации больших засад. По его совету полководец Тянь Цзи разместил в хорошо устроенной засаде 10 тысяч арбалетчиков (!). Армия Вэй шла в походном порядке, и, когда на нее обрушились тучи железных стрел, она оказалась не в состоянии развернуться из походных колонн в боевой строй.

Вэйская армия в самом начале Малинской битвы оказалась в ловушке. Когда цийские арбалетчики окончательно расстроили их ряды и нанесли огромный урон в людях, в атаку пошли боевые колесницы и пешие воины. Они и завершили полный разгром неприятеля. В ходе сражения вэйцы оказались почти полностью уничтоженными. Победителям достались огромные трофеи (прежде всего вооружение) и очень мало пленных для продажи в рабство.

Страшный разгром вэйской армии при Малине от цийцев никак не отразился на завоевательных устремлениях правителя Вэй. Он восстановил численность своих войск и вновь пошел войной на своего соседа, только теперь это было царство Чжао. Поход начался удачно, и вскоре неприятельская столица оказалась осажденной.

Здесь история повторилась, как было двенадцатью годами раньше. Правитель Чжао попросил военной помощи все у того же царства Ци. И вновь направление удара цийской армии не менялось — она устремилась на вэйскую столицу, опустошая все по пути. Только теперь тактическое руководство полностью осуществлял стратег Сунь Пин, оставаясь все в той же должности советника главнокомандующего.

Все повторилось в ходе той войны: царь Вэй, как только получил первое известие о вторжении в свои владения цийцев, приказал своей армии покинуть территорию царства Чжао и спешить на защиту собственной столицы. Вэйцы вновь совершили быстрый обратный марш. И на этот раз Сунь Пин сумел устроить им хитроумную засаду.

Битва двух больших армий состоялась при Гуйлине около 341 года до н. э. Вэйская армия во второй раз оказалась в ловушке по дороге. Ее сторожевое охранение не заметило вражеской засады, и вэйцы были атакованы со всей внезапностью одновременно с трех сторон. На них обрушился град арбалетных стрел, и походный строй быстро смешался. В одночасье огромная армия оказалась неуправляемой.

Беда вэйской армии сказалась и в другом. Многие ее военачальники оказались убитыми в самом начале сражения, когда до рукопашной схватки было еще далеко. Когда цийцы дружно вышли из засады на поле битвы, их противник уже обратился в повальное бегство. Только части вражеских воинов удалось спастись от настойчивых преследователей, рассеявшись по окрестным лесам.

Тактика засад, примененная цийским стратегом Сунь Пином в сражениях против вэйской армии под Малином и Гуйлином, называется по-китайски «окружая Вэй». Изучение этой весьма поучительной тактики стало неотъемлемой частью военного образования в Китае не только во времена древности, но и в XX столетии. Известно, например, что Мао Цзэдун очень высоко ценил тактическое искусство Сунь Пина, высокочтимого героя эпохи «Сражающихся царств».

Агафокл Сиракузский

361 или 360–289 годы до н. э.

Авантюрно мыслящий тиран Сиракуз, нанесший в Африке удар Карфагену, армия которого «завязла» на Сицилии. При этом он «сжег за собой корабли». Редкий пример десанта в глубокий вражеский тыл.

Чтобы стать рискованным полководцем в подражание другим, совсем не надо быть великим победителем. Для этого надо прославиться авантюрной операцией, построенной и на здравом смысле, и на редкой для военных вождей решительности в, казалось бы, неадекватных поступках на войне. Именно