Русские народные сказки и суеверные рассказы про нечистую силу - Александр Евгеньевич Бурцев

Идет он во дворец, и те два молодца идут. Она и спрашивает:

— Где же вы были?

— Извольте отгадывать.

Сейчас посмотрела в волшебное зеркало и говорит:

— Один лежал в сене, зарывшись, другой у коровы под яслями, а ты, молодой, взлетал на птице над моим дворцом.

Тем двум и голова долой, а Иван говорит:

— Ну, что же делать? Смерть так смерть.

И вышел тут старик, отец Марьи-царевны.

— Дай, — говорит, — ему еще раз спрятаться.

— Ну, ступай.

Вышел он в чистое поле, развязал другой узелок, и бежит лев-зверь.

— Садись на меня.

И ушел с ним под дом. И это отгадала Марья-царевна. Попросил за него отец-старик, чтобы еще раз ему спрятаться. Вышел он в поле, развязал третий узелок, и бежит щука. И ушла с ним на дно морское и села под камень. Выплыла и говорит:

— Ну, мы теперь тебе не слуги.

И это отгадала Марья-царевна.

— Ну, дочь моя любезная, — говорит царь, — дай ему четвертый раз спрятаться.

Вышел он на двор и спустился на бадье в колодец. И приходит горничная девушка за водой и увидала его.

— Ах, Иван, купецкий сын, я тебе помогу!

Вытащила его из колодца, стукнула в лоб, он и сделался маленькой рыбкой.

Бросила рыбку на пол, и стал он опять добрым молодцем.

— Ступай теперь.

Приходит он во дворец.

— Ну, отгадывай, — говорит.

Сколько Марья-царевна ни смотрела в зеркало, и бабушка в волшебной книге, — не могли отгадать. Выходит старик отец и говорит:

— Вот твоя нареченная невеста.

— Не супруга ли? — спросил Иван, купецкий сын. Тут Марья-царевна его узнала. И стали они жить да поживать, да добра наживать.

Про пьяных людей

Про то, как черт водит пьяных людей, крестьяне передают такой случай.

Однажды один крестьянин шел поздно вечером с крестин, порядочно захмелевши. Навстречу ему является его приятель и друг мужика Карп, ушедший несколько недель тому назад на заработки. Приятели решили обмыть водочкой свою встречу. Вот пошли они на ближайший постоялый двор. Дорогой охмелевший приятель вытаскивает свою табакерку и начинает нюхать табак.

— О, какая же у тебя дрянная «манерка» (табакерка), — говорит ему приехавший товарищ. — Погляди-ка, какая у меня.

Тут он вытаскивает золотой рог с табаком и показывает мужику.

— А давай, если так, поменяем, — просит мужик.

— Давай, — соглашается товарищ.

Вот подошли они к постоялому двору. Так как время было позднее и едва ли с улицы можно скоро достучаться к хозяевам, то товарищ и советует мужику:

— Лезь под ворота, чего думаешь?

— А ну-ка, Господи, благослови, — говорит мужик и хочет лезть под ворота.

Два приятеля (рис. Л. Альбрехта)

Но тут вместо ворот постоялого двора он увидел себя на худом мосту, который был устроен на глубокой речке для пешеходов. Приехавший товарищ научил лезть этого мужика в трещину, где бы он непременно залился. Опомнившись от испуга, мужик бросился скорее бежать домой. От страсти у него и хмель даже вышел из головы. Прибежав домой, он вспомнил про рог, который выменял у своего товарища. Полез в карман за ним и вытащил лошадиную, почти свежую с мясом кость.

На обрыве

Другой случай был такого рода.

Однажды один мужик ехал домой. Вдруг ему на пути является местный священник в полном облачении. Поравнявшись с мужиком, священник попросил его, чтоб он его подвез до села. Мужик согласился. Когда они подъехали к тому месту, где дорога шла по страшной крутизне над пропастью, священник этот, сойдя с лошади, начал, как бы пугая мужика, стаскивать сани в пропасть.

На обрыве (рис. Л. Альбрехта)

— Да ну, бать, не балуйся, а то не только лошади, но и нам с тобою можно головы поломать, если только, не дай бог, свалимся, — говорит мужик.

Священник после этих слов, видимо, приутих. Подъехав к самому опасному месту, поп этот не утерпел и начал стаскивать сани в пропасть.

— Господи Иисусе Христе. Да что ж ты, наконец, батька, делаешь? — кричит мужик и, размахнувшись, изо всей силы ударил попа по голове. Но вместо головы попа мужик так ловко угодил по обгорелому пню, который явился на место этого попа, что мужик во все горло заорал от боли. Между тем попа и след простыл, а пень, которого мужик счел за попа, от удара покатился в пропасть, и оттуда вслед за ним слышался какой-то пронзительный хохот. Тут только мужик смекнул, что с ним был не настоящий священник, а черт в образе его.

У крыльца церкви (рис. Л. Альбрехта)

—

Одна крестьянка шла мимо старой полуразвалившейся церкви. Вдруг ей из-под крыльца этой церкви послышался детский плач. Она бросилась туда полюбопытствовать. Но, к своему удивлению, ничего не могла отыскать. Пришедши домой, она рассказала обо всем случившемся. В другой раз, проходя мимо той же церкви, она встретила своего как будто мужа, который приказал ей идти за собой. Долго она ходила по полям, по лесам, наконец, этот муж ее мнимый как пихнет ее в ров, говоря:

— Это будет тебе наука, в другой раз не будешь рассказывать, как кричат под церковью дети.

Когда эта женщина опомнилась от страху, то она увидала себя в незнакомом месте. Кое-как выбравшись, она только на пятый день добралась до дома. По рассказам этой женщины, она была отведена с лишком на 70 верст от дома лесовым, который ей представился в образе ее мужа.

Змей ударился о землю (рис. Л. Альбрехта)

Рассказ про змея

К одной женщине-вдове точно таким же образом летал змей, будучи в нее влюблен. Когда эта вдова вышла замуж, то к ней по старой привычке вздумал было прийти змей, но она говорит ему:

— Я тебя теперь не пущу, я замужем, ко мне никому нельзя ходить, так как муж мой человек очень строгий.

— Пусти, — просится змей.

— Нет, не пущу, — отвечает ему вдова.

Так повторялось три ночи сряду. Наконец, на третью ночь прилетает