Выбираю себя. После развода - Елена Левашова

– Поедем, Эль? – касается моей руки Адам.

Невозможно красивый… И временно мой. Три жалких дня он будет моим…

– Поедем.

Мимо проносятся потрясающие городские пейзажи… Закат рассыпает по небу розово-оранжевую пыльцу, подсвечивая мост. От поверхности реки отражаются блики уходящего солнца… Корабли покачиваются возле берега… Кричат птицы, шумит листва, ветер рвется в приоткрытое окно, ласково овевая разгоряченные щеки.

Я хочу жить… Впитывать красоту этого мира и щедро делиться с ним любовью…

– Элька… Я так рад, что ты согласилась, – вырывает меня из задумчивости Адам. – Ты не пожалеешь, я уверен. Я сделаю все, чтобы тебе было хорошо.

Наши пальцы переплетаются. Его сильная, большая рука слегка сжимает мою ладонь. Что мне ответить на это? Я тоже рада…

– Ты хотел рассказать что-то про Льва, – вздыхаю я.

– Он возомнил себя подрядчиком.

– Черт! Я же запретила ему в это лезть еще в прошлом году. Значит, он открыл левую фирму и решил распорядиться собственным начальным капиталом?

– А он полез. Не понимая правил работы с государством, взялся сразу за крупный объем и… Он не сдал вовремя работу, получил кучу штрафов от проверяющих инстанций. Контракт с его фирмой расторгли, теперь он должен рабочим и коллегам по несчастью.

– Я боюсь спрашивать о сумме контракта. Если наши с ним заработки показались Симонову недостаточными, то… – качаю головой я.

– Большой объект, да… Ему нужна фирма и дом, чтобы рассчитаться с подрядчиками, поверившими ему на слово. Но и они не покроют издержек. Он банкрот, Эль… В его ситуации проще сбежать. Не понимаю, что он может дать своей молоденькой любовнице? Она же свалит через месяц!

– Меня это больше не волнует, Адам. Пусть отдаст причитающуюся мне половину и сам решает свои проблемы.

– Как хорошо, что ты все узнала... – облегченно вздыхает он. – Лев планировал распродать недвижку и свалить куда подальше. А разъяренные подрядчики стали бы терзать тебя. Пугать, давить, караулить возле дома.

– Ужас... Ты прав. Хорошо, что я узнала обо всем вовремя. Соломатин же завершит дело?

– Конечно.

Глава 18.

Глава 18.

*Эльвира*

Мне их совсем не жаль… Льва, Римму Антоновну и Катю… Видит бог, я пыталась ужиться, смирялась с их поведением, терпела ради мужа… Да все терпела! И что теперь?

Оказалась не у дел. Выброшенная, постаревшая баба…

Правда, в моей картине мира что-то не складывается. Меня везет в загородный отель красивый и успешный мужик.

А мой любимый пес ночует сегодня в его доме…

– Эль… Элька… Светлячок, – вырывает меня из задумчивости Адам, переплетая наши пальцы.

Вздрагиваю, отрывая взгляд от яркого, бушующего разными красками, пейзажа… Я все равно хочу жить… Дышать ароматным, вечерним воздухом, мечтать, строить планы…

И любить хочу… Вряд ли я снова доверюсь кому-то… Слишком это тяжело после всего, что случилось.

Мужские обиды въедаются в душу намертво… Укореняются, прилипают подобно репейнику…

– Почему светлячок? – спрашиваю я, встречаясь с ним взглядом.

– Светленькая. Красивая, тонкая… Элька, я так рад, что ты поехала со мной.

– Ты уже говорил. А я… Наверное, я рада, что… ты меня украл. Адам, я никогда не совершала таких безрассудных поступков… Даже в юности.

– Расскажи, – просит он, улыбнувшись и бросив на меня полный огня взгляд.

– Что именно? Вышла замуж рано… Мы вместе поднимали бизнес. Пока папа был жив, он помогал… Советом, иногда деньгами. Мама рано ушла… У меня никого нет, Адам. Есть тетка в Суздале, но мы редко видимся. Она старенькая уже.

– А что мешает съездить к ней гости? И почему вы редко видитесь? Поссорились?

– Нет, что ты. Мы дружим. Но рассказать о случившемся у меня не поворачивается язык. Тетя Нина – сестра моей мамы. Вот они да… Поссорились намертво и так и не помирились. Мама умерла, не простив ее. В то время и мы мало общались. Сам понимаешь – конфликт интересов, солидарность…

– Понимаю. Эль, новая жизнь полна сюрпризов. А двоюродные братья или сестры у тебя есть?

– Есть, – морщусь я. – Сын тети Нины – алкаш Володя… Непутевый, слабый… Я его жалею, иногда деньги присылаю, но… Не поверишь, но Лев всегда пренебрежительно отзывался о моей родне.

– У него она не лучше, – усмехается он. – Одна мамаша чего стоит. Эль, воспринимай свое новое положение, как благодать. Посмотрим, как сложится их жизнь дальше… Сомневаюсь, что хорошо. Алина сбежит, запоздало осознав, что деньги кончились. А Льву ничего не останется, как податься в бега…

Я киваю, в красках представляя заманчивую картину: томно вздыхающая Римма Антоновна, плачущая Катя… Льву теперь придется продать ее машину… И дом, и фирму…

Адам паркуется возле оплетенных сочным, зеленым плющом ворот.

– Тебе здесь понравится, обещаю. Если захочешь, можем вечером покататься на лодке. Здесь чудесное озеро и…

– Ты многих сюда привозил? – выпаливаю для чего-то.

Какая разница, с кем он был? И я не последняя… Почему я не могу хотя бы раз отпустить все? Перестать планировать, думать о будущем? Жить одним днем, мгновением?

– Бывало, – честно отвечает он. – Эль, хватит уже… Идем.

Территория зеленая, ухоженная… Трещат сверчки, шелестят камыши, а ветер несет ароматы реки… Адам забирает из моих рук дорожную сумку, легко сжимает мою ладонь и ведет к широкому крыльцу.

– Я забронировал номер в одиннадцатом корпусе, – протягивает Адам. – Вид из окна тебе понравится. Озеро, горы, лес…

– Ты очень предусмотрительный, – заливаюсь румянцем я.

Нас оформляют быстро… Адам забирает ключ-карты и ведет меня к корпусу, спрятанному в тени высоченных акаций.

Потрясающее место. Уютное, дарующее покой и умиротворение… Или это он дарит? Мужчина, идущий рядом и крепко сжимающий мою руку?

– Проходи, располагайся, – произносит он, распахиваю дверь.

– О. Двухкомнатный, – улыбаюсь я, замирая возле панорамного, широкого окна.

Предвкушение рассыпается по коже тысячами острых иголок… Адам медленно подходит, обнимая меня со спины. Зарывается носом в мои волосы и шепчет в ухо:

– У тебя на шее голубая жилка. И… И родинка за ушком, и…

– Господи… Я и не знала, что у меня там есть родинка.

– Элька… Ты мне так нравишься, до ужаса просто… До чертиков…

– Я… Я хотела сначала в душ, – сиплю я, обнимая его плечи.

– Потом… Или вместе давай?

– Любишь мыть женщин?

Адам