Был ли Сталин «умеренным» в марте 1917 года? - Ларс Т. Ли

Но из этого следует, что неразумно добиваться для России федерации, самой жизнью обреченной на исчезновение.

«Дело Народа» предлагает проделать в России опыт Соединенных Штатов 1776 года. Но есть ли хоть отдаленная аналогия между Соединенными Штатами 1776 года и Россией наших дней?

Тогда Соединенные Штаты представляли собой собрание независимых колоний, не связанных между собой и желавших связаться по крайней мере конфедеративно. И это их желание было вполне понятно. Представляет ли нынешняя Россия что-либо подобное? Конечно, нет! Для всех ясно, что области в России (окраины) связаны с центральной Россией экономическими и политическими узами, и чем демократичнее Россия, тем прочнее будут эти узы.

Далее. Для того, чтобы установить в Америке конфедерацию или федерацию, необходимо было объединить не связанные еще между собой колонии. И это было в интересах экономического развития Соединенных Штатов. Но для того, чтобы превратить Россию в федерацию, пришлось бы порвать уже существующие экономические и политические узы, связывающие области между собой, что совершенно неразумно и реакционно.

Наконец, Америка (так же, как и Канада и Швейцария) разделяется на штаты (кантоны) не по национальному признаку, а по географическому. Там штаты развились из колоний-общин, независимо от их национального состава. В Соединенных Штатах имеется несколько десятков штатов, между тем как национальных групп всего 7–8. В Швейцарии существует 25 кантонов (областей), тогда как национальных групп всего 3. Не то в России. То, что принято в России называть областями, нуждающимися, скажем, в автономии (Украина, Закавказье, Сибирь, Туркестан и др.), есть не простые географические области вроде Урала или Поволжья, а определенные уголки России с определенным бытом и (не русским) национальным составом населения. Именно поэтому автономия (или федерация) штатов в Америке или Швейцарии не только не решает национального вопроса (она и не преследует такой цели!), но даже не ставит его. Между тем автономию (или федерацию) областей России для того собственно и предлагают, чтобы поставить и решить национальный вопрос в России, ибо в основе разделения России на области лежит национальный признак.

Не ясно ли, что аналогия между Соединенными Штатами 1776 года и Россией наших дней искусственна и нелепа?

Не ясно ли, что федерализм в России не решает и не может решить национального вопроса, что он только запутывает и усложняет его донкихотскими потугами повернуть назад колесо истории?

Нет, предложение проделать в России опыт Америки 1776 года – положительно непригодно. Половинчато-переходная форма – федерация – не удовлетворяет и не может удовлетворить интересов демократии.

Решение национального вопроса должно быть настолько же жизненным, насколько радикальным и окончательным, а именно:

1) право на отделение для тех наций, населяющих известные области России, которые не могут, не хотят остаться в рамках целого;

2) политическая автономия в рамках единого (слитного) государства с едиными нормами конституции для областей, отличающихся известным национальным составом и остающихся в рамках целого.

Так и только так должен быть решен вопрос об областях в России.

Комментарий: Сталин, будущий нарком по делам национальностей, выступает здесь против любых форм федерализма в пользу централизованного унитарного государства. Позже, при перепечатке этой статьи в 1924 году, Сталин снабдил ее обширным примечанием, объясняющим, почему в СССР в итоге было принято федеративное устройство.

Сталин в Петроградском Совете рабочих и солдатских депутатов

Документ 9

Замечание Сталина на заседании Петроградского Совета 22 марта[42]

Сталин. Гарантии свободы – к этому [сводятся] все вопросы. Изнутри несерьезная опасность, пока армия с народом. Опасность продовольственной разрухи. Церетели говорил: бросить слова, заняться организацией продовольственного [дела]. Сокращение посевов. Как ни расширяй функций Совета р. и с. д., единственная гарантия – мир. Пока мы [его] не обеспечим, мы продовольственного кризиса [не ликвидируем].

Именно потому своевременно открыть кампанию за мир. Как бы ни организовывали фронт, [это эффекта не даст]. Синица не зажигала море – техническое превосходство. Единственная гарантия – усиление мирного движения во всех народах, углубление революционного движения. Только тогда не осмелятся. Если заставят высказаться русское правительство, то массы поймут, что они лили кровь за захваты. Открыть глаза рабочим, что их ведут на бойню. Говорят, что не ведем захватную политику. Временное правительство не может не вести [империалистической политики. Оно в когтях финансового капитала Англии и Франции. Углубится революционное движение во всех странах. В этих целях [документ обрывается].

Всероссийское совещание партийных работников РСДРП(б), 28 марта – 2 апреля

Документ 10

Доклад Сталина об отношении к Временному правительству (29 марта)

Русская революция разыгралась не в обычной обстановке, а в обстановке империалистической войны. Этот факт наложил особый отпечаток на развитие революции. Факт войны сделал то, что революционный кризис, осложненный кризисом продовольственным, разрешился очень быстро. Благодаря войне армия сыграла роль, которой она ни в одной революции не играла, благодаря тому что все взрослое население оказалось мобилизованным и армия присоединилась к восставшему народу, факт войны – изоляция царизма даже от империалистических буржуазных кругов. Царизм, благодаря изменам оттолкнул от себя буржуазию. Даже империалистические круги Запада, Англии и Франции повернулись спиной к царизму, ибо хотели иметь во главе русского правительства людей, могущих вести войну до конца.

Четыре силы революции: две основные: рабочие и солдаты – и две второстепенные: империалистические круги наши и англо-французские, – объединившись, подготовили почву для такого легкого и быстрого сокрушения царизма. Но раз разнородные силы, следовательно разнородны и цели. Верхи – буржуазия, наша и западноевропейская, объединились для перемены декорации, для замены одного царя другим. Они желали легкой революции, вроде турецкой, немного свободы для ведения войны – маленькой революции для большой победы.

Низы же – рабочие и солдаты – углубили революцию, разрушив основы старого строя. Таким образом, как бы шло два потока – снизу и сверху, – которые и выдвинули два правительства, две силы: 1) Временное правительство, поддерживаемое англо-французским капиталом, и 2) Совет Рабочих и Солдатских Депутатов. Власть поделилась между двумя органами, из которых ни один не имеет всей полноты власти. Трения и борьба между ними есть и должны быть.

Роли поделились. Сов. Р. и С.Д. фактически взял почин революционных преобразований: С.Р. и С.Д. – революционный вождь восставшего народа, орган контролирующий Временное Правительство. Временное же Правительство взяло фактически роль закрепителя завоеваний революционного народа. С.Р. и С.Д. мобилизует силы, контролирует. Временное же Правительство – упираясь, путаясь, – берет роль закрепителя тех завоеваний народа, которые фактически уже взяты им.

Такое положение имеет отрицательные, но и положительные стороны: нам невыгодно сейчас форсировать события, ускоряя процесс откалывания буржуазных слоев, которые неизбежно впоследствии