Весь Карл Май в одном томе - Карл Фридрих Май

Они ехали по довольно круто вздымавшемуся косогору. Как только подъем окончился, покрытый хвойным лесом склон вдруг резко обрывался вниз. Всадником даже пришлось спешиться и вести лошадей в поводу.

— Еще шагов двести, — успокаивал Гринли, — а потом появится долина. Она невелика, и посреди нее находится огромная скала, рядом с которой растет могучий столетний бук.

Преодолев указанное расстояние, спутники Гринли буквально остолбенели, зачарованные красотой открывшегося перед ними пейзажа. Прямо под ногами почва почти отвесно уходила вниз; они оказались на верхнем краю котловины, образованной обрывистыми скальными стенами. С южной и с северной стороны котла вели два узких выхода. Путники находились на выступе западной стеньг, нависавшем над котловиной. Скала, о которой говорил Гринли, была почти рядом. А дерево возле нее поражало такой совершенной красотой, что привело бы в восхищение любого живописца.

— Вот это да! — не удержался Баумгартен.

— Тсс! — остановил его Гринли. — Мы здесь не одни. Видите индейцев? Там, с северной стороны? Там же пасутся их лошади.

Краснокожие сидели в тени скальной глыбы, спасаясь от знойных солнечных лучей. Лица их были раскрашены боевыми красками, полностью скрывавшими черты лица. У одного из индейцев за налобной повязкой торчали два орлиных пера. И только теперь трое путников заметили темную полосу в траве, начинавшуюся у южного входа и, словно шнур, тянувшуюся до самой скалы.

— Это след, оставленный краснокожими, — сообщил своим спутникам Гринли.

— Пожалуй, нам не стоит идти дальше, — с озабоченным видом произнес банкир. — После пуэбло я не верю ни одному индейцу.

— Я знаю этих краснокожих, — спокойно ответил Гринли, — и даже имя одного из них: это Мокаши, вождь нихора.

— Что может означать это имя? — осведомился бухгалтер.

— Бизон. Когда-то этих животных было много в саваннах, и вождь прославился как удачливый охотник.

— Если вы его знаете, то и он, может быть, вас знает?

— Конечно, ведь я несколько раз бывал в его племени. Случалось это, правда в мирное время, но он всегда был расположен ко мне. Сейчас, когда выкопан топор войны, никому нельзя верить.

— Хм, что же делать?

— Да, собственно, ничего. Если просто спустимся вниз, они нас не тронут. Но на всякий случай лучше ему, конечно, не показываться.

— А объехать котловину никак нельзя?

— В принципе, можно, но окольный путь долог, и тогда мы сегодня не попадем на Нефтяное озеро. Нечего и говорить, что тогда разминемся с Батлером и Поллером, если они решат поехать нам навстречу. Да, не вовремя оказались здесь эти красномазые… Стой! — Гринли вдруг прервался. — А это что такое?

Он указал рукой в направлении южного входа в котловину, где двое пеших индейцев внимательно изучали след. Лица этих двоих тоже были в боевой раскраске. Один из них носил в волосах орлиное перо. Значит, он еще не был выдающимся вождем, и только надеялся проявить свое воинское искусство. Оба в руках сжимали ружья.

— Это навахо, — тихо, как будто боясь, что его услышат, произнес Нефтяной принц.

— Вы их тоже знаете?

— Нет. Тот, что с пером, очень молодой воин, и свое отличие получил уже после моего последнего визита.

— Вы и у навахо бывали? Смотрите! Дьявольщина! Они залегли в траву. Зачем они это делают?

— А вы не догадываетесь? Они же враги индейцев нихора. Вот она — встреча разведчиков двух враждебных племен. Навахо, похоже, нарвались на неприятелей. Смотрите, что теперь будет!

Гринли задрожал от возбуждения, и эта его дрожь тотчас охватила его спутников. С места, на котором они стояли, можно было легко наблюдать за происходящим, оставаясь невидимыми.

Двое навахо медленно ползли к скале.

— Мокаши и его спутник погибнут, — пояснил Нефтяной принц, — если просидят еще хотя бы минуту.

— А мы не можем помешать кровопролитию? — спросил взволнованный бухгалтер.

— Нет, нет… и… да! — вдруг повысил голос Гринли, которого осенила какая-то догадка. — Воспользуемся этим!

Навахо находились в десятке шагов от скалы. Если они до нее доберутся, то сидящим на другой ее стороне нихора придет конец.

— Воспользоваться? Как это? — едва переводя дыхание, спросил банкир.

— Сейчас увидите.

Гринли вскинул свою двустволку и прицелился.

— Бога ради! Вы же не будете стрелять?

Однако Баумгартен опоздал со своими уговорами: прогремело два выстрела подряд. Индейца с пером первая пуля поразила прямо в голову, и он умер мгновенно. Другой тоже рухнул на землю, взмахнув руками.

— Боже! Вы их застрелили! — в ужасе закричал Роллинс.

— Для моей и вашей же пользы! — холодно бросил Нефтяной принц. Он отложил ружье в сторону и свесился со скалы так, чтобы его можно было заметить снизу.

Напуганные неожиданным грохотом нихора едва не подпрыгнули, но сразу же упали на траву, стараясь стать как можно незаметнее для стрелка. Они подумали, что стреляют в них, ибо скала мешала увидеть мертвых навахо. Нихора были уверены, что стрелявший находится с другой стороны глыбы, и медленно поползли вдоль скалы, надеясь за ее поворотом застать стрелявшего врасплох. Тогда Нефтяной принц с ухмылкой крикнул им сверху:

— Мокаши, вождь нихора, может встать. Ему не надо прятаться, потому что его враги уже мертвы.

Мокаши бросил взгляд наверх и, увидев говорившего, издал возглас удивления, после чего спросил:

— Уфф! Кто стрелял?

— Я.

— В кого?

— В навахо. Можешь взглянуть на них. Их было двое, и теперь они лежат за поворотом скалы. Они мертвы.

Осторожный краснокожий не стал торопиться следовать совету бледнолицего. Он еще прополз до угла и опасливо выглянул за поворот. Потом приподнял голову выше, вынул нож, изготовился и сделал пару резких прыжков в сторону трупов. Увидев, что лежавшие не подают никаких признаков жизни, индеец выпрямился и крикнул Нефтяному принцу:

— Ты прав; они мертвы. Спускайся сюда!

— Я не один.

— С тобой бледнолицые?

— Да.

— Много их?

— Двое.

— Бери их с собой!

— Ну что, примем приглашение? — спросил Роллинс» Нефтяного принца.

— Естественно, — ответил тот.

— Это не опасно?

— Сейчас нет. Я спас жизнь обоим нихора, и теперь они перед нами в большом долгу.

— Но это же убийство, сэр, двойное убийство!

— Оставьте эти сантименты. Двое из четырех индейцев должны были в любом случае умереть. Если бы я не вмешался, погибли бы нихора. Крикни я — завязалась бы схватка, и вряд ли хоть кто-нибудь из этой четверки выжил. Черный жребий выпал навахо, а за это мы получим вечную благодарность и дружбу нихора. Теперь у нас не будет никаких забот — мы окажемся под защитой нихора. Успокойтесь и следуйте за мной!

Роллинс и Баумгартен поплелись следом, однако никак не могли отделаться от ужаса перед этим человеком, который только что, ради